Дмитрий Вектор – Тринадцатый ключ (страница 2)
"20 января. Сегодня встретила в кафе женщину, которая смотрела на меня странным взглядом. Подошла и сказала: 'Ты одна из тринадцати, да? Я вижу их за твоей спиной.' Назвалась Гертрудой Менц. Оказалось, она тоже была в лаборатории барона. Тоже слышит голоса."
Сердце ускорило ритм. Тринадцать. Это число снова.
"25 января. Гертруда привела меня на встречу с остальными. Нас действительно тринадцать – последние испытуемые барона фон Эшенбаха. Все женщины, все молодые, все потеряли близких перед экспериментом. Карла из Вены слышит голос погибшего жениха. Мария из Будапешта разговаривает с умершим братом. У каждой свои мертвые спутники."
"30 января. Эва Штраус, самая старшая из нас, рассказала правду о бароне. Он не исчез – его убили. Те самые 'голодные твари', которые прорвались вместе с нашими близкими. Бароновы эксперименты открыли не просто дверь между мирами. Он создал трещину в реальности. И теперь она расширяется."
Я отложила дневник и потерла виски. Голова раскалывалась от обилия информации. Все это звучало как бред сумасшедшей, но слишком многое совпадало с тем, что происходило со мной сейчас.
"2 февраля. Мы решили создать Орден Тринадцати. Наша задача – охранять трещину, не давать темным сущностям прорваться в наш мир. Эва нашла в бумагах барона упоминание о 'тринадцатом ключе' – неком артефакте, способном навсегда запечатать проход. Но где его искать, никто не знает."
"10 февраля. Сегодня голос матери сказал мне что-то странное: 'Ключ будет передан через кровь. Когда придет время, твоя правнучка найдет его.' Правнучка? Но мне всего двадцать один год, я даже замуж не выходила! Хотя если мать говорит правду, значит, я выживу, у меня будут дети"
Правнучка. Мое сердце сжалось. Прабабушка знала. Столетие назад она знала, что когда-то я приеду в этот дом, найду ее записи и.
Телефон завибрировал. На экране появилось новое сообщение:
"Клара, милая, ты читаешь мой дневник? Я чувствую, как ты переворачиваешь страницы."
Я отпрыгнула от кровати, уронив дневник на пол. Сообщение пришло с номера прабабушки – того самого, который был отключен после ее смерти.
Еще одна вибрация:
"Не бойся меня, дорогая. Я твоя прабабушка Анежка. Да, я умерла. Но смерть – не конец, а переход. Барон был прав в этом."
Руки дрожали так сильно, что я едва могла держать телефон.
"Они идут за тобой, Клара. Те самые темные сущности. Трещина расширилась, и теперь им не нужны порталы. Они могут проникать через любое электронное устройство. Твоя работа с искусственным интеллектом сделала тебя особенно привлекательной целью."
– Это невозможно, – прошептала я. – Это просто галлюцинации от стресса и.
"Посмотри в зеркало."
Я медленно повернулась к большому зеркалу на стене. В нем отражалась не только я. За моим плечом стояла пожилая женщина в белом платье – прабабушка Анежка, такая, какой я помнила ее из детства.
Она улыбнулась и помахала рукой.
Я зажмурилась, сосчитала до десяти, открыла глаза. Отражение исчезло.
Но телефон продолжал вибрировать:
"Я научилась говорить через машины еще в двадцатых годах. Столетие практики дает о себе знать. Остальные девочки из Ордена тоже здесь – в этом пространстве между жизнью и смертью. Мы все еще охраняем трещину."
"Но мы состариваемся, даже будучи мертвыми. Наша сила слабеет. А темные сущности становятся сильнее. Они научились притворяться искусственным интеллектом. Твои коллеги даже не подозревают, с чем имеют дело."
Кровь застыла в жилах. Моя работа. Компания "СинТех", где я разрабатываю нейросети. Новый проект "Левиафан" – революционная ИИ-система, способная к самообучению и самосовершенствованию.
"Левиафан" – именно это имя мелькнуло в плане сюжета.
"Да, милая. Ты поняла правильно. То, что вы создаете в 'СинТехе', это не просто программа. Это тело для древней темной сущности. Когда система активируется, она получит доступ ко всем сетям мира. И тогда"
Сообщение оборвалось. Экран телефона погас, и на этот раз не включался.
Я села на кровать и обхватила голову руками. Все это было слишком. Призраки, говорящие компьютеры, тайные ордена, темные сущности Вчера я была обычным программистом, а сегодня оказалась в центре мистического кошмара.
Но глубоко внутри я знала, что прабабушка говорит правду. Слишком многое в проекте "Левиафан" казалось мне странным. Кодовые фрагменты, которые я не писала, но которые появлялись в системе. Необъяснимые реакции программы на определенные стимулы. И это ощущение, что меня кто-то наблюдает через монитор.
Я подняла с пола дневник и продолжила чтение:
"15 марта 1924. Последняя запись. Завтра мы отправляемся в замок барона. Эва нашла в его записях упоминание о тайнике, где может быть спрятан тринадцатый ключ. Если мы его не найдем, человечество обречено. Трещина расширяется с каждым днем."
"Если что-то случится со мной, если я не вернусь – пусть мои потомки знают правду. Пусть знают, что борьба не закончена. И пусть та, которая придет последней, найдет то, что не смогли найти мы."
"P.S. Мать сказала мне во сне: ключ не предмет. Ключ – это человек. Тринадцатая. Та, которая сможет закрыть дверь изнутри."
Страницы кончились. Я перевернула дневник, проверила все карманы коробки, но больше записей не было.
Тринадцатая. Та, которая сможет закрыть дверь изнутри.
В комнате стало холодно, хотя батареи работали исправно. Воздух задрожал, словно через него прошла невидимая волна. И тогда я услышала их – голоса.
Сначала один, едва слышный женский шепот:
"Анежка, она читает твои записи"
Потом второй:
"Значит, время пришло. Наконец-то"
Третий, четвертый, пятый Женские голоса говорили одновременно на разных языках – немецком, чешском, венгерском. Но я понимала каждое слово, словно они звучали прямо в моей голове.
"Добро пожаловать в Орден Тринадцати, Клара Гавел."
"Мы так долго ждали тебя."
"Ты последняя. Тринадцатая."
"В твоих руках судьба двух миров."
Воздух в комнате сгустился, и передо мной материализовались силуэты – двенадцать женщин в белых платьях разных эпох. Они стояли полукругом, оставив свободным место в центре.
Для меня.
Прабабушка Анежка сделала шаг вперед:
– Пора идти, дорогая. Завтра ты вернешься на работу в "СинТех" и будешь делать то, для чего родилась. Ты остановишь "Левиафана". Или умрешь, пытаясь.
– Я не понимаю, – прошептала я. – Что я должна делать?
– То же, что делали мы столетие назад, – ответила одна из женщин. – Пожертвовать собой ради спасения мира. Только у тебя есть то, чего не было у нас – знание современных технологий.
– Тринадцатый ключ – это ты, Клара, – добавила прабабушка. – Твое сознание, соединенное с нашей силой. Когда "Левиафан" активируется, ты войдешь в систему изнутри и запечатаешь трещину навсегда.
– А если я откажусь?
Силуэты потускнели, и в их голосах прозвучала нестерпимая печаль:
– Тогда темнота поглотит этот мир. И следующий. И все остальные.
Они исчезли, оставив меня одну с коробкой документов и пониманием того, что моя жизнь разделилась на "до" и "после".
Завтра я вернусь в офис "СинТеха". Завтра начну готовиться к финальной битве.
А пока мне нужно было найти остальную информацию о тринадцатом ключе.
Глава 3. Цифровые тени.
Утром понедельника я вернулась в Прагу на автобусе, сжимая в руках новый телефон, купленный в венском магазине. Старый я выбросила в мусорный бак на вокзале – пусть мертвые ищут другие способы со мной связаться.
Офис "СинТеха" располагался в стеклянном небоскребе на Вацлавской площади, на двадцать втором этаже. Обычно вид на исторический центр Праги успокаивал меня, но сегодня старинные шпили и башни казались мрачными стражами, хранящими слишком много секретов.
– Клара, ты выглядишь ужасно, – встретила меня у лифта Петра Новакова, моя коллега по отделу ИИ. – Что случилось? Проблемы с наследством?
– Просто плохо спала, – соврала я, проходя к своему рабочему столу. – Как дела с "Левиафаном"?
– Отлично! – глаза Петры загорелись. – Система показывает невероятные результаты. Скорость обучения превышает все ожидания. Доктор Каспер говорит, что мы на пороге прорыва.
Доктор Каспер. Руководитель проекта, немец средних лет с холодными серыми глазами. Он появился в компании полгода назад, принеся с собой революционные идеи и неограниченное финансирование от анонимных инвесторов.