Дмитрий Вектор – Академия лжи (страница 5)

– На сколько?

– На три-четыре миллиона в год. Куда идут эти деньги, неясно.

Элизабет задумалась. Картина становилась всё более тревожной. Влиятельный попечитель с сомнительным прошлым, финансовые махинации, странные смерти директоров школ.

– Нам срочно нужно расшифровать те файлы, – сказала она. – Уверена, там содержится ключ ко всему.

Лаборатория Томаса Шмидта в ETH Zurich напоминала декорации из фантастического фильма: десятки мониторов, серверы, мигающие индикаторы и провода, тянущиеся во все стороны. Сам Томас, двадцатидвухлетний аспирант факультета информационной безопасности, выглядел как стереотипный хакер из голливудского фильма – худощавый, в очках, с взлохмаченными волосами и одеждой, которая явно не видела утюга.

– Так, – сказал он, принимая флешку от Элизабет, – Лукас объяснил мне ситуацию. Я согласился помочь, но с условиями. Первое: я не знаю, откуда у вас эти файлы, и не хочу знать. Второе: если там что-то действительно серьёзное, вы идёте в полицию, а не играете в детективов. Третье: если что-то пойдёт не так, я вас не знаю.

– Согласны, – кивнула Элизабет.

Томас вставил флешку в изолированный компьютер, не подключённый к интернету. На экране появились файлы, которые Элизабет скопировала из компьютера директора.

– Хм, – пробормотал Томас, изучая один из файлов. – Это не простое шифрование. Здесь используется военный алгоритм AES-256 с дополнительными слоями защиты. Кто бы это ни делал, он знал, что защищает.

– Сможешь взломать? – спросил Лукас.

– Теоретически да, но это займёт время. И есть риск, что файл самоуничтожится при неправильном подходе. – Томас повернулся к ним. – Вы уверены, что хотите продолжать?

– Уверены, – ответила Элизабет без колебаний.

Следующие два часа прошли в напряжённом молчании. Томас работал с несколькими программами одновременно, время от времени бормоча что-то на техническом жаргоне. Элизабет, Лукас и Софи сидели поблизости, не решаясь нарушить его концентрацию.

– Получилось! – наконец воскликнул Томас. – Первый файл расшифрован.

На экране появилась таблица Excel с названием "Финансовый_отчёт_КОНФИДЕНЦИАЛЬНО". То, что они увидели, превзошло самые смелые предположения.

Документ содержал подробную финансовую отчётность за последние пять лет, но не ту, что подавалась в официальные органы. Это была параллельная бухгалтерия, в которой фиксировались суммы, поступавшие от "специальных услуг".

– Смотрите сюда, – Элизабет указала на одну из колонок. – "Услуги по академической сертификации" – два миллиона франков за год. "Консультации по университетскому поступлению" – полтора миллиона. "Дополнительная академическая поддержка" – миллион двести тысяч.

– Это же эвфемизмы, – понял Лукас. – Они продавали оценки, дипломы, рекомендации для поступления в университеты.

Софи листала документ дальше. – А вот и список клиентов. Боже мой, здесь половина политической элиты Швейцарии!

Действительно, в файле содержался подробный реестр всех "клиентов" с указанием услуг и сумм. Дети министров, банкиров, промышленников – все они получали "академическую поддержку" за весьма внушительные суммы.

– А вот это особенно интересно, – сказала Элизабет, указывая на отдельную вкладку файла. – "Международная программа". Здесь указаны школы и университеты в Германии, Австрии, Франции, Италии. Все с пометкой "партнёр К.Ц.".

– Циммерман создал целую международную сеть, – прошептала Софи. – Торговля дипломами в промышленных масштабах.

Томас тем временем работал над вторым файлом. – Этот защищён ещё сильнее, – сказал он. – Но думаю, смогу его взломать.

Через полчаса второй файл тоже поддался. На этот раз это была переписка герра Вебера с различными людьми по электронной почте. Переписка за последние три месяца, и становилось очевидно, что директор академии пытался выйти из коррупционной схемы.

Письмо от 15 апреля: "Клаус, я больше не могу продолжать. То, что мы делаем, разрушает саму суть образования. Я хочу всё прекратить."

Ответ от К.Ц.: "Хайнрих, ты не понимаешь масштабов. Это не просто наша школа. Если ты попытаешься выйти, пострадают все. Подумай о своей карьере, о семье."

Письмо от 1 мая: "Клаус, я принял решение. Через месяц я передам все материалы властям. У тебя есть время подготовиться."

Ответ: "Это ошибка, Хайнрих. Очень большая ошибка."

Последнее письмо было отправлено в воскресенье, за день до смерти директора: "Я не изменю решения. Завтра утром я иду в прокуратуру. Извини, но это единственно правильный путь."

– Он собирался их сдать, – прошептал Лукас. – Поэтому его убили.

– Но у нас всё ещё нет прямых доказательств убийства, – заметила Софи. – Всё это косвенные улики.

Элизабет изучала переписку внимательнее. – Смотрите на даты. Последний обмен сообщениями произошёл в воскресенье вечером. А герр Вебер умер в понедельник утром. Циммерман знал о его планах и имел время подготовиться.

Томас распечатал все файлы на принтере, не подключённом к сети. – Советую вам серьёзно подумать о том, чтобы передать это всё полиции, – сказал он. – То, что вы нашли, это не шутки. Эти люди не остановятся ни перед чем.

Элизабет аккуратно сложила распечатки в папку. У них теперь были веские доказательства коррупционной схемы, но всё ещё не было прямых доказательств убийства. Для этого им нужно было больше информации о Циммермане и его методах.

– Спасибо, Томас, – сказала она. – Ты очень помог нам.

– Только будьте осторожны, – предупредил он. – И если что-то случится, помните – я вас не знаю.

Выходя из университета, троица чувствовала себя одновременно воодушевлённо и испуганно. У них были доказательства масштабной коррупции, но теперь они понимали, с кем имеют дело.

– Что думаете о встрече в ресторане? – спросила Элизабет, когда они сели в автобус.

– Я думаю, это ловушка, – ответил Лукас. – Циммерман наверняка знает, что герр Вебер мёртв. Зачем ему приходить на встречу?

– Может быть, он не знает, что мы знаем о встрече, – предположила Софи. – Или хочет убедиться, что директор действительно мёртв и больше не угрожает ему.

Элизабет задумалась. – А что если он придёт не один? Что если это действительно ловушка, но не для герра Вебера, а для нас?

– Как он может знать о нас? – удивился Лукас.

– Помните, что сказал Томас? Попытка взлома может быть отслежена. Если у Циммермана есть доступ к компьютерной системе школы, он мог заметить, что кто-то пытался получить доступ к файлам директора.

Эта мысль заставила их всех замолчать. Они действительно могли попасть в поле зрения опасных людей.

– Тем не менее, я всё равно хочу пойти в ресторан, – сказала Элизабет наконец. – Но мы должны быть максимально осторожными. Разделимся, займём разные столики, будем наблюдать издалека.

– А если он действительно придёт? – спросила Софи.

– Сфотографируем его, послушаем, с кем он говорит, попытаемся понять его планы. Но никаких прямых контактов.

Лукас всё ещё выглядел сомневающимся. – Лиз, может быть, нам действительно стоит обратиться в полицию? У нас есть конкретные доказательства коррупции.

– Доказательства, которые мы получили незаконным способом, – напомнила Элизабет. – Взлом компьютера, кража файлов, проникновение в опечатанное помещение. Нас самих могут арестовать.

– Но если мы передадим информацию анонимно?

– Тогда полиция не будет воспринимать её серьёзно. Анонимные доносы обычно игнорируют, особенно если они касаются влиятельных людей.

Софи кивнула. – Элизабет права. Нам нужны более веские доказательства. Что-то, что невозможно будет проигнорировать.

– Хорошо, – согласился Лукас. – Но я настаиваю на том, чтобы мы были предельно осторожны. И если что-то пойдёт не так, сразу же уходим.

Ресторан "Гольден Кроне" располагался в историческом центре города, в здании XV века с массивными стенами и узкими окнами. Внутри царила атмосфера старой Европы: тёмное дерево, кожаные кресла, приглушённый свет. Идеальное место для конфиденциальных встреч.

Элизабет прибыла первой, в половине второго. Она заказала столик в дальнем углу зала, откуда был виден весь ресторан. Одета была в строгий костюм и выглядела старше своих лет – преимущество, которое она научилась использовать.

Лукас и Софи заняли места за соседними столиками, притворяясь, что не знают друг друга. У каждого был заготовлен план на случай, если что-то пойдёт не так.

В два часа дня в ресторан вошёл мужчина, который точно соответствовал фотографии Клауса Циммермана. Высокий, седовласый, в дорогом сером костюме, он излучал уверенность человека, привыкшего к власти. Его сопровождал более молодой мужчина в чёрном костюме – явно охранник или помощник.

Циммерман огляделся по сторонам, очевидно, ища герра Вебера. Не найдя его, он подошёл к метрдотелю и что-то спросил. Тот покачал головой и указал на свободный столик у окна – тот самый, который был заказан на имя директора.

Элизабет сделала несколько фотографий на телефон, стараясь оставаться незаметной. Циммерман сел за столик, заказал кофе и стал ждать. По его лицу было видно, что он нервничает – постоянно поглядывал на часы, проверял телефон.

Через десять минут ожидания он позвонил кому-то. Элизабет была слишком далеко, чтобы расслышать разговор, но по жестам было ясно, что Циммерман раздражён. Он говорил резко, иногда повышая голос.