Дмитрий Васильев – Лучший мир. Пробуждение (страница 69)

— Дела-а-а, — удивленно протянул дриад и заполнив до краёв стаканы, жестом показал Степану, чтобы тот брал свой. — К вампиру я на службу не пойду. Я их ненавижу. Конечно, за восемь столетий мой внутренний огонь поугас, но смерть матери я им не прощу!

— Даже так, — озабоченно произнес Олег, нахмурив брови.

— Слушайте, так уж и быть, поведаю вам историю своей жизни, — Старый Ворон опустошил стакан, закусил пирожком и посмотрев на молодых людей из-под кустистых бровей. — Давно это было. Боги уснули, — старик хмыкнул и пояснил. — Из основного пантеона, а мелочь всякая, она так, по склепам своим попряталась, Белфор им выходы опечатал, чтоб раньше сроку не вышли, вот они как я и маются там. Ллос, так она девка вообще бесстрашная, даже в склеп не полезла, у себя в подземном городе решила переждать…

— Что переждать? — почти в унисон, задали вопрос Олег и Зорге.

— Так это, — дриад почесал за ухом, рассыпая вокруг себя споры лишайника. — У богов кровь особая, магическая. И, если я не запамятовал, к Тирсу приближалась какая-то не то комета, не то планета, одним словом нечто, что создавало некий фон, — старик задрал голову вверх прикрыл глаза и зашевелил губами, будто пробуя что-то на вкус. — Вот, вспомнил, особое возмущение электромагнитного поля. Из-за этого какая-то волна образуется, которая может войти в резонанс с колебанием чего-то там в этой магической крови…

— Ты откуда это знаешь, дядя? — удивленно спросил Ромка.

— Так от Ллос и знаю. Слова, конечно, мудреные… Короче, сколько времени это возмущение продлится, никто из богов толком предположить не мог, и потому боги впали в этот, — дриад защелкал пальцами, вспоминая слово.

— В маразм? — предположил Стёпа, с усилием пряча улыбку.

— Похоже, но вроде как-то иначе звучало…

— Анабиоз?! — сделал предположение Зорге.

— Точно, анабиоз. Тяжело же сотни лет сидеть в каменном склепе, прячась от какой-то невидимой волны…

— А в склепе то зачем при этом находиться? — не понял Ромка.

— Да это я так их каменные убежища называю. Там стены такой толщины, что их ни одним тараном не пробить. А толстые они оттого, чтобы волна их там, в этих их убежищах, достать не могла. Когда волна уйдет, светочи богов это узнают по специальным артефактам и разбудят своих богов… а зачем я вам об этом рассказал? Мне же Ллос по секрету это рассказала! Тьфу ты, вот я старый болтун…

— Ворон, не рефлексируй, — захмелевший Степан положил руку на плечо дриада и тут же резко её отдернул.

— Что, заноз нахватался?! — старик грустно улыбнулся. — Вот и подружки-эльфийки ко мне из-за этого в гости не ходят. А по молодости было дело… Ладно, это подождет. Я же о жизни вам своей хотел рассказать?!

— Было дело, — Степан сильно мотнул головой и чуть не упал со скамьи, но Старый Ворон проворно его удержал на месте.

— Я продукт, друзья мои. Да-да, продукт евгеники. Дриады выводят новые сорта растений, применяя селекцию, постоянно экспериментируют, чтобы вывести наиболее жизнестойкий и плодовитый экземпляр. Вот и я, в какой-то степени результат эксперимента. Сейчас я вам всё расскажу…

Глава 18

— Земамор, я не хочу быть с этим молодым и неопытным дриадом, я тебя люблю! — Астильба припала к груди Хозяина Леса и посмотрела на него снизу-вверх заплаканными глазами. — Ты же знаешь, что я не смогу зачать ребенка, если не испытываю любви…

— Замолчи! — сурово произнес Хозяин Леса, но его взгляд выражал совсем другое, он смотрел с нежностью и теплотой на юную дриаду, которая появилась в его жизни на склоне лет и подарила ему то, чего в ней никогда не было — любовь.

— За что?

— Это не мой выбор, девочка, — леший положил свои крупные, узловатые ладони на плечи дриаде и заглянул ей в глаза. — Так решил совет старейшин. Пришли другие времена, и мы сами должны силой защищать наши леса, иначе мы исчезнем, а на Тирсе останутся только степи и пустыни. На эльфов надежды мало, сама видела, как целая деревня превратилась в вампиров!

— Но почему совет старейшин выбрал меня? Почему я должна выносить и родить непобедимого воина и защитника леса?

— Ты не одна, Астильба, кому совет доверил это непростое и важное дело!

— А кто ещё?

— Это тайна, но я откроюсь тебе, — Земамор крепко прижал девушку к себе. — Откроюсь, моя девочка. Ещё эта миссия возложена на Этлингеру и Удумбару…

— Что? — девушка отстранилась от Хозяина Леса и упершись руками в его грудь с вызовом посмотрела на своего избранника. — Самые никчемные дриады, которые запустили свои рощи… Совет старейшин сошел с ума? Как можно доверять важную миссию бестолковым и нечистоплотным дриадам? И почему я оказалась в их компании? Моя роща лучшая в лесу, разве не так?!

— Лучшая-лучшая, — леший с грустной улыбкой на губах, провел ладонью по густым, темным волосам пылкой девушки. — Ты не похожа на них, ты лучше их во всем, но есть нечто, что вас объединяет…

— Что?

— Вы провинились! — вновь грозно произнес Земамор, а его обычно зеленые глаза налились чернотой безлунной ночи. — Почему ты меня не предупредила, не рассказала обо всём? Это было неожиданностью для меня, и я не смог вступиться за тебя перед советом!

— Да о чем ты говоришь, любимый, я не понимаю?

— О жертве Древу Жизни! Которую ты выкрала и долгое время скрывала в своей роще!

— Но как… откуда… кто? — девушка отступила и с ужасом во взгляде посмотрела на лешего. — Я не хотела!

— Не хотела она, — устало произнес Земамор. — Нет ничего тайного, что со временем не стало бы явным. Рассказывай, как было дело?

— Это было больше тридцати зим назад. Я только-только стала Хозяйкой Рощи, а как ты знаешь, моя роща соседствует с деревней лесных эльфов…

— Знаю, — леший кивнул головой. — И с местом, где растет Древо Жизни.

— Так вот, производя плановый обход, я наткнулась у ручья на молодую эльфийку по имени Калма. Она, идя за водой, видимо, сорвалась с откоса и была без сознания. Её одежда была порвана, а на голове зияла кровоточащая рана. Я помогла ей. Излечила рану и привела в сознание, но только потом заметила, что девушка была на последнем месяце беременности. Когда к ней вернулось сознание, у неё начались схватки и на свет появился малыш, мальчишка. Она нарекла ему имя Хривэсирил, что в переводе с эльфийского языка означает «Зимний ручей». Я помогла эльфийке добраться до её жилища. Она оказалась вдовой, её муж был разведчиком и погиб от ран, полученных в одной из битв с дроу. Говорят, он был очень опытным и умелым воином. Сильный, смелый, отважный, но даже его могучий организм не смог совладать с ядом, которым были смазаны наконечники стрел дроу. Он умирал несколько дней в тяжелых мучениях…

— Как звали мужа этой эльфийки?

— Ангрод.

— Железный воин, — леший вслух перевел имя с эльфийского языка. — Да, я слышал об этом сильном, отважном, но строптивом эльфе. Он несколько раз выигрывал эльфийские игры, но из-за своего непростого характера не смог подняться выше десятника пограничного отряда, — Земамор виновато посмотрел на Астильбу. — Прости, что перебил тебя, продолжай.

— Мальчик родился крепким и очень сильным, весь в отца, но через три года выяснилось, что у него на спине горб. Ты же знаешь, как эльфы относятся к своим сородичам, кто имеет изъяны, полученные не в бою… Вождь и верховный друид постановили принести мальчика в жертву. Они повесили его вниз головой на ветвях Древа Жизни, — на глазах дриады вновь появились слезы. — Он висел так двое суток и не переставая кричал, звал на помощь мать. А она не могла ему помочь, её заперли в доме… вот только закрыть её уши они не догадались.

— Они нарочно так сделали, пытали её за то, что она скрывала уродство своего чада. Думаешь, друиды поверили ей, что она не замечала изъяна в своем ребёнке.

— Не знаю, — Астильба обхватила голову руками и затрясла ей. — Не знаю, но моё сердце обливалось кровью, что уж говорить о бедной Калме.

— И что было потом? Ребенок реально не умирал двое суток, вися вниз головой?!

— Да, Хривэсирил не наследовал стать и красоту своего отца, зато все остальное, сила, ловкость, мощь приумножились в нем… Когда ребенок затих, я обернулась росомахой и сняла его с Древа Жизни. Предварительно окропив ветви кровью малыша. В роще, на болотистом островке я построила хижину, где и спрятала мальчика. Эльфы поверили, что тело ребенка утащила росомаха и никто даже не предполагал того, что Хривэсирил жив. Мальчик рос, я учила его всему, что должен знать эльф. Не смотря на своё уродство, огромный горб, он стал очень-очень сильным и бесстрашным. Представляешь, он даже однажды умудрился голыми руки убить гидру!

— Ого, — леший удивленно мотнул головой. — А я-то думаю, почему так мало осталось гидр. А оно вот что получается…

— А однажды в нашем лесу появились два истинных вампира. Они убегали от погони, их преследовали воины Борислава… — девушка махнула рукой. — Короче, один из истинных укусил Хривэсирила.

— И горбатый эльф превратился в вампира!

— Угу, — удрученно согласилась дриада. — Но перед этим он сломал шею истинному и стал его прямым наследником по крови!

— Да, я это знаю. Он стал патриархом, основателем одного из кланов. Его имя Саулот, герцог Леандро.

— Герцог? Я не видела его после того, как он был укушен истинным вампиром. Он всё бросил и покинул лес!