Дмитрий Вартанов – Шёпот лукавого (страница 5)

Уставший Лёха даже улыбнулся про себя, представив своего беса зелёным:

– Это ж хорошо! У всех бесы – обыкновенные, чёрные, а у меня – именной, зелёный! Можно сказать, чёрт, раритетный и эксклюзивный.

Но пришёл беспечный сон и, легонько хлопнув ветерана-прапорщика по лбу, дал команду: «Отбой!». Служивый подчинился, отбился и отрубился…

                        ***

Море было тёплым, прозрачным и ласковым. Оранжевое солнышко мягко и трепетно щекотало своими пушистыми лучами водную гладь и морщинки пляжного песка. Пустынность, бескрайность и нереальность этого неземного пляжа подчёркивало абсолютно несовместимое соседство средиземноморских или тропических кокосовых пальм и белых русских берёзок. Было совершенно непонятно, как наши красавицы приживаются, уживаются на этом морским песчаном побережье с папуасскими творениями природы. Но Фомича это вообще никак не трогало – растут на песке, значит, так надо. «Ведь, если звёзды зажигают – значит – это кому-нибудь нужно? Значит – кто-то хочет, чтобы они были?». Так чем же наши берёзки хуже звёзд или тех же пальм?..

Мужчина лежал на розовом песке и смотрел на своих ребятишек, усердно и кропотливо строивших песочные замки у самой кромки воды. Волн не было, была сверкающая ровная гладь. Таньянка, загорелая, сияющая и небесно-красивая, стояла по пояс в море и руками поднимала соцветия брызг, смеялась и излучала, как мандариновое солнце, свои счастье и радость. Потом она присоединилась к Машеньке и Ванечке и стала главным архитектором замков у воды. Дети обрадовались и стали с ещё большим энтузиазмом и восторгом возводить стены и башни. Королева с принцессой и принцем были волшебно счастливы.

Алексей встал, стряхнул с крепких рук и широких плеч песок и легко побежал к воде. Долго плавал и нырял. Обалденной красоты кораллы, большие и маленькие причудливые раковины, неземные морские коньки, величавые рыбы и шустрые рыбки, разных форм и цветов. Лёха был словно Ихтиандр из фантастического сюжета Александра Беляева. А потому он мог надолго задерживать дыхание и заплывать далеко и глубоко, как человек-амфибия, а на берегу его ждала Гуттиэре.

Но, нет! Нет! Ни в коем случае, нет! При всём уважении к великому русскому фантасту – Лёха был Лёхой, и на берегу его ждала не красавица Гуттиэре, а своя родная и любимая королевишна Татьяна, с двумя милыми и прелестными ангелочками, шести и семи лет. Пора было возвращаться к ним… но не с пустыми же руками. Две волшебно красивые морские звезды лежали на дне между водорослями. Алексей легко донырнул до них и выплыл, держа эту прелесть над водой.

– Смотрите, какая красотища! – крикнул он, поворачивая их на солнце.

– Лёшенька, отпусти их, они ведь живые! – Таня заливисто рассмеялась и добавила: – У них ведь, наверняка, и детки есть…

– Ну, пап, отпусти бедняжек! – в один голос поддержали мамку малыши. – Звёздочки к своим сыночечкам и дочечкам хотят. У нас здесь свои пластмассовые звёздочки и черепашки есть, мы с ними играем…

Фомич-ихтиандр был вынужден подчиниться своим трогательным ангелочкам, а уж королевишну ослушаться, это табу, это мама не велела. Выпущенные звёзды плавно опустились в свою морскую обитель и как могли, молча, обматерили хренова человека-амфибию, наслав на него сто проклятий и тысячу морских чертей. Тысяча чертей к Лёхе не заявились, а вот один, чёрный, рогатый, с хвостом и рылом, не заставил себя долго ждать и оказался тут как тут. Алексей увидел тёмную большую тень под водой и сначала подумал, что это одинокий дельфин, даже обрадовался гостю, но… Но «дельфин» ухватил своей когтистой, крючковатой лапой покорителя и ловца звёзд за щиколотку и сжал до боли и посинения. Человек сразу понял, что никакой это не дельфин, а его наспинный спутник-шайтан и, как мог, попытался отбиться, ударив свободной ногой в рогатую башку бестии. Но плотная вода смягчила удар, превратив его в мягкое поглаживание по чёрной скользкой шерсти. Фомич бешено заработал руками, пытаясь выскользнуть из плотной, болезненной хватки. Краем глаза, он видел, что жена с детьми продолжают строить песочные замки и не замечают того, что происходит в море.

– Ты, главное, не заори, не испугай детей, – приказал себе пловец и, набрав воздуха, нырнул, чтобы руками попытаться отцепить гадину.

Но та оскалилась и ухватилась за вторую ногу. Фомич стал лупить что было сил по бесовской харе, но безуспешно. Только в кино подводные пловцы вырубают и нокаутируют своих противников, в реалиях же под водой всё как в замедленной съёмке – плавно и мягко. Алексей ухватил демона за острые уши – жёсткие и скользкие. Попробовал тыкать и давить в маленькие красные глазки – чёрт легко увёртывался. Воздуха в лёгких становилось всё меньше, а демон всё более и глубже утаскивал за собой вглубь.

– Не понял, вроде нырял за звёздами, было не так глубоко – метров пять-шесть, а сейчас дна не видно…

Мысли поездом, с гружёными цементом вагонами, пронеслись в головушке, и головной дореволюционный паровоз оставил после себя дымный след – короткий текст, написанный жирными, чёрными буквами:

«Вот тебе, Фомич,

Последний спич:

Наш молодЕц

Встретил конец!».

Спич растворился в воде, поезд ушёл, Фомич с чёртом остались. И когда казалось, что всё, и вправду, конец… Вода вокруг сделалась вмиг прозрачной, стало возвращаться сознание, и… буквально в нескольких метрах от человека с бесом в ярких лучах солнца высветилась фигура другого человека, в белых, свободных одеждах. Он словно большой скат проплыл чуть выше подводных бойцов, и Алексей узнал его. Это был добряк и трудяга Терентий. Рыжий блаженный остановился в метре и протянул руку. Лёха попытался ухватиться за неё, но шайтан резко дёрнул вниз, вновь утаскивая за собой. Терёша что-то достал из-за ворота и попытался вложить в ускользающую руку Фомича, но это «что-то» сорвалось и, сверкнув, ушло в тёмное никуда. Терентий стал удаляться, а боевой прапорщик всё более погружаться во тьму. Рыжий парень пытался не отстать и что-то сказать, но вместо слов с губ срывались лишь прозрачные пузыри и бесшумно ускользали к поверхности, к свету, образовывая там, наверху, замысловатые контуры полукруглой, остроконечной фигуры, с каким-то «иксиком». Сознание Алексея стало уплывать от него вместе с белоснежным Терентием. Не было ни мыслей, ни страха. Лишь картинка с удаляющимся к свету рыжим блаженным, который левой рукой указывал на солнце, а правой зачем-то бил себя в грудь. Алексей Фомич захлебнулся, задохнулся… и проснулся.

Глава пятая

Часы показывали ровно полшестого вечера. За окном висел вязкий сумрак короткого, бесснежного декабрьского вечера. А потому отсутствие белоснежности это предвечерье превращало в кромешность ночи.

– Здравствуй, зимушка-зима!

Здравствуй, ёлка, Новый год!

Лето щас, али зима?

Али всё наоборот?..

Фомич «деревянной» шуткой попытался взбодрить себя и прогнать столь же «деревянную» спросонность, что почти удалось. Он сел на край одинокой кровати… Хотя так ли одинокой?

– Да, дела, однако, – Алексей усмехнулся про себя и вслух добавил: – Все мужики, как мужики – спят с жёнами, на худой конец с соседкой, а я вот с чёртом. Знали бы мать с батей! Мамка бы заругала и в угол поставила, а то и гулять не отпустила, отец выпорол бы, как сидорову козу, как пить дать…

Лёха нашарил тапочки и прошёл на кухню, поставил чайник, взял сигарету. Но, посмотрев на зажигалку, убрал обратно. Он пока ещё не стоял буквой «г», но почему-то подумал, что если сейчас это огниво в очередной раз услужливо вспыхнет по велению чёрта, то его скрючит ещё более.

– Ладно, пора начинать что-то делать, – он взял телефон и зашёл на городской сайт услуг: – Штукатуры-маляры, сантехники, услуги репетитора по математике, грузоперевозки, «муж на час»… «познакомлюсь с рыжей бестией для душевных бесед и не только…». О, это случайно не по мою душу? Хотя у меня бестия чёрная, никак не рыжая. Дальше у нас что? Где-то же должны быть эти хира-хера-манты-мантры…

Нашлись. Причём список был внушительный. В нём были и потомственные маги, потомственная ведьма с тринадцатого колена, гадалки, ворожеи, даже шаман с бубном был, да ещё с фотографией…

– Удивительно, как люди свою родословную на столько веков вглубь знают?! – Фомич присвистнул и, усмехнувшись, усомнился: – Не верится. Как эти ведьмы в революцию выжили? А там были ещё гражданская война, красный террор, да и белый, НЭП, Великая Отечественная, перестройка, 90-е… Не-е, ведьмы не выжили бы… Так, что есть ещё кроме ведьм и бабаёжек? Гадалки и ворожеи нам не нужны. Оба-на, вот и то, что надо!

Чёткая, короткая информация от агентства «Охотники на баробашек» гласила: «Изгоним всю нечисть и нежить из вашего дома. Работаем с полтергейстом и баробашками. Используем современное европейское оборудование. Цена договорная. Предоплата – 30% плюс 5% за риск и опасность».

– Кажется, то, что надо. Только почему «баробашек», вроде говорят: «барабашек»? Ладно, без разницы. Лишь бы помогли, – Алексей Фомич набрал номер, на том конце задорным девчачим голоском ответили сразу:

– Агентство «Охотники на баробашек» слушает.

– Вечер добрый, – начал Лёша и сразу споткнулся о странный, неожиданный ответ:

– А разве он добрый? – повисла пауза.