Дмитрий Сысолов – Один в поле... (страница 50)

— П'оветрить и опять запустить, — предлагает Аня, — в несколько этапов 'аботать.

— Провозимся… — недовольно бурчу я, — такие вещи нужно делать быстро

Всё молчали, озадаченно переглядываясь.

— Ладно, — вздыхаю я, — это не самая главная наша проблема. Главная — как мы попадём внутрь. И что делать с теми тремя… Что вас выгнали. Не думаю, что они будут в восторге от нашего визита.

— В дом зайти не проблема, — осторожно начинает Даня, — я знаю, где лежит запасной ключ от второй двери. Ей почти никогда не пользовались. И изнутри на ней засосов нет. Только замок.

— Допустим. А с теми тремя?

— Может связать? — неуверенно предлагает Настя

— Может, — опять вздыхаю я. — Ладно их я беру на себя. Но пару мотков скотча захватите. Вязать тебе придется.

Немного помолчав я резюмирую:

— Итак: берём генератор, болгарку, удлинитель, лист фанеры или таз, лыжи, скотч…

— Фонарик, — подаёт голос мелкий Алька, — или свечку. Темно же в доме наверное?

— Вот. Молодец! — хвалю его. — А мы и не вспомнили никто про свет. Фонарик надо, это точно… Едем мы с Даней вдвоём.

— Почему вдвоём? — Возмутился Антон. — А я?

— Лыж только две пары, — напоминаю я ему

— Ну-у-у… Я могу вас хотя бы машине подождать.

— И оставить девочек с малышами одних на ночь? Нет, Антон, ты остаёшься тут. Будешь защищать дом и девочек. Настя, дашь ему свой травмат

— Хорошо.

— Мало ли как у нас там всё сложится… Должен хоть один парень остаться.

— А может… Вообще не надо? — тихонечко спрашивает Настена. — Жили же мы как-то и без этого ружья.

— Да сам не хочу, — в который уже раз тяжело вздыхаю, — но надо. Кровь из носу нам оружие нужно.

— А когда… Ну все это делать будем?

— Сегодня ночью и пойдем, — решительно заявляю я, — чего нервы-то тянуть ожиданием. Сейчас все подготавливаем и немного поспим… Если уснуть сумеем. Часа в три выезжаем. Пока доедем, пока по полю тащиться будем, пока там в доме, то да се… Глядишь уже четыре, а то и все пять утра будет. Эти то? «Герцогские» небось по полночи не спят, а потом до обеда не просыпаются?

— Ну… Да. Скорее всего — так и есть.

— Ну вот и мы успеть должны со всем справиться до рассвета. Посветлу уходить палевно все-таки…

— Маскхалаты! — аж подпрыгнул на месте Андрейка, весь разговор молча слушавший обсуждения, ерзавший, пытаясь что-нибудь дельное посоветовать, но так ничего и не придумавший. И завидуще засопевший когда его сверстник Алька напомнил нам о фонариках. А теперь вот его прорвало. — Надо сделать маскхалаты и вас на поле не будет видно на снегу.

— Гм… Идея хороша. Молодец, Андрей! И частично мы ей воспользуемся. Генератор тот же на листе фанеры прикроем простыней. А маскхалаты… Ну как их быстро сделать-то? Утопия.

— Мы сделаем! — заявили девчонки, предварительно переглянувшись между собой. Пока вы спите. Простыни так же на ваши пуховики нашьем сверху и все.

— Да это сколько ж работы… — усомнился я

— Ну мы ж не будем их по фо'ме пуховиков раск'аивать. — возражает Аня — П'осто целую п'остынь в нескольких ключевых точках п'ихватим и всё. Так даже лучше будет. Фигу'ы на человеческие не будут так похожи.

— Ну-у-у… Попробуйте, — сдался я.

— А вы с Даней ложитесь спать прям сейчас, — негромко командует Настя. — Мы вам к выезжу всё подготовим. А вам силы нужны будут.

— Да чего тут подготавливать-то особо… — пытаюсь возражать я.

— Вот и отлично! — Твердо отрезает та, — значит и мы с этими сборами прекрасно справимся. А вам — спать.

— Всё-всё… Сдаюсь — шутливо поднимаю я ладони перед собой, — уже ложусь… Даня, ты вон на диван ложись. Андрей на полночи свое место тебе уступит?

— Конечно.

— Ну вот и отлично. А я у себя… Ева, ты-то меня хоть не бросишь? Как же я без тебя усну-то?

— Неть, — дитя споро лезет на кровать ко мне в подмышку. Неожиданно тесно прижимается, испуганно таращась на меня. Успокаивающе улыбаюсь ей и глажу ее по головке

— Все хорошо, Ева. Всё будет хорошо. Не бойся. Дядя Алик со всем разберется…

Глава 29

… Детский плач выматывал всю душу. Я пытался не обращать на него внимания. У меня есть свое дело и отвлекаться на незнакомых плакс мне некогда. Но плач нарастал словно лавина. Он раздражал, сбивал с настроя и отвлекал. Так, глядишь, можно и ошибку совершить. Фатальную. А мне — нельзя! За мной стоят уже мои мелкие.

Так, не отвлекаться. Где там эта дверь-то? Ага, вот она. Та самая. Остановившись около нее и потискав в руках дубинку, словно набираясь от нее решимости — рывком ее распахиваю. Плач, словно дожидаясь этого, с утроенной силой ударил меня по ушам. Ну и где тут… Чёрт! Прямо в центре комнаты, на кровати окровавленный младенец — заходится истошным ревом. И я понимаю, что это тот самый… Из магазина, которому я не успел помочь. Но он ведь вроде замерз? Почему же тут кровь тогда? Чёрт, чёрт, чёрт…

Только сейчас замечаю радом с младенцем подвижные серые тела. Крысы! Мордочки в крови. Одна, две, три… И первая норовит опять цапнуть младенца зубами. Взрыкнув что-то нечленораздельное, я кинулся вперед и тут…

— Шиша… Вставай.

— А? Что? — сон нехотя отпускал меня. Сон, всего лишь сон.

— Время полтретьего, — на меня смотрят не по детски серьезные глаза Настены, — мы всё подготовили.

А, ну да — соображаю я. Поход за ружьем. Авантюра несусветная… Как всегда спросонья я был зол и раздражителен. Но сдерживался. Дети-то наоборот всё что могли сделали для меня. Их только похвалить. Даже мелкий Андрюшка мужественно не спит и изо всех сил таращит слипающиеся глазенки.

— Щас… Минутку, — тихонечко, чтоб не разбудить приткнувшуюся ко мне мелкую, вылезаю из кровати. Плетусь к умывальнику на кухню. Сполоснуть лицо ледяной водой. Ух… Смыть с себя липкое бессилие сна. Приснится же такое… Ну всё, вроде взбодрился. Можно и собираться.

Собрались мы с Даней быстро. Девочки с Антоном действительно всё нужное нам уже приготовили. Даже наши пуховики с нашитыми поверх простынями смотрелись на нас почти как настоящие маскхалаты. Но меня это только злило. И вообще, весь этот план, такой убедительный вечером, с утра вызывал лишь раздражение. Ну авантюра же страшная! Ладно дети — им простительно. Они даже такое вот дело в игру превратили. «Спецоперация», мать ее. "Добудь ружье"… Кучу заморочек напридумывали, вроде захода на лыжах с фланга. Или подвоза генератора на волокуше… Блин, «детский сад, штаны на лямках». И самое дикое, что я вчера вечером всё это с ними на полном серьезе обсуждал. И всё! Теперь уже не откажешься. Подписался — надо выполнять.

Подъехав на точку высадки, я заглушил движок и выйдя из машины несколько минут просто стоял неподвижно. Даня, вроде выскочив, пытался кинуться вытаскивать лыжи из салона, но я лишь отмахнулся досадливо:

— Погодь. Пару минут стоим — слушаем.

Постояли. Все вокруг было тихо, поддувал небольшой ветер и только. Никаких иных звуков. А ведь тепло. Вчера днем резко потеплело — с минус 12 ночью до нуля днем. Я думал может хоть ночью подморозит, ан нет. Всё тот же ноль. Ну может минус один-два. Не больше. Теплынь.

— Хорошо. Одеваем лыжи.

— Может сперва генератор вытащим? — предлагает Даня — в лыжах неудобно будет.

— Нет. Генератор пока не берем. Сначала смотаемся налегке до дома. Всё разведаем. Что там, как там… Если чуть что, тут же разворачиваемся и уходим обратно.

— Понял.

— Вот и молодец. Пошли.

Лыжные ботинки, шедшие в комплекте с лыжами, были мне великоваты. Пришлось наматывать портянки поверх носков, чтоб нога в них не бултыхалась и сидела плотно. Мне-то ещё ладно. Дане приходилось тяжелее. Пусть ему и достались ботинки меньшего, явно женского размера, но все равно уж очень они велики для ноги двенадцатилетнего мальчишки. Да и про портянки он и слыхом не слыхивал. Впрочем, как и большинство современных детишек. Пришлось учить.

Шли медленно. Я видел, что мальчишке так и не терпелось припустить побыстрее. Чего тут идти-то особо? Но я все время его одергивал. Шли не спеша. Часто останавливаясь и слушая тишину зимней ночи. И лишь убедившись, что все в порядке — вновь начинали неторопливое движение.

Вот уже и глухая стена забора, огораживающая участок. Калитки в ней не предусмотрено. Вот и первые проблемы. Мы об этом как-то не подумали. Казалось естественным, прошли поле — попали на участок. И что теперь? Искать проход на улицу и заходить через калитку? Но до прохода может оказаться как бы не дальше, чем до центрального въезда. Перелезать через забор? Но он высокий. Трехметровый. Из тонкого металлопрофиля.

Пришлось чертыхаясь вполголоса находить участок за каким-то строением на участке (сараем-мастерской деда — подсказывает Даня) и пытаться оторвать один из листов, используя вытащенный топорик как монтировку. Где-то из перекладин выдирались саморезы, на которые он был прикручен. Где-то шляпка самореза оставалась торчать в перекладине, оставляя в листе круглую дырку. Шум был… Терпимый. Да, лист погромыхивал, изгибаясь, но не так, чтоб на весь поселок. Хотя мне-то казалось обратное. И, когда лист все же был сорван — я уже был весь мокрый от усилий и нервного перенапряжения.

Посидев пару минут в тишине и убедившись, что никто не заинтересовался нашим ночным концертом, мы всё-таки проникли на территорию участка за сараем. Подойдя к углу еще пару минут провели, выглядывая из-за него, и, по прежнему, прислушиваясь. Все тихо. Хорошо.