Дмитрий Сысолов – На все четыре... (страница 15)

– Первый бой на Турнире, - надрывается ведущий: - Кадетский Блюз против Дона! Да пусть победит сильнейший!

Глава 7

Смотреть на смертоубийство совершенно не хотелось. Было противно, но, в то же время, неодержимо тянуло поглазеть. Это как белая крыса у моего приятеля в ещё том, прошлом детстве. Глядеть на неё без отвращения я не мог, но, при этом, меня так и тянуло потрогать её длинный розовый хвост. Такое вот противоречие.

Тут было точно так же. За одним исключением. Мне нужно было смотреть. Нужно было понять сильные и слабые стороны противников, ведь я могу встретиться с любым из них в бою. Так что мне просто жизненно необходимо знать - чего можно ожидать от каждого из них. Если бы не это, я, скорее всего, просто свернулся бы калачиком на кровати и подушкой заткнул бы уши, чтоб не слышать довольное урчание толпы на улице. Так что, пересиливая себя, я стоял у окошка, наблюдая за схваткой.

При первом взгляде казалось - у Дона нет никаких шансов. Тонконогий мальчишка со своей спицей, против здоровенного бугая с кувалдой. Без вариантов? Вот только сам Дон был с этим категорически не согласен. Он вышел, гордо вскинув голову, бледный от переполнявшей его решительности. Отдал какой-то там фехтовальный салют и встал в стойку. Ну да. Говорили же, что он спортивным фехтованием занимался. Вот и посмотрим сейчас чего оно стоит в бою без правил.

Как оказалось, оно таки стоит! Пока Кадетский Блюз пытался, махая своей кувалдой, зацепить своего мелкого соперника, Дон, легко уворачиваясь от размашистых и неуклюжих выпадов противника (я же говорил: кувалда - глупое оружие. Инерция дикая. Какая разница, что его удар не заблокируешь, если блок никто и не думает ставить, легко уклоняясь?) уже в первые же пять секунд трижды ранил его. В бедро, в руку и в плечо. Все это легко и, как будто, играючись.

При том, было заметно, что мальчишка сдерживается. Не хочет наносить смертельного удара, хотя явно мог воткнуть свою спицу и в грудь. Но не делает. Ранения и всё. Ну его можно понять. Убить человека не так просто, как кажется многим диванным экспертам. Особенно в первый раз. Тут душой очерстветь нужно. А пацан явно ещё никого не убивал. Вот и сдерживается.

Это понял и Блюз. А еще он, похоже, наконец сообразил, какую глупость он совершил, взяв кувалду. Она не только не помогала ему в бою, а, наоборот, лишь создавала дополнительные сложности. И ещё он понял, что если вот прям сейчас, резко не поменяет свою тактику, то мальчишке даже не придется его убивать. Он просто истечет кровью и рухнет на песок.

И он нашел решение. Кувалда, пущенная его рукой, кружась полетела в мальчишку. Дон уклонился от головы кувалды, но длинная рукоять, выписывающая непредсказуемые финты, саданула его по левому плечу. Парнишку словно снесло. Он так и сел на задницу. А Кадетский Блюз тут же кинулся следом за своим оружием, расставив руки пошире. И явно намереваясь схватить уворачивающегося противника рукой, и... Не знаю, что он там думал делать дальше. Придушить его? Свернуть шею? В общем, он собирался использовать по полной свое преимущество в силе и покончить с ним голыми руками.

Падение мальчишки на задницу было для него подарком небес. С радостным ревом он навалился на него, опрокидывая навзничь и наваливаясь сверху. Всё? Хана пацаненку. Хотя...

Мальчишку под этой тушей было совершенно не видно. Только одна спина Блюза и... окровавленное жало шпаги, торчащее у него из спины между лопаток. Несколько секунд ничего не происходило. Все замерло, а потом Блюз завалился набок, а из-под него показалась щуплая, полностью залитая кровью фигурка его противника. Все! Победа. Глаза у мальчишки были совершенно очумевшие. Он не сводил их со своего поверженного противника и, похоже, ничего больше не замечал вокруг. Ни дикого рёва трибун, ни захлебывающегося голоса ведущего из динамиков, объявляющего первого победителя... Ничего не видел и не слышал. Для него существовал только он сам и вот этот труп.

А потом победителя вывернуло наизнанку прямо там же. На арене. Впрочем, зрителям это тоже нравилось. Шутки и смех служили ему наградой. Весело же. Я же, отойдя от окошка, рухнул на свою кровать. Больше мне там смотреть нечего.

А ночью мне не спалось. Уже и Сова тихо засопела, уткнувшись мне в плечо носом (блин, как же она мне Еву напоминает то, не смотри, что впятеро ее старше!), а я все лежал, слепо пялясь в тёмный потолок. Очень уж на меня подействовала смерть Кадетского Блюза.

Казалось бы, что мне с него? Не друг, не приятель. Да и просто приятным в общении парнем его не назовешь. Ан нет. Зацепило. Вот только же днем я с ним разговаривал. А прошло несколько часов и всё... Нет больше Блюза. И уже никто не раскроет тайну его дурацкого прозвища. (Нет, то что он в кадетском классе учился, вполне можно допустить. Но Блюз-то почему? И не просто Блюз, а именно Кадетский. В комплекте, так сказать.) Не скажет, почему он так подставился, выбрав кувалду (ну глупость полная же!). Не вспомнит общих знакомых, и не получится его сагитировать на совместный побег. Ничего этого уже не будет. Был парень и не стало его.

А, главное, мальчишка, прикончивший его, ни в чём не виноват, по большому счету. Он просто хотел жить сам. И до последнего старался не наносить смертельного удара. Нет, Дон ни в чём не виноват. Так-то сказать, мальчишка вызывал у меня даже большую симпатию, чем сам Блюз. Хороший парень.

А если кто и виноват в случившемся, так это бесчеловечная практика устраивать гладиаторские бои. Шварц виноват! И Цвет. И Фикса. Сама ситуация не предполагает другого исхода.

В общем, я терзался душевными муками как последняя институтка. Сам злился на себя за это, но уснуть не мог никак. И, именно это, в итоге, и уберегло меня от крупных неприятностей.

Приближающиеся шаги и негромкие голоса я услышал издалека. Трудно не услышать что-то когда других звуков-то особо и нет. Но, поначалу, не придал им значения. Мало ли кто ходит по ночному лагерю? (Хотя, действительно, чего вдруг не спиться людям-то?) Но когда их шаги остановились как раз напротив моей коморки, я насторожился. Ой, не к добру это. Ну а когда они, стараясь действовать потише, стали отодвигать запор на дверце, тут и вовсе не осталось никаких сомнений. Это ко мне.

Я выскользнул из кровати максимально осторожно, стараясь не потревожить спящую Сову. Но девочка спала уж очень чутко. Тут же вскинулась со сна. Едва успел прикрыть ей рот ладонью и приставить палец к губам. Тсс... Тихо, девочка, тихо. Сова понятливо прикрыла глаза, соглашаясь, и я отпустив её, скользнул к открывшейся двери.

Проникшую ко мне в комнату троицу я знал. Это были Цвет, Фикса и один из внутренних охранников. Только не Сиплый (попадавшийся мне на глаза чаще остальных), а его напарник. Хлюст.

Пока они все трое, сгрудившись около входа, подслеповато хлопали глазами (ну еще бы! После яркой июльской ночи, где в небе царствует полная луна, а на небе ни облачка, и, потому, видимость почти как днём, нырнуть почти в полную темноту коморки с крошеным окошком - тут нужно потратить несколько секунд, чтоб зрение привыкло), я плавно, буквально на цыпочках, качнулся к ним вдоль темной стены, чтоб раньше времени не спалиться.

Что они задумали - я не знаю. Но мне явно не понравилось бы их затея. Вот же злопамятный сучонок, этот Цвет! Что он хотел? Убить меня? Вряд ли. Навлечь на себя гнев Шварца он явно не рискнет. Избить? Это уже ближе. Хотя я, после схватки с Куктаем, и так не совсем в форме, и ещё больше это усугублять... Рискованно. Вот шокером помучить - это запросто. Особенно, если мощность сделать поменьше, чтоб сознание не терял. А может через Сову на меня надавить? Типа, меня трогать нельзя, так мы её того самого? Так ведь и её тоже нельзя! Шварц слово давал. Короче, чёрт его знает, что он задумал, но точно буду против.

И потому, метнувшись вперед, хватаю за запястье руку, шедшего первым Хлюста, с зажатым в ней шокером, вытянутую вперёд в сторону моей кровати. Второй рукой хватаю эту же руку за локоть, беря её на излом и выворачивая её в сторону Фиксы, шедшего вторым. Расчет оправдался на все сто. От неожиданности и от боли, Хлюст автоматически нажал на пуск, и короткий разряд заставил Фиксу затрястись и рухнуть на пол. Бинго!

Цвет, замыкавший шествие, испуганно качнулся обратно, и в его руках вспыхнул слабенький фонарик. Я же, укладывая на пол Хлюста (по прежнему держа на излом его руку за запястье и локоть, так что он, практически, сам падает на пол, только б руку сохранить), разворачиваюсь к нему чуть ли не спиной. И снизу, из неудобного положения бью ногой куда-то в сторону Цвета. Удар вышел паршивым (ну какой из меня ногомашник?), но фонарик из его рук вылетел, а сам он впечатался в тену комнатки. Страйк!

И тут маленькая фигурка кидается и подхватывает с пола выпавший-таки из рук Хлюста шокер. Прежде чем сообразить, что это Сова кинулась мне помогать, я чуть не приложил её локтем. А она, завладев игрушкой, с мстительным удовольствием вырубила сначала Цвета, а потом и Хлюста, которого я отпустил, после того как обезоружил.

У меня ещё мелькнула мысль: "Вот он шанс наш на побег! Лучшего уже не будет"... И я уже шагнул к двери, намереваясь выскочить наружу, как с улицы вспыхнули мощные ручные фонари. (Не чета дешевому светодиодному фонарику у Цвета), залязгали затворы автоматов (о, этот звук ни с чем не спутать), и грозный голос закричал: