Дмитрий Сысолов – Как пятое колесо (страница 34)

– Пока ничего. Нет у нас сил на их усмирение. Откупаемся. Платим за транзит по их территории. Копейки, конечно, но сама тенденция неприятная. Со временем придётся что-то решать, тут ты прав. Но пока вот так.

– Очень интересно. А ещё анклавы?

– Ещё? Ещё в Кособродске сильный анклав. Ну или Красный Октябрь его ещё называют. Но он на железке стоит, в стороне от трассы. Так-то трасса и железка в одном направлении идут, но разными дорогами. Порой сходясь до десятка метров, а порой расходясь чуть ли не семьдесят километров.

– Ну, и?

– Ну и проблем на трассе они нам доставить таких не смогут. Хотя с Кособродском у нас чуть ли не война идет.

– Да иди ты!

– Вот тебе и «иди». Ну не совсем война, конечно, но отношения очень напряжённые. С ними Мельник из Иковки сцепился. Кособродск больше. У Мельника лучше оружие. И мы за спиной. Так что просто так его не сожрут. Но и ему там особо ничего не светит.

– И что там, прям бои идут? — я откровенно напрягся. Вот нафиг мне нужны такие беспокойные соседи, от которых меня закрывает только анклав Мельника.

– Ну, не бои... Воевать не воюют. Но и отношений друг с другом никаких. Просто так из Иковки в Кособродск или наоборот не попадешь... Могут и пристрелить.

– Жесть...

– Ну а ты думал... Как будто у нас лучше. Вон только восточников утихомирили.

– А дальше?

– Дальше? Дальше сам Шадринск. Второй по величине город области.

– И там твои новые союзники?

– Не только. Я же говорю — город большой. Единого лидера там нет. Сам посмотри, что у нас в Кургане делается. Шадринск, конечно, поменьше, но пять-шесть сопоставимых анклавов в городе есть. И наши союзники только один из них.

– Да я помню, ты говорил что-то по беспокойно-агрессивных соседей.

– То-то и оно... Вот там-то, как раз, и постреливают. Почему-то большинство «новых хозяев жизни» не хотят работать. Казалось бы, все ж условия... Выращивай урожай, воскрешай производства, торгуй с соседями... Не хотят. Им проще напасть и отобрать. Почему-то они все уверены, что у соседа самый смак с ништяками на каждом шагу... Сложная там ситуация. Одну двадцатку Севера я туда уже отправил, но этого мало. Нужно бы и ещё, а кого? У нас и тут работы хватает. Будем думать.

– Хорошо, по Шадринску я понял. А дальше?

– Дальше? Дальше там ещё города есть по трассе. Долматово, Катайск, Каменск Уральский (он, правда, уже в Свердловской области), но мы дальше Шадринска пока не совались. Нет сил и возможностей.

– А на север? В Тюмень-то регулярно катаемся.

– Это да... Ну там из таких крупных анклавов только Белоозёрка и Исетское. Впрочем, второе уже к тюменской области относится. Это их зона ответственности.

– А Белозёрка?

– А что Белозёрка? Анклав большой. Сильный. Но, на наше счастье, довольно мирный. Нам они совершенно точно не друзья. Но и не враги тоже. Нейтралы. Причём, реальные нейтралы, не чета Барону с Каргаполья. Шантажом перекрытия трассы не угрожают. Да и возможностей там меньше. Всё-таки там по окраине поселка трасса проходит, в отличии от Каргаполья. Да и вообще, там — адекватные люди. Повезло. Но и на контакт они идут тоже неохотно... Каждый мелкий вождь боится, что сейчас придут большие дяди и отберут у него его игрушку.

– Как будто у нас не так же, — хмыкнул я.

– Да так же, — досадливо дёрнул плечом Князь, - но ты знаешь как всё это достало? Каждый хозяин малейшей кочки считает, что и сам прекрасно проживёт без окружающих... О будущем никто там думать не хочет. Что будет когда кончится всё их топливо? У многих, кстати, оно уже вышло. Что будет когда сломаются последние грабли или лопаты? В каменный век?

– Если в Белозёрке мирные лидеры, их можно через торговлю попробовать присоединить, — не слушал я его причитаний. Наслушался в своё время уже.

– Ну ты меня-то не учи работать, — даже как-то иронично глянул на меня Князь. — Сам знаю. Работы в этом направлении ведутся. Соляра она всем нужна... А там, глядишь, вслед за солярой и мои литрики туда проникнут... Ну а это, уже считай, всё... Присоединился. На правах автономии, конечно, но это только первый шаг... Вон как тебя обрабатывать-то приходилось?

– И не говори, - не повёлся я на подначку.

– Ну ладно, — Князь с сожалением глянул на часы. — Времени у меня почти нет... Давай по быстрому пробежимся по повседневным вопросам, что нам секретари приготовили, и я поскачу. Дел по горло.

И мы действительно галопом проскакали по текучке.

Выделение Князем нового автокрана, взамен поврежденного в перестрелке с людьми Жмура... — Отказано. Приказал проработать вопрос починки. Возможно, с привлечением своих специалистов.

Выделение мной рабочей бригады из пяти человек на строительство мини-ТЭЦ на базе котельной в анклав Старика — утверждено. Назначен оклад (причём в его твёрдых литриках), размещение, проживание и т.д. Отдельно оговаривается вопрос дальнейшего создания таких же мини-ТЭЦ в СМП и на Стальмосте.

Аренда мной у Старика оборудования и техники для бурения скважин. Питьевой воды реально стало не хватать. — Утверждено на трое суток вместе с выделением Стариком специалистов. Но только на три дня. Услуга оказалась до невозможности востребованной. И очень дорогостоящей. Так что посмотрев во сколько мне это счастье обойдётся я только зубами скрипнул, но подписал без возражений.

Переподчинение анклава Кошака в Боровике от прямого протектората Князя, на промежуточное, через меня. Ну тут, в принципе, всё логично. Кошак самостоятельно всё равно не вытягивал (вон, Мостовик-то уже просрал. Зайковские его вытеснили), но и Князю им управлять не с руки. А у нас и общая граница и совместная пасека... Логичный шаг, чего уж там. Вот только геморроя мне опять добавится... Еще и с зайковскими как-то объясняться придется.

Закупка у Князя соли. Самый сезон заготовок. Соль улетает чуть ли не мешками. Как уж тут не вспомнить тот злосчастный КамАЗ с таблетированной солью, что ушёл от меня тогда к Князю. А у него и другие источники имеются. — Одобрено. Но, опять же, содрал с меня Князь за соль немилосердно. Торговаться с ним одно мучение...

И таких вот вопросов несколько десятков. И каждому хоть несколько минут да удели... Вымотались.

– Да, кстати, - спохватился Князь, уже собираясь уходить, — помнишь ты между делом меня попросил девочку Люсю из Шевелёвки найти у Скользкого?

– Да, — напрягся я. — Было такое.

– Ну я со Скользким на днях встречался. Объяснил ему твою ситуацию. Он согласился отдать девочку. Все равно у неё никого близких нет, а в садике она почему то чахнет среди сверстников.

– И где она сейчас?

– Да вон в одной из соседних палат. Там у тебя пацаненок какой-то обитает... Ну этот, диабетик. Вот у него под присмотром одной из твоих охранниц и сидят.

Глава 18

Умеет Князь всё-таки оставить за собой веское последнее слово. Вот, казалось бы, пустячок, едва вспомнил при расставании, а из душевного равновесия он меня выбил. Причём, уверен, что сделал это без всякой выгоды (иначе вывел бы меня из себя не в конце, а в начале разговора, чтоб получить преимущество), а просто из желания щелкнуть меня по носу. Чтоб не задавался и не воображал о себе особо.

Ну а я реально поплыл. Просто с этим выматывающим марафоном сверхсрочных дел и делишек я почти забыл самое главное. Отдать долг погибшим на арене товарищам. Сразу-то, вроде, помнил, заданий надавал, а потом как-то оно всё и забылось. Ну да, Шрам нашёл и вытащил команду Серафимы. Доктор Лиза привезла братишку Скотининой (я, кстати, его даже ни разу не навестил. Хотя, казалось бы. Вот же, рядышком он. Но «некогда мне», видите ли), Серый обещал выяснить за Качана. Но пока молчит. А Князь не просто выяснил, а привёз ко мне ту самую девочку, о которой я спрашивал. Воспитанницу Дона.

Вот, казалось бы, Юра ни слова упрека мне не высказал, а я всё равно чувствую, что он меня носом ткнул в мои... Гм... Недостатки, так скажем. Я ведь действительно стал забывать... Стоило только, хотя бы, чуть-чуть очухаться и всё, что происходило со мной ТАМ словно подёрнулось пеленой. Память милосердно стирала всяческие воспоминания о том, что было ТАМ. И я уже почти ничего не помню. Но вот то, что я в необъятном долгу перед погибшими — я помню точно.

И, вдобавок... ведь где-то ещё живет и радуется жизни тот подонок, что отправил Наву, считай, на верную смерть. А где-то далеко за Тоболом загибается от голода крошечный анклав Греки... А я тут в «высокую политику» играю.

– Завтра с утра Шрама ко мне! Срочно, — отдал я приказ Соне, вернувшейся после того, как проводила высокого гостя до машины.

– Хорошо, — послушно поставила в блокноте какую-то пометку мой секретарь.

– А сейчас вон с Диной подстрахуете меня...

– Что ты задумал опять? — встревожились девочки.

– Ничего особенного. Просто прогуляюсь немножко... Покажите где Алёша обитает?

– Так это ж на другом этаже... — ещё больше забеспокоились девчата, — да и в противоположном конце коридора. Ты не дойдешь.

– Вот я и говорю, чтоб подстраховали, — отрезал я, и начал выбираться из кровати.

Нет, ну в самом деле, ну сколько можно мне из себя умирающего изображать? Руки-ноги целы. То, что лёгкое пробито, так оно уже затянулось. Рёбра, конечно, сломаны, но тоже, потихоньку срастаются. Тем более, что на мне такой жёсткий корсет одет, что я даже согнуться в нём не смогу. Так что рёбрам ничего не угрожает. Единственное, что при малейшем физическом напряжении начинаю задыхаться. Воздуху реально не хватает. Лёгкое ещё не восстановилось и кислород качает в основном одно. То, которое целое. Но, если не спешить, не гнать впереди паровоза, тихонечко вот так, по стеночке, то я вполне-таки могу...