За время штурма вами убито пять человек. Сам Герцог, Лысый, Борщ, Синий и Каратист. Итого осталось — 86.
Из них: трое в медпункте. Это Вика, Алина и Флакон. Итого 83.
Из них я и семеро пацанов… Пленные. Итого 75.
Плюс десять девчонок и мелких из состава… М-м-м… Семей что ли, прежнего состава банды во главе с Лялей и Коброй…
— Так. Стоп! — встрепенулся я, услышала знакомое имя. — Кобра… И Резина. Где они?
— В составе этого десятка… До выяснения заперты в своём доме.
— Привести сюда. Где Эльба?
— В медпункте. Следит за этим… Заправцем. Пока его бинтуют, — подсказывает Макс, стоящий поодаль.
— Тогда ты, Макс… Не в службу, а в дружбу. Приведи сюда этих двоих. Только осторожно. Девки говорят, что они чистые фурии.
— Разберёмся, — коротко усмехается Макс и уходит.
— Так что там дальше со списком? — вновь поворачиваюсь я к Башке.
— Десять человек. Девчонки и мелкие из "семей" членов банды. Итого 65.
Дальше девчонки, которые ваши союзницы. Тринадцать человек. Во главе… Ну, Белка, наверное, сейчас самая авторитетная. И Лизка. Итого 52.
Дальше идёт самая многочисленная группа. Хотя единой группы как раз и нет. Все они — каждый по себе. Мамки с их малышами. 14 мамок и 27 малышей. Всего 41. Итого остаток 11.
Эти одиннадцать — это мелкие до десяти лет, которые живут сами по себе. Питаются чем попало, спят где придётся… Состояние у них, нужно признать… Неважное. Недаром двое померли на днях…
— Вот они, — Макс появился с парочкой девок. Я, признаться, слегка растерялся. После рассказов Белки я ожидал увидеть… Ну не знаю кого, но точно не то что увидел. Обычные девчонки. Одна постарше. Моя ровесница, наверное. В очках. Крайне интеллигентной наружности. Вторая — мелкая, совсем лет одиннадцать максимум. Вот у той в лице было что-то такое… Крысиное. Но всё равно, на воплощение вселенского зла, как их расписывали девки, они никак не тянули. Я даже засомневался.
— А это точно они?
— Они, они, — с ненавистью прошипела подобравшаяся к нам Вита с парочкой своих союзниц.
— Ну значит ок, — без прежней уверенности всё же протянул я, — метнись в медпункт, скажи Эльбе, чтоб обоих заправщиков сюда вела.
— Хорошо, — ускакала девчонка.
Я же думал, разглядывая этих малолетних садисток. Да, я всё-таки решил выполнить свою часть сделки и отдать их заправщикам. Несмотря на всю херню, что они тут уже сотворили. Автоматы я им, конечно, возвращать не буду. Только Длинному. И вообще, мне с ними говорить не о чём. А вот Длинному я выговорю. Всё-таки он, хотя бы номинально, их старший. Вот пусть и призывает их к ответу.
— Грузи их в машину, — коротко приказал я Эльбе, приведшей двоих имбицилов. — И вот этих двоих девок туда же.
— Автоматы верни! — подал голос Конь, баюкающий перевязанную руку.
— И кляп этому гондону, — добавил я, вновь закипая, — и прикладом его мыслительный процесс простимулировать можно.
— Ну-у-у… А как же их всех поместить-то? — не поняла Эльба. Нам же тоже место в машине должно остаться?
— Эля, что за глупые вопросы? В багажник этих «героев». Им уже не привыкать так ездить. А девок в салон. Справа. На переднем справа, и на заднем — тоже справа. Я за водителя, ты за мной сзади.
— Ага. Понятно.
— Вот и выполняй, — и поглядев как Эльба погнала пленных к машине повернулся к Максу. — Макс. Будь другом, присмотри тут за порядком, пока я на заправку этих горе-героев с их «призом» доставлю.
— Ладно, — недовольно протянул тот. — Ты только недолго, лады? Мне тут тоже особого резона торчать нету.
— Я быстро, — успокоил я его. — Мне и самому там задерживаться особого резона нету.
И развернувшись захромал вслед за Эльбой. С заправщиками действительно нужно было расставить всё точки над Ë.
Девчонки-трофеи, словно догадываясь какая незавидная участь их ждёт, были напряжены и явно нервничали.
— Куда мы едем? — не выдержала старшая, та, что в очках.
Покосившись на неё я задумчиво пошевелил губами. До сих пор не знаю, правильно ли поступаю? Вот с участием заправщиков тоже был уверен, что это прекрасная идея, а в итоге что вышло? Так начав ей отвечать, я приговаривал нк столько для неё, сколько для самого себя:
— Вы двое изрядно отличились, гнобя своих же товарок в посёлке и теперь когда…
— Каких товарок? Этих пришибленных что ли? Да они сами винова…
Продолжая удерживать руль левой рукой, провой я шлепнул тыльной стороной ладони ей по лицу. Хотел по губам, но получилось что по щеке. Впрочем, намёк она уловила и заткнулась.
— Не надо меня перебивать, — вроде бы мягко, но со скрытой угрозой в голосе проговорил я. — Так вот, теперь когда эти "пришибленные" в посёлке стали реальной властью, вам там места не осталось. Они охотно припомнят вам всё ваши издевательства над ними. И оставь я вас там без присмотра… Боюсь, что этот день вы бы уже не пережили. Вас просто разорвали бы там на части. В самом прямом смысле этого слова.
— И, что теперь? — выдержав паузу и убедившись, что я точно закончил говорить, поинтересовалась очкастая.
— Ну я нашёл место где вам точно будут рады, — напустил я тумана, но эта недоделанная интеллигентка сразу просекла в чём фокус.
— В бордель, что ли?
— Можно сказать и так, — чуток уклончиво, но всё же согласился, я не став отрицать очевидного.
— И чем же ты тогда лучше нас, таких отвратительных? — с нескрываемым презрением в голосе и взгляде спросила она.
Резко затормозив, я развернулся к ней всём телом, уставившись ей в глаза злым взглядом.
— А кто сказал, что я лучше? — тихо, почти шёпотом спросил я её. Но от этого шёпота она отшатнулась как от удара. Дёрнулась к ручке дверцы, пытаясь распахнуть её и выскочить наружу, благо мы стояли на месте в этот момент. Но я ожидал такого манёвра и успел заблокировать всё двери. Всё-таки мой Ниссан довольно современный автомобиль. Достаточно кнопку нажать. Краем глаза замечаю, что Эльба на заднем сиденье прижимает вторую девку. Ну ту-то мелкую Эльбе одной рукой можно успокоить. Никуда не денется. А эта… Задергалась, запаниковала. Достав левой рукой макаров, я щелкнул курком, направив ствол ей в живот.
— Сядь. Успокоилась. Будешь дёргаться — привезём на место только одну девку. А твой труп вон у обочины притормозил и выкинем. Даже заморачиваться с похоронами не станем. Потом собаки сожрут.
Всю эту речь я говорил тихим без эмоциональным голосом. Мне и вправду было всё равно. Пристрелить её или отдать заправщикам. Она в равной мере заслужила и то и другое. И она почуяла. Почуяла своим бабьим чутьём это равнодушие к её судьбе и готовность её пристрелить. Враз присмирела. Всё-таки умная девка. Редкость по нынешним временам. Хоть и сука она не менее редкостная.
На самой заправке всё прошло просто и предсказуемо. Автоматы провинившихся бойцов я сдал Длинному лично в руки (не забыв перед этим отщёлкнуть себе по пятку патронов с магазина, с обоих бойцов. Ну а что? Всё честно. Я пять патронов пожег, вот пусть по пять и возвращают. Ведь на их же обуздание тратил.) Коротко рассказал о «подвигах» его подчинённых и заявил:
— С такими не дисциплинированными и непредсказуемыми бойцами больше дел иметь не собираюсь. Они недоговороспособны. Свою часть сделки я всё-таки выполняю, я ж не чепушила, как твои быки. Вот обещанные тёлки. А вот и «бойцы» твои в багажнике. Забирай их тоже. Появятся они у меня в Малинках или в Левашево без нужды — пристрелю.
Длинный еще попытался качать права, предъявляя мне за раненного Коня, но я срезал его фразой, что за то, что они натворили во время штурма, кого другого я бы просто пристрелил. И стволы забрал в знак компенсации. Насовсем. Я же, как честный компаньон, возвращаю автоматы ему лично. И Длинный будет просто балбесом, если не разыграет эту карту и не приструнит распоясавшихся подчинённых. Длинный заткнулся и всерьёз задумался. Ну а мы с Эльбой под шумок быстренько закруглились и сдернули оттуда. Вряд ли я ещё своей волей на эту заправку когда приеду. Боюсь, при следующей встрече Конь точно наплюет на всё условности и встретит меня доброй очередью из автомата эдак на пол рожка минимум. Нечего мне здесь больше делать. Бензином и у Гвоздя разжиться можно. Торговлю развивать. А эти… Пускай сами тут в своём соку варятся. Мне до них больше дела нету. Отрезанный ломоть.
Глава 39
На обратном пути я поймал себя на мысли, что мне совсем не хочется возвращаться в это Левашово. Устал… Свернуть бы сейчас в родную Малиновку и провести вечер со своими. А в Левашово… Я всерьез задумался: а почему я, собственно, так не хочу туда? Боюсь чего-то или кого-то? Так нет же! Нет! Единственных, кто действительно мог доставить там неприятности — только что сдал на заправку.
Можно, конечно, было бы предположить, что они-то, как раз, на этом не успокоятся и попробуют мстить. Но чем и хорошо обычно верное решение, что оно дает выигрыш сразу по нескольким направлениям. Всучив им девок, я, во-первых, спас самих девок от расправы, да и сами они там всяко целее будут, и нормальным, можно сказать нашим девкам в Левашово не придется грех убийства на душу брать. И, во-вторых, заправщикам будем чем заняться и куда выпустить пар и без мести обидевшему их Шише. Сразу точно не станут, не до того им будет, а потом, надеюсь, и остынут. Может быть..
Так что нет. Никого я не боюсь! И оттягиваю возвращение по одной простой причине — я не хочу разбираться со всем этим гнилым наследством, оставленным мне Герцогом. Ведь их всех нужно отмыть, накормить, обогреть, как-то разместить. Виноватых наказать, а невиновных наградить. Хоть чем-то… Ну ладно — хотя б, для начала, подбодрить. Я просто-напросто боюсь такой ответственности. Как всегда. И ещё: сам объем работ меня пугает. Тут не пяток новых беженцев разместить в своём поселке где помогут и поддержат. Тут население, в два с половиной раза превышающее всю мою общину! Всю! Я просто не справлюсь… Их же там реально под сотню! Ведь хотел же я скинуть все хлопоты на пленных девок Вику с Алиной, а самому устраниться. Кто ж знал, что они настолько не в форме-то? Кто-кто… Должен был додумать, а тут как-то закрутился и просто и элементарно — не сообразил. И подсказать-то некому… Э-эх..
