Дмитрий Сысолов – Из двух зол... (страница 39)

А самое странное, что ее усилия не проходят в пустую! Организм реагирует со всем юношеским пылом. Воспрял, как говорится, и воспарил. Да пипец полный! Что за педофилия началась? Что это — я ее как сексуальный объект рассматриваю? Да нет, конечно же. Дитя ж совсем. Пусть и самая старшая из всех присутствующих. И сиськи отрастила. Но по развитию-то своему все равно ребенок еще.

Да что там говорить, еще в том старом мире, я в свои сорок пытался встречаться с двадцатилетней (кризис среднего возраста и все такое) и не смог! Да, в двадцать девица была уже вполне сформирована физически. Но я-то в ней тогда все равно ребенка видел. Сложись моя жизнь по другому и у меня самого к тому времени могла бы вот такого возраста дочка быть. Не получилось у нас с ней ничего. Хотя и девица та вполне готова была. Но я не смог.

А тут, здесь и сейчас — все еще хуже! Тут и двадцатилетнюю-то нигде не найдешь. Одни дети вокруг. А организм-то молодой. Это не сорокалетнему снисходительно смотреть за подростковыми ужимками, тут само тело требует! Подросток же. Гормональный взрыв. Сам не пойму, как ещё в этом месяце обошлось без эротических снов и испачканных поутру простынь. Видимо постоянный стресс убивал на корню любые желания. А тут, вроде как, всё налаживаться начало, и организм вспомнил, что он, таки, молод и горяч, и начал признаки жизни подавать.

Нет, понятно, что Эльбе ничего не обломится. (Как и всем остальным, кстати — тоже.) Я ж на самом-то деле не четырнадцатилетний подросток, чтоб думать членом, а не головой. Возраст- это такой недостаток, который быстро проходит. Всего-то и нужно подождать несколько лет, пока девочки не подрастут. Единственное, чего я действительно научился в прошлой жизни — это терпению. Это в юности подождать хотя бы день, два — уже такая вечность, что просто мрак. А с годами привыкаешь не пороть горячку, выжидать, тянуть время.

Подождем. Ничего страшного. И пусть Эльба, уступающая меня как партнера по танцу Малинке, и смотрит победительницей, но для меня они обе малолетки. Хотя да… На Иринку я так не реагирую. Ей можно ко мне прижиматься безбоязненно. Ну тут и понятно. Эта-то совсем дитя еще.

Вот ведь странность-то. В своем детстве я мог только мечтать, чтоб за мной бегали несколько девчонок разом, конкурировали бы… Но, увы, тогда я был напрочь обделен девичьим вниманием. Теперь всё это у меня есть. Но меня это только напрягает. Теперь я вижу невозможности такого положения. Теперь я вижу только проблемы.

…А после танцев мы-таки провели финал нашего Конкурса Красоты! Все три прекрасных финалистки вышли в центр зала позируя. Защелкали камеры на телефонах. Замелькали опять листки бумаги и ручки. Даня сказал прочувственную речь — о том, что до сих пор все голосовали только "за своих", а теперь настало время оставить в стороне все территориальные симпатии и оценить только саму женскую красоту — как она есть. Хорошо сказал парнишка. Вот только, боюсь, немногие его послушают. Вот даже я. За кого мне голосовать? Васька красива. Но, всё-таки не совсем своя еще. А между Эльбой и Малинкой я все же выбираю Эльбу. И ее сиськи, коими она тыкала мне в лицо, тут совсем ни при чем! Просто Эльба для меня важней как помощник. Считай моя правая рука, (а Даня, соответственно — левая). Ну как я могу проголосовать за кого-то еще? Тут не гормоны. Тут гольный расчет.

Но женскую красоту, видимо, всё-таки нужно оценивать не умом, а сердцем. Ничем другим я просто не мог объяснить результаты финала. Едва пробившаяся в финал Василиса с первой же попытки его выиграла! Никаких ничьих и перевыборов. Семь голосов из семнадцати досталось именно ей. На втором месте — Малинка с шестью голосами, а за Эльбу отдали свои голоса всего четыре человека. Мда… Кто бы мог подумать? Видимо что-то я всё-таки не понимаю про детские симпатии и антипатии.

Ну а потом, конечно, было торжественное награждение победительницы. И утешительные призы всем остальным. Ленты победительниц в какой-либо номинации постарались вручить как можно большему количеству девочек. Кроме "Мисс Малиновка" Василисы были так же вручены ленты и короны "Вице-мисс" Малинке, "приз зрительских симпатий" Эльбе, "приз от Жюри" Настене, "приз от Председателя жюри" — ну его я, конечно же, отдал Еве, "Мисс Music" — победительнице песенного конкурса Синице, "Мисс Диско" — победительнице танцевального Спице… и так далее. Я особо и не следил уже кого и за что там Даня их награждает. По моему, никакой ленты с короной не досталось только годовалой Миле. Но ей-то как раз это все было пофигу.

Меня же отозвал в сторонку насчет поговорить Гвоздь. Первым делом он крепко по мужски пожал мне руку и довольно искренне сказал:

— Спасибо тебе!

— Да за что спасибо-то? — прикинулся я непонимающим.

— Не придуривайся, — серьезно ответил мне лидер колхозанов. — Всё ты прекрасно понял. Я так не отдыхал душой уже, пожалуй, с самого первого дня беды. А когда напряжение постоянно только нарастает… Жить в постоянном стрессе… И врагу не пожелаешь. Мне была нужна эта разрядка. Ты бы знал чего стоят вот эти счастливые детские лица вокруг! Тебе реально удалось не просто спасти их, но и дать им надежду и устроить быт. Теперь я понимаю твое нежелание пускать сюда лишних. Пока вас мало, вы еще можете жить вот так… Позитивно. Даже несмотря на беспокойных соседей. А стоит завалить вас толпой нуждающихся в уходе малышей и всё… Весь этот шарм прежней жизни исчезнет без следа.

— Рад, что ты это понимаешь, — осторожно отвечаю ему, не совсем еще врубаясь, куда он клонит.

— Да, я понял. И скажу больше, я обещаю, что не буду больше предпринимать попыток отжать у тебя твое СНТ. Хотя бы потому, что мне самому приятно знать, что где-то по соседству есть место где меня примут и где я смогу расслабиться и побыть просто Игорем, а не грозным Гвоздем.

— Но…? — протянул я, ибо его предложение явно подразумевало вторую часть.

— Но это не значит, что я теперь буду выполнять любую твою просьбу. Да, мы друзья и партнеры отныне. Но на шею я себе сесть не позволю. У меня на ней и без того немало народу сидит.

— Да я как-то и не пытался, — честно ответил я, (хорошо когда не надо врать и можно говорить то, что думаешь). — Будем торговать. Ты мне, — я тебе. Ничего забесплатно мне не нужно.

— Вот и хорошо, что ты это понимаешь. Скажу тебе прямо — торговаться со мной тяжело. Я тебе гвоздя лишнего не дам.

— С гвоздями я уж как-нибудь сам…

— Я образно… А вот чего я хотел бы тебе сказать, так это предупредить об опасности.

— О какой это? — тут же напрягся я.

— Крыс. Его вчера видели в Заозерном.

— Какая крыса? — не понял я.

— Не крыса, а Крыс. Диман Мышкин.

— И, кто это такой? И почему он так опасен?

— А, ну да… Ты же не помнишь ничего. История-то нашумевшая была. Короче, он приятель Герцога. Но полтора года назад его закрыли за тяжкие телесные и разбой… Я не знаю там номеров статей, но его закрыли. Ему тогда ещё пятнадцати даже не было. Вот и сидел где-то на малолетке. Я даже не знаю точно где. То ли в Тюменской, то ли в Томской области. У нас-то малолетки нет. Как в 14-м в Юргамыше малолетку закрыли, так теперь в соседние области увозят.

— С Герцогом дружил? — я вычленил главное из его рассказа.

— Ну да. Мне Кабан рассказал, что он его встретил в Зазике. Понятное дело, что первым делом до дому пошел… Герцога искал. И еще…

— Что?

— Брата младшего. Мика. Микки Мауса. Мишку Мышкина. Помнишь такого?

— Да… — медленно протянул я. — Помню.

Ну еще бы мне его не помнить. Это же один из тех четверых малолеток, что пытались меня заживо сжечь вместе со всеми домочадцами. И которых я положил тогда всех четверых. Настроение стремительно портилось.

— Думаешь придёт за брата спрашивать?

— Я не знаю, — разводит Гвоздь руками. — Я не оракул, не провидец. Что знал — сказал. Видели его. Живой. Герцога искал. И брата меньшего. Всё. Больше ничего не знаю. Но предупредить тебя считаю нужным.

— Ок. Спасибо. Ох, чувствую с этим Герцогом мы еще наплачемся. Все соседи вон условно мирные… Ну, по крайней мере договороспособные. И только этот Герцог как прыщ на заднице торчит. Всем мешается.

— Ну я слышал, что там в последнее время Немец рулит. Герцог, говорят где-то запас наркоты какой-то нашел и теперь все время в неадеквате. Мы потому и думали, что сможем легко их взять. Но там Немец караульную службу на отлично поставил… Задавить их, конечно, можно. Но это сколько народу мне на операцию отвлекать придется? С других направлений снимать… Нет пока такой возможности. Ничего. Рано или поздно он всё равно нарвется. Беспредельщики долго не живут.

— Будем надеяться. Будем надеяться…

Гвоздь уехал, договорившись напоследок о приезде нашей кинопередвижки к нему завтра. А я в раздумьях уселся на свое любимое кресло в уголке, не портя остальным своей кислой рожей праздник. Подумать было о чем. Нет, я не особо боялся этого Крыса. Если явится — встречу. Но вот то, что он может появится — уже само по себе напрягало. Только я поверил, что все устаканилось… Наладились отношения с соседями и тут снова сидеть и ждать неприятностей. А ведь давно известно, ожидание неприятностей — хуже самих неприятностей.

Нет, пожалуй не стоит накручивать себя сверх всякой меры. Тут пригодится капелька здорового фатализма. Да, нужно предупредить ребят, чтоб были тоже настороже. Но замыкаться в четырех стенах, ожидая нападения, не стоит. Так что завтрашний рейс на КамАЗе в МегаСтрой не отменяем. Может только Эльбу оставить на охране поселка вместо Дани? А смысл? Нет, понятно, что Эльба уже и стреляла разок (пусть по собакам, но все же), и в драке участвовала… Проверенный товарищ. А Даня и младше, и не так проверен ещё в боевой обстановке… Это все понятно. Вот только вариант нарваться в Заозерном, как показала практика — ничуть не меньше… Вот и сиди тут, думай. Пытайся стянуть оборону… Вот вроде только офигевал. Мол, 35 человек уже в анклаве. А как оборону распределять, так и сидишь тут и соображаешь, как полтора калеки на три фронта растянуть.