Дмитрий Сычёв – Осколок (страница 40)

— Я воин. Как и все мои дварфы. Мне нечего тебе предложить.

— Так ли это, Карагаз? Ты дварф. Дварфу всегда есть что предложить, будь то какой товар или топор на службу.

— Я приду к тебе на следующий год, сразу как сойдёт снег. Будем говорить о еде. Крепко подумай, Гарон-Голова, — мрачно бросил Карагаз и, развернувшись, быстро зашагал к своим.

Побледневший Гарон остался стоять на месте, растерянно ощупывая пояс.

— Если нам повезёт в нашем деле, им будет чем платить за еду. Не волнуйся, Гарон, всё будет хорошо, — Далур сжал в своей большой ладони руку старосты. — У них уже есть, просто они сами того не знают.

— А если нет, мы пошлём весть войскам! Пусть присылают свои сотни и говорят с ними на понятном языке! Грабить им никто не позволит, — тихо, чтобы не услышал удаляющийся Карагаз, сказал Адрей.

— Я вас никогда не забуду, клянусь Держателями Мира! Денег у нас нет, но мы вам отрядим пушнины и икры, рог и кость… На следующий год. Продав это в большом городе, в накладе не останетесь! Благослови вас все силы земные, небесные и хрен знает какие ещё! — зачастил Гарон с блеснувшими на глазах слезами. — Если бы не вы…

— Далур! До деревни пойдёте с нами. Солнце лишь чуть пройдет по небу, как выступаем! Когда будем дома, мы поговорим про твоё обещание. Спутников зови. Рады им не будут, но не тронут. Если сами не напросятся. Моё слово, — громогласно крикнул Карагаз и принялся раздавать указания своим.

— Да, — крикнул Далур и чуть помедлив добавил: — Вождь.

— Вождь? — вытаращила глаза Арди. — Ты, никак, не проснулся ещё? Али съел чего?

— Проснулся, — проворчал Далур. — И со вчерашнего завтрака не жрал ничего, кусок поперёк горла встаёт. Я помочь им хочу. Останусь, может, чтобы дел не наворотили. Эти примут. Пока правды про меня не узнают, а сказать им некому. Ну да рано об этом. Сначала Фланово золото отработать надобно.

— Ну точно, — Арди выразительно цокнула языком. — Опять свою любимую песню затянул. Только теперь с этими вот жить хочет. Ты в своём уме?

— В своём! — отмахнулся Далур. — И нечего ко мне лезть!

Арди лишь махнула рукой.

— Как скажешь.

Далур перевёл разговор.

— Флан сказал, за деревней Кровобородов на нас выйдет, а покуда сами. Тем паче вон сорока его головой крутит, авось не потеряет. — Далур наконец заметил птицу.

— Кстати, о птичках, — Арди перевела взгляд на Адрея. — Ты как? В монастырь свой направишься или Гарону пособишь в Каменной Топи? Дело сделано, селяне твои по домам идут.

— Сама-то как думаешь? — огрызнулся тот. — Ты за кого меня принимаешь? Я с вами теперь, пока по совести долг не верну. Вы всю свою плату от Флана отдали. Да и опасность для посёлка не миновала. Скорее наоборот. Так что не оскорбляй меня своими сомнениями!

Арди промолчала. Молчун ухмыльнулся. Далур обрадовано хлопнул Адрея по плечу.

— Вот и славно! От помощи отказываться в нашем деле себе дороже! Ну, ходу!

Прошло совсем немного времени с момента прихода Кровобородов, но они уже растащили с телег все мешки и свёртки, разложили их по носилкам и закрепили на широких сильных спинах. Карагаз обвёл всех внимательными серыми глазами и громко что-то рявкнул на дварфийском. Толпа кровобородов одновременно качнулась вперёд, ноги в меховых обмотках тяжело оттолкнулись от земли, и дварфы ходко направились к сплошной стене деревьев на севере.

— Что он сказал? — Арди приходилось поторапливаться, чтобы не отстать от неожиданно быстро идущих кровобородов.

— Сказал, что следующий привал будет завтра в полдень. В их деревне, — Далур поправил на плечах трёхпудовый мешок с зерном, приноравливаясь к темпу ходьбы.

— Мы пустые туда дольше шли. Он совсем умом тронулся? Да тут на каждом по несколько пудов груза!

— Если мы будем идти не останавливаясь на ночёвку, мы успеем, — равнодушно, как о чём-то само собой разумеющемся, ответил Далур.

Они шли. Шли не сбавляя скорости, лишь два раза остановившись для того, чтобы закинуть в рот по полоске вяленого мяса и запить водой. Мир сжался до вдохов и выдохов, до шелеста сухой листвы под ногами и неумолимо тянущего к земле груза. Кровобороды, словно духи леса, двигались большой нестройной толпой, в полном молчании и не выказывая никаких признаков усталости. Лишь дыхание было чуть тяжелее, чем обычно, и лица над красными бородами, казалось, перенимали их цвет.

Шаг.

Ещё один.

До тех пор, пока цель не будет достигнута.

Деревня Кровобородов осталась далеко внизу и позади, вместе с хмурыми и неприветливыми лицами, грубыми каменными хижинами и Карагазом, который заставил всех четверых поклясться в том, что те не тронут ничего в древнем чертоге и не станут разворовывать вещи его предков. Уже давно перевалило за полдень, и солнце ползло к горизонту, рождая причудливые тени от острых разбросанных тут и там камней.

— Как не хватает зелени. Хоть рощица какая задрипанная попалась бы. На виду идём, как безумные, — Арди с чувством пнула камешек, и тот задорно подпрыгивая устремился вниз по тракту.

— Никак соскучилась? Пару дней, как ушли из лесов, а ты уже? — Далур коротко хохотнул и с лаской посмотрел по сторонам, на каменистые склоны и ущелья. — А мне тут по нраву. Хоть гоблин из-под куста не лезет.

— Зато орк лезет. А он, говорят, здоровее и злее. А, Далур? Врут, как думаешь? Или все узнаем скоро? — едко спросила девушка.

— Я-то тут причём? Может, и узнаем. Карагаз говорил, они через полдня пути, направо от путевого камня попадаются. Да и то не так часто. Топором учёные.

— Этих научишь, как же.

— Нам-то налево надо, аккурат по тракту. Так и топать не сходя, пока он не закончится, да в старые врата не упрёмся. А мы пока не дошли даже до развилки.

— Считай, дошли, — Молчун указал на выглянувшие из-за поворота два огромных стоящих один на другом валуна.

Даже издалека было видно, что на поросших густым ковром мхов телах древних камней вытесаны руны и знаки, но какие именно издали разобрать не получалось. Тракт перед путевым камнем сворачивал влево и терялся в очередном ущелье. Направо же в безумное нагромождение валунов ныряла небольшая, но различимая тропа.

— О! Ты гляди-ка! Сидит, как на пикнике! Точно пастух на лугу близ деревни, — Арди указала пальцем на небольшую фигурку, что-то жарящую на костерке.

— А ты говоришь, орки. Нет тут никого. Этот умник как тогда сказал? Много глаз, и видит всеми? Стало быть, вокруг никого опасного. Ну кроме нас. Вот все и попрятались, — Далур сделал страшное лицо и округлил глаза. Опухоль с разбитого лица только стала спадать, болячки на заживающих губах и повязка на ухе совсем не добавляли ему внушительности, и Арди рассмеялась.

— Воистину, отряд великих воинов, именуемых Бегущие От Гоблинов и Принимающие Тумаки. Как тут не испугаться вражинам!

Запыленные и угрюмые лица озарили улыбки.

Потянуло жареным на углях мясом, и животы дружно поприветствовали этот аромат громовым урчанием.

— Где только мясо тут поймал… Не на себе же пёр, — Арди сглотнула обильную слюну.

— Это только кажется, что горы пусты и безжизненны. Даже в самых скалистых уголках животные находят себе дом. А тут их и охотники находят, ну если умелые. А этот хрен с животными… Сама же знаешь, видала всё.

С каждым шагом привал Флана обрастал деталями. Как и всегда он был налегке, тёплый шерстяной плащ огромной тёмно-серой гусеницей лежал рядом. В центре костра светился плоский камень, на котором аппетитно шкварчала целая шеренга полосок мяса.

— Вы как раз вовремя, почтенные! — переворачивая кусочки поприветствовал их Флан и взглянул Арди в глаза, — как говаривают в Левнаре, — его взгляд тут же переместился на остальных, — пунктуальность — это уважение ко времени, а время — это всё, чем располагает человек. Ну не только человек, конечно, но суть, думаю, всем ясна. Ммм. Ещё немного, и можно будет отведать сей скромный обед. Молодая самочка горной козы попала к нам на стол, и смею предположить, что мясо будет не слишком жёстким.

— Ты чего, Арди? — Далур мягко коснулся плеча девушки.

— Я? Эм-м… Нет, ничего. Задумалась. Вернее, всё никак привыкнуть не могу, что Флан всегда следит за нами…

— Ну, мы это уже проходили. Я бы выразился иначе. «Сопровождает», «наблюдает» — есть множество других прекрасных слов, не столь скверно звучащих, но способных в полной мере передать суть.

Молчун покосился на Арди и уселся возле костра. Кинжал скользнул в ладонь, и мужчина быстрым движением поддел аппетитно пахнущую полосу мяса, с которой капал шкварчащий жир.

— Манеры, конечно, ещё те, но я бы брал пример с Молчуна. Тут нам всем хватит, смелее, не стойте же. Сразу после трапезы мне будет что вам сказать.

Уговаривать не пришлось, и вскоре во всю силу заработали челюсти. Мясо действительно оказалось нежным и сочным. К тому же Флан его посолил, что в переходах не всегда случается, а ароматы дымка и свежий горный воздух, наложенные на здоровый аппетит, сделали вкус еды невероятно приятным.

— Уф-ф — Далур залез мизинцем в рот, пытаясь вытащить кусочек мяса, застрявший между зубов. — Кажись, обед одолели. Ну, Флан, рассказывай, что хотел, — Дварф откинулся на булыжник за спиной и сложил большие руки на животе.

— Прежде всего я хочу прояснить вопрос вот с этим молодым человеком. Адрей, кажется? Я не рассчитывал на оплату твоих услуг и уже растратил все запланированные бюджеты. Иными словами, заплатить я не смогу. Хотя, я полагаю, есть другие причины, кроме денег, которые простимулировали тебя прийти?