Дмитрий Сыч – Слепой Синхрон (страница 3)

Он врубил прожекторы.

Два столба жесткого света вспороли мрак. В лучах висела статичная взвесь: каменная крошка, чешуйки краски и идеально круглые, замерзшие капли технической жидкости.

— Аякс, — мысль Влада транслировалась через интерфейс ему же в слуховой нерв синтетическим шепотом. — Статус.

Глухо. ИИ станции был мертв.

Влад сделал шаг. Правая нога оторвалась от палубы с усилием, левая примагнитилась с тяжелым стуком. Лязг-отрыв-лязг. «Атлант» создали для того, чтобы вгрызаться в базальт астероидов, грация в базовую комплектацию не входила.

Он двинулся к сектору связи, ориентируясь по остаточным тепловым следам. Инфракрасный спектр показывал хаос. Палуба была истоптана. Наслоения магнитных оттисков, смазанные полосы — кто-то тащил тяжелое по коридору. Или кого-то.

Развилка. Направо — провал, в котором тонули лучи прожекторов.

Вибрация.

Влад замер. Тактильные сенсоры на подошвах сняли с палубы дрожь. Звук в космосе не живет, но металл отлично передает ритм.

Тук. Тук. Пауза. Удар.

Влад выхватил из наспинного крепления плазменный резак. Большой палец мысленно лег на гашетку, дежурная дуга тускло осветила вольфрамовое забрало аватара.

Коридор сузился, обрастая кишками выдранной изоляции. Датчики радиации мазнули по сетчатке желтым предупреждением — фонило, как из пробитого реактора, матрица оптики начала слегка зернить от распада частиц.

Дверь шлюза впереди была вывернута наизнанку. Внутри серверной, среди оплавленных стоек и витающего в невесомости мусора, бился аватар.

Модель «Техник-3». Суставчатая, длиннорукая тварь с гирляндой манипуляторов на брюхе. Изоляция висела горелыми лоскутами, правый оптический кластер вытек застывшей стекловидной массой.

«Техник» методично вколачивал собственную голову в металл серверного шкафа.

Тук. Тук.

— Эй! — Влад дал узконаправленный импульс по локальной сети.

Машина дернулась. Медленно, скрежеща сожженными сервоприводами, развернулась. Уцелевший левый глаз пульсировал тусклым красным.

Связь установилась напрямую, мимо серверов. Голос в голове Влада зазвучал как скрежет ржавого металла по стеклу, перемежаемый обрывками системного кода.

— Синхронизация... ошибка ноль-восемь... Клещ? Влад... у меня левое колено, Влад. Чешется.

— Шплинт? — резак Влада чуть опустился, но дуга не погасла. — Твой физический аватар сгорел полгода назад. Тебя утилизировали.

— Критическое превышение... моча, Влад! — манипуляторы «Техника» засучились в слепой панике, царапая собственный корпус. — У меня гидрокомбинезон потек! Я чувствую тепло по ногам! Сенсоры влажности орут! Сними это с меня!

Фантомная боль мертвого мозга. Его сознание выжгло, оставив в буфере изувеченный слепок, зацикленный на последних секундах агонии.

— Тормози систему, Шплинт. Что здесь произошло? Что за инверсия радаров?

— Они открыли... дверь. — Красный глаз мигнул. — Сигнал не из пустоты. Он... потеря пакетов... он живой. Как вирус. Только он ищет не код. Он ищет мясо и.… железо.

«Техник» рванулся вперед, повиснув на бронированном плече «Атланта». Манипуляторы отчаянно заскребли по вольфраму.

— Логи! — взвизгнул призрак. — Мой буфер! Забери его! Оно идет! Оно надело пустых!

Датчики Влада взвыли.

Вибрация палубы стала другой. Тяжелой. Асинхронной.

Влад отшвырнул «Техника» и развернулся, вскидывая резак.

В пятно света выступил «Атлант-У». Броня в три пальца, заводская маркировка стерта метеоритным песком. У машины не было головы — на месте оптического кластера торчал обломок шейного шарнира, искрящий в вакууме оборванной оптикой.

Но он двигался. Без интерфейса. Без оператора. Без внешних сенсоров.

В руке тварь сжимала промышленный пневмомолот.

— Протокол защиты... — Шплинт оттолкнулся от стены, врубая маневровые движки на остатках топлива. — БЕРИ ДАМП!

Тощий «Техник» торпедой врезался в безголового, пытаясь манипуляторами вырвать шланги гидравлики из его коленей. Безголовый не покачнулся. Магнитные подошвы намертво держали его на палубе. Ублюдок просто зафиксировал суставы, отвел молот назад — и с чудовищным ускорением опустил его вниз.

Без звука. Только вибрация, от которой у Влада заныли зубы.

Удар разорвал «Техника» пополам. Обломки композита и брызги охлаждающей жидкости разлетелись веером, застучав по броне Влада. Искореженная грудная клетка Шплинта отлетела прямо к ногам.

— Давление падает... — булькнул затухающий сигнал в сети.

Влад не стал думать. Рефлексы оператора-добытчика работали быстрее. Он вогнал манипулятор в грудину Шплинта, с хрустом выламывая защитный короб блока памяти, и швырнул горячий дамп в наспинный контейнер.

Затем вскинул резак. Плазменная струя хлестнула по груди безголового. Вольфрам потек, раскаляясь добела, но броня была слишком толстой. Тварь шагнула вперед сквозь пламя.

Магниты на максимум. Молот пошел в замах.

Влад отключил правый магнит и рванул корпус в сторону. Инерция швырнула трехтонную машину к переборке. Молот впечатался в палубу ровно там, где секунду назад стоял Влад. Рифленый металл лопнул, как фольга, машину врага слегка развернуло от отдачи.

Это не бой. Противник не чувствует перегрузок и не бережет сервоприводы.

Влад врубил тягу подошв на переменный режим. Лязг-отрыв-прыжок. Он рванул вглубь коридора.

Сзади палуба содрогалась от размеренных, неотвратимых ударов. Безголовый не бежал — он шел, вгоняя магниты в пол на пределе мощности, сминая переборки.

Шлюз. Влад влетел внутрь, разворачиваясь на ходу. Резак выплюнул сгусток плазмы прямо в панель управления гермодверью. Автоматика коротнула, задымилась, и тяжелые створки поползли навстречу друг другу. Дергано, со скрежетом.

В щели мелькнул занесенный молот.

Лязг. Створки сомкнулись. Замки защелкнулись.

Влад привалился к переборке. Фантомные легкие горели, требуя кислорода, которого в этой банке не было. Психосоматика сходила с ума.

Он открыл защищенный канал:

— Флюс. Прием.

Сквозь помехи и треск статики пробился сдавленный голос Киры:

— Влад! Биометрия скачет, у тебя пульс сто сорок! Что там?

— Я достал дамп. И у нас проблема похуже мертвого Шплинта. Здесь пустые аватары. И они ходят.

— В автономном режиме? Это бред, их ИИ зашит только на диагностику!

— Скажи это кувалде, которая чуть не пробила мне реактор. Кто-то пишет код прямо в их контроллеры на физическом уровне. Слушай меня внимательно: Зимин сейчас выведет резерв.

— Они уже в ложементах! Пятнадцать минут до пуска!

— Ломай магистраль. Глуши роутеры. Если их сознания упадут в пустых аватаров на станции — они окажутся в запертой комнате с мясорубкой. Их вырежут за минуту.

— Влад, если я сломаю магистраль, Зимин отдаст меня под трибунал СБ! У меня нет допуска!

— Если ты этого не сделаешь — мы все сгнием в коконах! Делай!

Он жестко обрубил связь.

Отключил прожекторы, перейдя в пассивный инфракрасный режим. Впереди лежал путь к Квантовому Шпилю — единственному изолированному терминалу, где можно безопасно вскрыть память Шплинта.

А позади, за оплавленной дверью шлюза, в вакууме методично и тяжело гудел металл. Безголовый начал выбивать гермодверь. И у него была в запасе целая вечность.

ГЛАВА 4. СЛЕПАЯ ЗОНА

Вакуум не прощал суеты.