Дмитрий Светлов – Право на власть (страница 55)

– Что это? – тревожно воскликнул Иоанис и указал на воду.

– Земляное масло, – стараясь выглядеть спокойным, ответил Норманн.

– Оно не вспыхнет? – забеспокоился грек.

– Если верить легендам, море можно поджечь, но не сейчас.

– Откуда у тебя такая уверенность?

– Максим говорил.

Профессор действительно предупреждал о естественном выходе нефти на поверхность моря, и как раз здесь, в районе Нефтяных камней. Только предупреждение носило обратный характер, с требованием не заходить в опасные места. Норманн забыл, просто забыл о полученном предупреждении. Корабельщики недовольно морщились от резкого запаха серы и старались подойти поближе к берегу, где слой нефти выглядел не таким уж и толстым. Тем не менее когда вышли из нефтяного пятна, все вздохнули с облегчением, а вечером показался Дербент.

– Варуч, крикни на передовые ушкуи, они высмотрели мурманов или нет? – попросил Норманн.

– У берега стоят, вон Шушун на своем карфи уже к берегу правит.

– С ума посходили! Там же татары, тьфу, монголы!

– Сам посмотри, в городе тихо, вроде торгуют, мурманы на драккары товар заносят.

Норманн похолодел. Если это набег, то беды не миновать! Хан Узбек не простит подобного нахальства. Сам, конечно, в Карелию не пойдет, далеко и неудобно добираться по лесам и болотам, а вот своего родственника Ивана Калиту обязательно погонит. В планы Норманна не входила война с Москвой, ни сейчас, ни в отдаленном будущем. Даже смерть московского князя ничего не изменит, те же тверские, ярославские или суздальские князья сами проявят инициативу ради военной помощи в борьбе за Московский стол.

– Ты посмотри на нашу добычу! – с ходу начал хвастаться Ульфор. – Городские склады под крышу товарами забиты.

– Еще скажи, что здесь была база снабжения всей монгольской армии.

– Точно! Как я сразу не догадался! Мы нашли две сотни корзин с запасными стрелами.

– Места в драккарах хватит?

– Не беда, у тебя на кораблях сложим, кое-что рязанским да московским купцам продадим.

– Цену малую дадут, и с деньгами у них сейчас туго.

– На реализацию отдадим, расторгуются и пришлют.

– Оптимист, блин! Город ограбил?

– А как же! Сначала выставили заслоны напротив ворот, после этого высадились прямо на центральную площадь.

– Ну, умельцы, теперь ждите привета от хана Узбека!

– Да пошел он! За мою голову многие князья денег обещали, только я по-прежнему жив, а тех давно в землю зарыли.

– За город долго бились?

– Какой там! Полдня за ними гонялись, юркие, как коты, так и норовят через щель проскочить.

– Подмога к монголам не подошла?

– Третий день под стенами крутятся. И с севера и с юга.

– Не пытались атаковать?

– Да их горсточка против нас! Сначала рыпались, в дозорных стреляли, да мы их быстро отвадили.

– Более умелых лучников нашел?

– Зачем? Они пустят стрелу, а мы в ответ пленного со стены на камни. Образумились, грозятся, но близко не подходят.

– Лады, собирайся и пошли на Сарай-Берке. Коли начали грабить поганых, значит, надо довести дело до конца.

– Андрей Федорович! – Шушун тронул Норманна за рукав. – Почему Сарай-Бату пропускаешь?

– Я не знаю, где он.

– В устье Итиля как раз напротив Аштархана, только на северном берегу.

– Точно? Мы сможем туда подойти на своих ушкуях и драккарах?

– Легко! Я трижды там был, цены не в пример ниже, чем в Сарай-Берке.

– Странно, почему торговцы туда не ходят?

– Почему это не ходят? Как раз ходят. Одна беда – мелководье, шест на три метра в ил уходит, а твердого грунта не достает.

– Договорись о месте встречи с рязанскими и московскими купцами, и расшивы с ними оставим.

– Ха, зуб даю, они с нами пойдут!

Набег на Дербент и разграбленный склад монгольского воинства исключают всякую надежду на полюбовное завершение конфликта. Коль скоро дело не решить миром, надо показать свою силу. Пусть враг его боится и заботится о собственной безопасности. Жаль, со временем плохо, можно было бы в реку Урал заглянуть да Сарайчик ограбить.

В устье Волги вошли поздним вечером, затем всю ночь петляли по многочисленным протокам. Наконец на рассвете приткнули к плывуну расшивы с гружеными карфи и трофейными хазарскими баркасами. Ударный флот налегке направился напрямую сквозь камыши. Шушун вывел точно к монгольскому поселению, где на заливном лугу мирно паслись лошади. Норвежцы тут же с воплями помчались вперед, за ними дернулись было и корабельщики.

– Стоять! – заорал Норманн. – Приготовить щиты и сулицы! Лучники ко мне!

– Так это, помочь мурманам надо, побьют ведь! – возразил корабельный сотник Микша.

– Если дурью переть, обязательно побьют. У поганых воинов много, человек двести, а то и триста, не все ушли на Шемаху.

– Так и будем стоять? Триста против нас! Вмиг сомнем! – недовольно проворчал Шушун.

– Разговорчики! Подравнялись и строем пошли ко входу!

Норманн оказался прав, монгольское стойбище только со стороны выглядело сумбурным беспорядком. Служба неслась, и очень неплохо. Перед входом выстроилось с полсотни лучников, которые вели интенсивный обстрел атакующих мурманов. Надо отдать должное норвежцам, они не растерялись и не ввязались в соревнование на меткость. Под руководством своих вождей нападавшие, прикрываясь щитами, начали обходить передовой заслон с явным намерением прорваться через хилое ограждение.

– Шушун, строй своих корабельщиков и медленно иди на лучников! Щиты ставьте плотнее и сверху прикройтесь!

Монголы не дрогнули при виде медленно надвигающегося организованного строя.

– Лучники! В линию! По готовности бей гадов у ворот! – И сам выстрелил первым.

Что такое двести лучников против полусотни? Всего один залп!

– Шушун! Сохраняй строй! Бегом вперед! Лучники в колонну по трое за мной! Не отставать!

Норвежцы уже орудовали в стойбище, одни вязали пленных, другие насиловали женщин, третьи выбрасывали наружу всевозможное барахло. Троица со смехом развлекалась со щупленьким парнишкой, который отважно бросался на врагов с коротким монгольским топориком. Впереди показался голубой шелковый купол.

– Встали! Воины местного хана должны собраться у центральной юрты. Никому не высовываться!

– Посмотреть надо, определить, что да как! – возразил Шушун.

– Сходи, глянь, они тебе прямо в глаз попадут, не промахнутся с пятидесяти метров.

Норманн забежал в крайнюю юрту и осторожно раздвинул конские шкуры. Так и есть, местный правитель восседал на маленькой лохматой лошадке, а перед ним стояла шеренга лучников.

– Шушун, посмотри, – позвал Норманн. – Только осторожно, они нервные, могут на звук стрелу пустить.

– Обходить надо, прямой атакой не взять, многих стрелами положат.

– Пусть корабельщики стоят наготове, а лучники отойдут на фланги и стреляют навесом. Я краем побегу и пугну поганых.

– Ты че удумал?

– Еще не знаю, по шуму поймешь и сразу в атаку.

– Не дурил бы, а. Тебя как ежика утыкают. Хоть дюжину Акенфея возьми, толковые ребята.