Дмитрий Суслин – Чудовище в камышах (страница 3)

– Не могла!

Пассажир тем временем продолжал возмущаться:

– Я вообще отказываюсь здесь сидеть! Это опасно для жизни. Что еще она выкинет, эта девчонка? Может у нее ядовитая змея в сумке?

– Да нет у меня никакой змеи! – в свою очередь возмутилась Катя. – Ни ядовитой, никакой! Откуда у меня может быть змея? Я что змеиный питомник?

– Все равно я не хочу здесь сидеть!

– Хорошо, – согласился водитель, – вон там впереди есть свободное место. Займите его и успокойтесь.

Дядька вскочил со своего места и убежал вперед. И сел на место, над которым был прикреплен телевизор, по которому шел фильм «Титаник».

– Ну вот, – проворчала Катя. – Теперь вместо душки ди Каприо я все время буду видеть этого противного дядьку и его лысину.

Водитель вернулся к себе, и автобус покатил дальше. И все бы ничего, но только не прошло и десяти минут, как вдруг в тот самый момент, когда гигантский океанский лайнер протаранил корпусом айсберг, автобус опять подпрыгнул, и телевизор слетел с полки и рухнул вниз. Прямо на пассажира, который не захотел быть Катиным соседом. Хорошо, что он как раз нагнулся, чтобы посмотреть на свои ботинки, иначе бы телевизор мог его просто убить. А так он чиркнул мужчину по затылку и приземлился на пол за его спиной. Все, кто это видел, закричали от ужаса, потому что решили, что с человеком покончено. Гражданин вскочил и тоже закричал:

– Что это было? Что это было?

А телевизор лежал себе на полу и продолжал показывать знаменитый фильм. Там тоже бегали пассажиры и кричали:

– Что это было? Что это было?

Лешка обратил внимание, что Катя, округлив глаза, смотрит на телевизор.

– Ты, что испугалась? – забеспокоился он.

Девочка ничего не ответила, только сильно головой замотала и почему-то схватила брата за руку. А тот стал ее успокаивать.

– Не бойся! Хорошо, что это не наши места были. Вот ведь какие дела.

Автобус остановился. Водитель поднялся и стал устанавливать телевизор обратно. Он очень сильно извинялся перед пострадавшим, а тот жалобно причитал:

– Да что это такое делается? Создается впечатление, что меня хотят убить. Сначала граната, затем, вот телевизор. Что будет следующим? На меня приземлится космический корабль? Надо было ехать поездом! Чтобы я еще раз связался с автобусом? Ни за что!

Водитель установил телевизор на место, укрепил его и обратился к пассажиру:

– Теперь можете садиться.

– Что? Сюда? Я похож на самоубийцу? Ни за что!

И так как мест больше не было, неудачливый пассажир вернулся на свое прежнее место. Правда перед этим он очень строго посмотрел на Катю и погрозил ей пальцем.

– Смотри у меня!

– Какой нервный дядечка, – поделилась Катя своими наблюдениями с Лешкой. – Вот оттого, что он так нервничает, с ним и происходят всякие неприятности. А ты что об этом думаешь?

– Я ничего об этом не думаю, – недовольно ответил Лешка. – Я думаю о Наташе и о том, чтобы поскорее прошел этот месяц.

– Чудак человек! – не одобрила Катя, – Куда и зачем торопить события? Каникулы итак такие короткие, а ты время торопишь.

Так за разговорами время пролетело незаметно. Автобус сделал остановку в небольшом городке, в котором Лешка с Катей и вышли. Как ни странно вместе с ними вышел и тот самый гражданин, на которого сначала свалилась Катина бутылка, а затем телевизор с «Титаником». Он подозрительно посмотрел на детей, но ничего не сказал, только хмыкнул и поспешил к гостинице «Русское поле», которая стояла рядом с автовокзалом.

А Лешка и Катя сели на другой автобус, маленький и неказистый, совершенно не похожий на тот, на котором они ехали. Это был пригородный автобус. И на нем ребята ехали еще двадцать минут, после чего до Разгуляевки пошли уже пешком через широкое, почти бескрайнее поле. Через каждые двести метров приходилось останавливаться и делать привал, чтобы перевести дух.

– И когда только в нашу деревню пустят транспорт? – вздыхала Катя.

– Тебе то что? – удивлялся Лешка. – Все равно все вещи я тащу.

– Ты сильный, тебе хорошо. А у меня уже ноги болят.

– Когда ты целыми днями носишься по деревне с Данилкой и Еремой, это ничего. А тут пару километров пройти не можешь!

– Там мы играем и не замечаем трудностей, а здесь идешь, идешь. Ни тебе тени, чтобы охладиться, ни тебе колодца, чтобы напиться.

– Ничего сейчас будет деревня Загуляевка, перейдем Гулёную, а там уже до нашей Разгуляевки рукой подать.

– И все пешком?

– Пешком.

– Добро пожаловать в девятнадцатый век, – сказала на это Катя. – И ведь мы с тобой так мучаемся каждый год.

– Да уж, – согласился Лешка. – В этих краях цивилизация отдыхает.

И словно опровергая его слова, на дороге показался белый Мерседес, направляющийся как раз в их сторону. Он обогнал ребят, обдав их пылью.

– Ты видел? – закричала Катя и от возбуждения замахала руками. – Нет, ты видел?

– Что я должен был увидеть?

– Кто там был в машине? Ты видел?

– Нет. Она там быстро промчалась.

– Там на переднем сиденье сидел тот самый мужик, который с нами в автобусе ехал. Ну, тот, на которого телек упал.

– Наверно тебе показалось, – засомневался Лешка, который машину видел мельком, потому что был занят. Посылал очередное SMS-сообщение Наташе. – Чего ему тут в нашей глуши делать? И откуда он такую крутую тачку взял?

– Да он это, он! Голову даю на отсечение! И знаешь, зачем он едет?

– Зачем?

– Он нас выслеживает!

– Что за ерунду ты говоришь?

– Вовсе не ерунда. Он наверняка решил нам отомстить за все свои беды.

– Катя, ты сошла с ума! Какие беды?

– Как какие? Сначала мы опозорили его перед всем автобусом,

– Мы опозорили? – удивился Лешка. – Говори сама за себя. Это ты его опозорила. Да какой там позор? Это же было просто недоразумение.

– Некоторые люди очень переживают эти самые недоразумения. Но потом, ты не забывай, что это из-за меня на него телевизор свалился.

– Это уже чересчур! Какое отношение ты имеешь к телевизору? Что ты его взглядом, что ли свалила?

– Ты знаешь, да, – серьезно ответила Катя. – Взглядом, или нет, скорее силой мысли.

– Глупости.

– Ничего не глупости. Ты знаешь, Леша, я очень на этого дядьку разозлилась. Это надо же! Так расшуметься на весь автобус из-за какой-то пластиковой бутылки. Еще меня гадюкой обозвал.

– Не обзывал он тебя гадюкой.

– Но он это имел в виду. Что ты меня все время перебиваешь? Дашь мне, наконец, рассказать до конца? Или нет? Может мне вообще замолчать?

– Рассказывай! – вздохнул Лешка. – Тебя все равно никакая на свете сила не заставит молчать.

Они взяли вещи и пошли дальше.

– Когда он сел, значит, – затараторила Катя, – я про себя подумала: ах ты, такой сякой, противный дядька! Да, я именно так и подумала. А потом я обратила внимание, что он сидит прямо под самым телевизором. Прямо тютелька в тютельку. И тогда я, это конечно нехорошо, я знаю, и мне даже стыдно за это, но я подумала, очень сильно так подумала, чтоб на тебя телевизор упал. И он упал.

– Ну, это просто совпадение, – усмехнулся Лешка. – Такое иногда случается.

– А я так не думаю, – стала спорить Катя. – Это сила моего желания свалила телевизор. Короче, у меня наверно этот как его, телекинез. Вот. И он об этом догадался.