Дмитрий Строгов – Группа Дятлова: поход в вечность (страница 7)

Кстати говоря, было совершенно нормальным, что к основной части туристов группы могли добавляться еще участники, в зависимости от похода. Часто это были ребята, недавно закончившие институт, но продолжавшие скучать по друзьям и туристической жизни. Например, вот что пишет Николай Попов в письме Игорю Дятлову в декабре 1959 года из Бугульмы, куда он попал по распределению после окончания института: «Здравствуй, Игорь! Здравствуйте, братья! Недаром говорят: земля слухом полнится. Хоть и далек ТатНИИ от УПИ, но все равно слышно, что вроде бы собираетесь в поход на Приполярный Урал. Госька, елки-палки! Возьмите меня, ради бога! <…> Игорь, обязательно напиши сразу же, если группа будет не против моего участия, чтобы я мог вовремя известить вас, смогу пойти или нет».

Это было действительно важно, одобрит ли группа того или иного участника для похода или нет.

Обычно при анализе состава погибшей группы особенное внимание достается фигуре Семена Золотарева. Семену было тридцать семь лет. Он не имел никакого отношения к туристической секции УПИ, равно как и к самому Уральскому политеху. Он не был ранее знаком со студентами-туристами, не был вхож в туристическую секцию, не проверялся руководителями туристических групп на «схоженность». В общем, Золотарев, с точки зрения туристического сообщества УПИ того времени, был «темной лошадкой».

Маршрут похода

Маршрут группы, заявленный в проекте похода, был следующим:

Общая длина маршрута составляла триста километров. Причем преодолеть это расстояние туристам было необходимо за шестнадцать дней, то есть в среднем им предстояло проходить около девятнадцати километров в день.

Сложно сказать, как именно шла группа и сколько километров фактически ребята проходили ежедневно. Однако, прикинув по картам расстояние вдоль рек Лозьвы и Ауспии, можно очень ориентировочно рассчитать пройденный путь.

Вот каким был тот самый ориентировочный маршрут группы, если его изобразить с использованием таблицы той же формы, что и в проекте похода.

Приблизительный километраж в таблице в целом совпадает с расчетами Масленникова, которые он приводил в своих показаниях в уголовном деле.

Судя по динамике продвижения группы, ребята шли медленнее графика. В период с 31 января по 1 февраля по плану группа должна была «брать» гору Отортен, ночевать и затем отходить в район истоков реки Ауспии. На практике же в это время они находились, по разным оценкам, в двенадцати – пятнадцати километрах от горы Отортен. А от последней ночевки в долине реки Ауспии до места гибели в районе высоты «1079» они преодолели всего два километра.

Туманным остается вопрос, связанный с контрольными сроками, то есть с планируемым окончанием похода. В проекте указано, что группа прибывает в поселок Вижай и начинает поход 26 января 1959 года, а заканчивает его там же, в Вижае, 9 февраля 1959 года. О начале и окончании похода туристы должны были сообщить телеграммой в Городской комитет физкультуры города Свердловска и в спортклуб УПИ.

Масленников вспоминал, что дал рекомендации изменить дату начала маршрута с 26 января на 28 января, а дату окончания сдвинуть с 9 февраля на 12 февраля, так как, по его словам, «на контрольные даты участники похода не сделали прибавки времени на непредвиденные обстоятельства». Действительно, при внимательном взгляде на сохранившуюся копию маршрутного листа можно увидеть две подписанные от руки и обведенные цифры: «28» и «12».

Итак, отмечаем для себя, что официальный срок возвращения группы, указанный в проекте похода, – 12 февраля 1959 года, а изначально группа планировала вернуться даже раньше, то есть 9 февраля 1959 года.

В показаниях, которые в апреле 1959 года дал Юрий Юдин, содержатся весьма противоречивые сведения о планируемой дате окончания маршрута. На вопрос сотрудника прокуратуры, не переносился ли контрольный срок возвращения с 12 февраля 1959 года на 15 февраля 1959 года, он ответил: «Нет, при мне не было разговора о том, что контрольный срок переносится на 15/II-59. Но участники группы говорили, что они в гор. Свердловск приедут 15 февраля, и Кривонищенко просил сообщить об этом родителям. Также на вопросы жителей поселка Вижай мы отвечали, что обратно в Вижай вернемся к 15 февраля».

Неизвестно, как воспринял такой ответ проводивший допрос следователь прокуратуры Романов. Однако, внимательно читая показания Юдина, можно отметить, что если принять за истину первую часть его фразы о том, что группа предполагала быть в Свердловске 15 февраля, то это означало бы подтверждение официального контрольного срока (12 февраля 1959 года). Ведь от Вижая (где должен был закончиться поход и откуда должна была уйти телеграмма об окончании маршрута) до Свердловска как раз те самые два-три дня пути. Однако вторая часть фразы Юрия Ефимовича явно противоречит первой. Ведь понятно, что если, по его словам, туристы должны были вернуться в Вижай 15 февраля, то они никак не могли оказаться в Свердловске в этот же день.

Юрий Юдин в роковом походе

Интересно, что в одном из интервью, уже в октябре 2012 года, Юдин комментировал ситуацию с переносом контрольного срока несколько иным образом: «И вот чувствуя такую дорогу, а маршрут был запланирован по рекам, потому что через тайгу без тропы идти еще было более сложно, по снегу по грудь… Поэтому Игорь понял сложность этой ситуации, и он сказал, чтобы я в институте сказал, предупредил ребят, что мы задерживаемся на два-три дня. Вот я приехал в институт и сразу же передал об этом в турклубе».

Никто уже не узнает, что тогда думал и понимал Игорь Дятлов, однако контрольные сроки и их изменение важны, поскольку это может служить ключом к динамике прохождения маршрута группой и заминкой с началом поисков. Кроме того, приведенное высказывание Юдина от 2012 года и его очевидная несхожесть с его же показаниями от 1959 года может также рассматриваться как показатель меры достоверности воспоминаний не только Юдина, но и остальных участников тех событий.

С туристической точки зрения местность, где произошла трагедия, была весьма изученная и исхоженная. Каждый год в период зимних каникул на маршруты по Северному Уралу выходило несколько туристических групп, прибывавших из всех уголков страны. Не был исключением и 1959 год. Туристы под руководством Игоря Дятлова были далеко не единственными, кто выбрал для похода именно этот район Северного Урала.

Как вспоминает участник поисковых работ на месте трагедии, Евгений Зиновьев: «В зимние каникулы 1959 года в один день 23 января в лыжные категорийные путешествия отправились несколько групп студентов четвертого и пятого курсов Уральского Политехнического института. В поход второй категории сложности по Южному Уралу группу из восьми человек повел четверокурсник Михаил Шаравин. На маршрут третьей, высшей категории сложности по Приполярному Уралу отправилась группа студентов четвертого курса УПИ под руководством Сергея Согрина». Кроме того, вместе с группой Игоря Дятлова в поход отправилась и группа Юрия Блинова, с которыми дятловцы ехали до самого Вижая. В отличие от кольцевого маршрута группы Дятлова группа Блинова пошла в юго-западном направлении. Они планировали совершить восхождения на несколько вершин (Молебный камень, Мартай и Белый Камень), пройти через заповедник «Денежкин Камень» и закончить поход в Покровск-Уральском (около ста пятидесяти километров на юг от поселка Вижай). По плану маршрут группы Блинова был на восемьдесят километров короче маршрута Дятлова, и, соответственно, завершиться он должен был на три-четыре дня раньше. Группа Блинова вернулась в Свердловск 11 февраля, опоздав на два дня.

Чуть позже, в начале февраля 1959 года, на маршрут вышла группа из восьми туристов Уральского политеха под руководством Владислава Карелина. Маршрут ребята начали 10 февраля в Вижае и далее шли на северо-восток до горы Чистоп (подниматься на которую не стали), затем совершили восхождение на вершины Ойко-Чакур и Ялпинг-Ньер, и, пройдя через «Денежкин Камень», туристы завершили свой маршрут в Покровск-Уральском 25 февраля. Но вернуться сразу же в Свердловск группе Карелина было не суждено. В Серове они узнали о том, что группа Дятлова пропала, и всем составом присоединились к поискам на месте трагедии.

Группа Фоменко

Безусловно, самой загадочной параллельной группой, которая путешествовала в районе гибели группы Дятлова, была группа Ростовского педуниверситета под руководством Игоря Фоменко. Более того, у Фоменко была конкретная цель – догнать Игоря Дятлова, чтобы получить подробные карты местности.

К сожалению, отчета или дневника того похода ростовской группы не сохранилось. Именно поэтому мы вынуждены довериться воспоминаниям руководителя, которые он записал уже в 2013 году, когда его, эмигрировавшего к тому времени в США, разыскали энтузиасты-исследователи.

Фоменко описывает обстоятельства похода 1959 года следующим образом: «Наша группа уезжала на „тройку“ последней. Но без карты. С кроками. Была, конечно, как и полагалось, копия административной карты. Но даже дети знали, что она сделана для уроков географии, и для того, чтобы враги и шпионы запутались».

Кроками в туристической среде того времени называли копию или набросок карты, сделанный обычно от руки кем-то из туристов. Интересно, что, судя по словам Фоменко, ростовчане отправились на маршрут третьей категории трудности («тройка») по Северному Уралу, не имея на руках подробной карты, а значит, не обладая возможностью спланировать свой путь.