Дмитрий Строгов – Группа Дятлова: поход в вечность (страница 6)

Странным было то, что почти все участники похода были частично раздеты, а также разуты. Хотя теплые вещи и обувь ребят были найдены в палатке на склоне. Также ниже, по направлению к кедру, вели восемь-девять пар следов в виде снежных «столбиков», которые удивительно неплохо сохранились благодаря особенностям погодных условий тех мест. Кроме того, скат палатки, обращенный к кедру, был распорот изнутри. Следов присутствия посторонних в районе палатки и кедра зафиксировано не было.

По факту гибели туристов было возбуждено уголовное дело. Спустя полгода уголовное дело было прекращено с формулировкой, которая стала знаменитой и теперь цитируется в кругах исследователей этого случая: «…причиной гибели туристов явилась стихийная сила, преодолеть которую туристы были не в состоянии».

Разве все это по описанию не напоминает классический детективный сюжет с «убийством в закрытой комнате»? С этим можно было бы согласиться с одним только исключением, что данное «произведение» никогда не было написано, а значит, не будет в конце раскрытия загадки и определения виновных. Да и термин «убийство» в данном контексте можно использовать разве что для придания атмосферы.

Как бы то ни было, но даже такое поверхностное описание происшествия интригует. А когда приступаешь к изучению деталей, то удивление и замешательство растут с каждой новой порцией полученной информации. Поэтому, чтобы не завязнуть во множестве фактов, начнем сначала.

Поход по Северному Уралу был запланирован в 1958 году. Участник поисковых работ 1959 года, Вадим Брусницын, приписывает его авторство Людмиле Дубининой, Юрию Вишневскому и Владиславу Биенко: «Поход на Северный Урал был задуман еще осенью. Первыми организаторами его были Ю. Вишневский, Л. Дубинина и В. Биенко. Сначала у них ничего не ладилось: не хватало опыта организатора и, основное, никак не могли укомплектовать группу. Это продолжалось до тех пор, пока за дело (за организацию группы) не взялся Игорь Дятлов».

Есть и другая версия, которая исходит от Петра Бартоломея, отдающая пальму первенства в деле разработки идеи похода Игорю Дятлову: «Летом 1958 года И. Дятлов в качестве руководителя провел нашу группу по Алтаю, нас было 10 человек, в том числе Р. Слободин, Н. Тибо-Бриньоль, Ю. Юдин. Именно после этого похода И. Дятлов загорелся желанием в ближайшие зимние каникулы пройти лыжным маршрутом в районе горы Отортен на Северном Урале. Из летней Алтайской группы он пригласил пятерых: Р. Слободина, Н. Тибо, Ю. Юдина, меня и С. Хализова, который был с нами также и на Приполярном Урале». Петр Иванович Бартоломей дружил с Игорем и ребятами из туристической секции УПИ, ходил с ними в походы и, как многие его товарищи, был участником поисковой операции на месте гибели группы в 1959 году.

Одна версия вовсе не исключает другую. Идея экспедиции могла прийти в несколько туристических голов сразу, чтобы затем объединиться. Все ребята были активными участниками туристического движения, и в любой момент от них можно было ожидать очередного маршрута либо непосредственного нахождения на нем.

Поход такого уровня сложности требовал обязательного утверждения городской маршрутной комиссией Свердловска. Одним из участников этого процесса в то время был опытнейший турист, первый мастер спорта по туризму на Урале, – Евгений Поликарпович Масленников. На сохранившейся копии проекта трагического похода мы видим его размашистую надпись от 8 января 1959 года: «Проект можно утвердить, а принять – после оформления разрядов участниками похода».

Евгений Поликарпович Масленников

Необходимо заметить, что «проект похода» – это документ особого бюрократического жанра, который обычно включал в себя цели и задачи, описание местности, состав туристической группы, необходимое личное и общественное снаряжение, подробный план маршрута по дням, смету расходов, а также контрольные сроки начала и окончания.

Готовя проект, Игорь Дятлов указал традиционные для того времени цели и задачи похода: «знакомство с природой и хозяйством Северного Урала», «проведение бесед среди населения», «повышение спортивного мастерства участников похода», а также изучение членами группы «глубины промерзания грунтов».

Состав группы с момента подачи проекта на утверждение и до отъезда из Свердловска претерпел изменения. Изначально было заявлено тринадцать участников, однако по различным причинам в поход не смогли пойти следующие туристы:

1. Юрий Вишневский: не сдал сессию в институте и остался в Свердловске для пересдачи.

2. Владислав Биенко: поехал по комсомольской путевке работать в леспромхоз «Ударник». В группе его заменил Семен Золотарев, которому Владислав передал свою долю снаряжения и продуктов.

3. Юрий Верхотуров: оказался в списке участников, сам не подозревая об этом. Он полагал, что Игорь Дятлов включил его в заявку, чтобы упростить подготовку, имея в виду увеличение численности группы и количество участников – студентов УПИ.

4. Николай Попов: опоздал на поезд.

«Хибина»

Сейчас мы привыкли, что увлеченные чем-то люди могут, что называется, «собраться под проект», а затем, после его завершения, разбежаться по своим делам, далее практически не пересекаясь по совместной работе. В туристической секции Уральского политехнического института было иначе. Каждую туристическую группу можно рассматривать как протяженное во времени социальное явление, ограниченное (но не всегда) рамками студенческих лет. Это вовсе не означает, что туристическая группа имела постоянный состав, который не менялся. Однако был костяк команды, то есть проверенные «бойцы», которым доверял руководитель группы, которые сохраняли и передавали дух, правила команды присоединяющимся новичкам.

«Схоженность» участников являлась одной из причин непроектного характера туристических групп того времени в УПИ. Любой поход сродни путешествию на подводной лодке, с которой, как известно, никуда не деться. Вот и получалось, что трудности туристической жизни в одних пробуждали и выявляли положительные качества, в других же, наоборот, высвечивали неприятные стороны личности.

При туристической секции спортклуба Уральского политеха на тот момент существовало несколько групп, каждая из которых имела более или менее стабильный состав и своего лидера, по имени которого она и называлась. К примеру, была группа Согрина, группа Блинова, группа Дятлова и т. д.

Владимир Аскинадзи, будучи заядлым туристом, руководителем одной из групп УПИ, очень хорошо и емко описал эту специфику организации туризма того времени: «Турклуб держался на коллективе руководителей групп. У каждого были свои пристрастия и интересы. У каждого был свой костяк группы». Сергей Согрин это подтверждает: «В секции наблюдается некоторая группировка ее членов. Называются такие группы обычно по фамилии ее наиболее инициативного товарища – обычно руководителя группы».

А вот как описывает атмосферу тогдашнего туристического круга Владимир Шунин, бывший участником многих походов того времени: «Но вот опять все разошлись по „своим“ группам. Формировалась и группа Дятлова: Коля Трегубов и Женя Чубарев – правая и левая руки Игоря. Коля – худощавый, строгий, всегда серьезный парень, очень выносливый, хороший охотник (в походах всегда с одностволкой, не раз подкармливал нас то рябчиком, то глухарем). Женя Чубарев – тоже крепкий, молчаливый, фотограф и немного „дрынкающий“ на гитаре. Зина Колмогорова – душа группы. У нее были большие глаза, а улыбкой сразу располагала к себе. Ее заботливость, доброта и требовательность к чистоте и справедливости во всем были общеизвестны».

Интересно дополняет Шунина, комментируя свое участие в группе Дятлова, Николай Трегубов: «Игорь Дятлов вовлек меня в туризм, и я был участником всех пяти категорийных походов, в которых Игорь был руководителем. Нельзя сказать, что мы были друзьями (Игорь был весьма авторитарен), но я был самым последовательным его соратником». А когда Трегубов, который не участвовал в трагическом походе, начинает перечислять имена погибших ребят, то после первых семи имен он вдруг запинается и заканчивает список следующей фразой: «Имен еще двоих не помню, они не были из постоянного состава нашей группы».

В качестве названия группы Игоря Дятлова было выбрано слово «Хибина». Возможно, такое имя группа взяла в честь Хибин, горного массива на Кольском полуострове, а возможно, источник имени был иным. Но показательно, что Юрий Юдин, который, по всей видимости, не входил в костяк команды Игоря Дятлова, на заданный ему уже в наше время вопрос: «Знаете ли Вы, почему группа Дятлова называлась «Хибина»? Кто предложил это название?» – ответил весьма лаконично: «Не знаю».

Кстати, название группы Дятлова встретилось мне в известных документах и источниках дважды. Первый раз оно упоминалось в юмористической стенгазете («боевом листке») «Вечерний Отортен», написанной дятловцами уже в походе. Там в качестве шуточного «издателя» листка они указали: «Орган издания профсоюзной организации группы «Хибина». А второй раз это название мелькает в одном из «допоходных» писем Зины Колмогоровой Игорю Дятлову. В письме она среди прочего просит передать привет «всей нашей «Хибине». Зина, по всей видимости, входила в «коренной» состав группы Дятлова.