Дмитрий Соловей – Живи и ошибайся (страница 8)

Но никого поблизости не заметил. Похоже, все заняты приведением в порядок комнат. А я, собственно, за вещами пришёл, о чем и сообщил Алексею.

— Ваши слева, мои справа. По центру семена и прочие полезности, связанные с сельским хозяйством. Отдельно в коробке, — пнул он ногой, — сведения по истории, что сейчас происходит. В разных файлах по известным личностям информация.

— После почитаю. Чемодан придется разбирать. Я же не ожидал, что меня в прошлое отправят, подходящими фасонами не обзавёлся, — попенял я и занялся делом. Вообще-то не всё так плохо оказалось. Конечно, таких пиджаков, какие сейчас не носят, я не имел, но откровенно чуждых вещей в чемодане не было.

— Мы из Америки прибыли, — напомнил Алексей. — На местную моду плевать.

Сам он пошил нечто похожее на то, что носят мужчины в это время. И переоделся заранее. Только верхняя одежда была «из магазина», но на то она и верхняя. Зато рубашка и шейный платок у напарника были «в тему».

— Нам же не только с обитателями поместья общаться, — напомнил я и застонал, мысленно прикинув, что нас ждёт. — Сейчас все дворяне по-французски говорят.

— А вы им на английском отвечайте и пусть докажут, что ваше образование хуже, — снова не увидел проблемы Алексей. — Честно говоря, мой французски тоже своеобразный. Я же больше учил, чтобы перед дамочками покрасоваться.

— Ах да, ты же стриптизёр, — припомнил я. — И что, велись дамы на твой прононс?

— По-всякому бывало, — отчего-то смутился парень. — К примеру, «оn boit un coup ou on s'encule?» здесь точно не прокатит.

— Что ты сказал?

— Ну… это расхожая фраза. Означает, что какое-то обсуждение слишком затянулось, участников всё достало и хотелось бы поскорее найти решение вопроса. В буквальном переводе звучит: «Выпьем уже по стаканчику или в жопу трахнемся».

— Однако, — застыл я, с трудом подбирая слова для ответа. — Знаешь… это и в наше время не все бы оценили.

Оставив на потом знание французского, занялся тем, зачем, собственно говоря, пришёл. Отобрав часть вещей, понёс чемодан вниз. До комнаты не дотащил. С криком: «Барин, как можно?!» его перехватили две молодые девицы. Придётся привыкать, что мне по статусу слуги положены. Тут еще объявили, что обед через час подадут. Совсем хорошо.

Лошадей проверять лично я не пошёл, хватило того, что сообщил Дмитрий Николаевич — управляющий имением. Сами кони восхитили всех без исключения. Управляющий заверил, что пока немного тесновато в конюшне, но он уже отдал распоряжение доезжачему потеснить псарню. Позже отстроят новое помещение.

Послал его со всеми «лошадиными» вопросами к Алексею. Нам нужна новая конюшня или он сразу будет закладывать здание на месте будущего конезавода? Вообще-то дядя еще не умер и он хозяин, но по архивным документам дата смерти уже завтра. Кстати, здесь принято на похороны кого-то из соседей звать? Опять же не спросишь, пока помещик жив. Не поймут такой «любви» к родственнику.

За обедом собрались все те, кому было по статусу сидеть с господами.

Дядя, по понятной причине, остался в спальне, зато врач, исходя из принципа «коли доктор сыт, так и больному легче», одним из первых занял место в столовой. Мы с Алексеем еще только спускались вниз, а обитатели поместья уже расположились за столом, оставив мне место во главе, а Алексею по правую руку, демонстрируя таким образом кто здесь барин.

— Чудное у вас платье, — начал застольный разговор доктор.

— Господа какой веры крещённые? — перебил его отец Михаил, который тоже кормился вместе с нами.

— Православной, — не сговариваясь и хором ответили мы с Алексеем.

Поп не особо поверил, потому я свой крестик решил показать и, судя по взглядам, какие-то традиции нарушил. Нельзя, что ли, его при людях демонстрировать?

— На американской земле много разных конфессий, — поспешил с уточнениями Алексей. — Вероисповедания разнятся, церквей мало. Так что мы не все таинства знаем, что-то путаем.

Поп кивнул и решил прочитать молитву перед обедом. Потом еще внимательно проследил, как мы крестимся, и всё равно довольным не выглядел. Чувствую, придётся мне с ним пободаться, чтобы никакую епитимью не наложил.

Обед, вернее, в моём понимании это был ужин, растянулся надолго. Слуги меняли блюда, подносили что-то горячее. После второй перемены я насытился и больше наблюдал, чем ел. Пасха уже прошла, на столе было много мяса. Как отдельно приготовленного, так и в качестве наполнения пирогов. Из гарниров имелось несколько видов каш, а еще много солений. Все прошлогодние, но хорошо сохранились. И судя по тому, что были охлаждёнными, держали их где-то в леднике.

Я разглядывал сидящий на столом народ и особой разницы между ними и моими современниками не видел. Люди как люди. Конечно, другие стрижки, ещё и бакенбарды. Волосы поголовно плохо промыты у всех. Особенно у попа это заметно. С шампунями и прочими средствами гигиены у местных напряг.

Чиновник, который волю дядюшки записывал, больше налегал на вина. Я выпил немного, но после второго бокала показал слуге, что достаточно. Алексей сразу попросил подать морс или квас. Не то совсем не пьёт, не то не хочет бдительности терять. Замок-то он врезал, но мы в этом доме ещё на птичьих правах.

Удивительно, что вся дворня сразу увидела во мне барина. В моей личности никто не усомнился. Дядя, получив два года назад письмо, ждал и надеялся, что племянник прибудет. Даже комнаты стояли готовыми. Слуги бегали и суетились только по той причине, что помещением долго никто не пользовался, но меня определённо ждали. Историю про Америку все послушали с большим интересом, и уважения во взглядах прибавилось. Лакеи и те притормаживали, чтобы узнать о наших приключениях.

Когда я вернулся в свои комнаты после ужина, полы были уже вымыты, ковры и в спальне, и в гостиной вытряхнуты. Постель перестелили и даже печь протопили. Сейчас не зима, но ещё прохладно. Такой сервис был в тему. Предыдущей ночью я дежурил, намерзся, поспал всего три часа, потому сообщение о приготовленной кровати воспринял с радостью. Отослал всех слуг, сообщив, что сам устроюсь. И почти сразу спохватился, что не посетил туалет и даже не разузнал где он. Мне сообщили, что туалет рядом с конюшней имеется, куда барину ходить не пристало. Горшок для чего под кроватью?

Наверное все попаданцы во времени сталкиваются с подобными проблемами. И всё же я прогулялся до конюшни. Может, и буду пользоваться горшком, но пока морально еще не готов к подобному.

Зато кровать мне понравилась. Не ожидал, что спать на перине будет удобно. Не то она особо пуховая, не то я сильно устал. Запах свечей, затопленной печи и почему-то хлеба создавали уют. Раздевшись, я заполз в тёплую норку не сильно широкой кровати. Подушку выбрал самую маленькую, но всё остальное более чем устроило.

О будущем и вообще о жизни подумаю после.

Глава 5

Алексей меня разбудил ближе к обеду следующего дня. Он деликатно постучал в дверь и почти сразу ввалился в спальню с сообщением, что дядюшка помер.

— Вставай. Все уже как наскипидаренные бегают, а тебя боятся разбудить.

— Хм… мы перешли на «ты», — припомнил я, что предыдущие два дня Алексей обращался ко мне более уважительно.

— Это я забегался со всеми. Нужно на «вы»?

— Без разницы, — потянулся я и стал выбираться из постели. — Ты горшком-то пользовался? — почти сразу припомнил я проблему.

— Не-а… к конюшне бегал. Нужно распоряжение отдать, чтобы господский туалет поближе сделали. Ты пока по поводу похорон поговори, а я прикину, где нам удобства сделать.

Алексей удалился, оставив меня разбираться с текущими делами. Выходить в нижнем белье на всеобщее обозрение не стоило. Да и пятнистый охотничий костюм как бы не в тему. С другой стороны, мне только до туалета добежать и после умыться. В более приличную одежду могу и позже облачиться. Она, безусловно, тоже не подходит под это время, но куда деваться?

Натягивая на себя вещи, заметил, что штаны после путешествия по весенним дорогам нужно постирать. Интересно, как здесь обстоит дело с прачками? Стоит ли им доверить столь деликатную процедуру как стирка иновременных вещей? Вообще вопросов очень много и лучше поторопиться, чтобы начать разбираться со всем.

Обилие прислуги, точнее, дворни из крепостных людей, удивляло и радовало. Я по пути к так называемым удобствам только заикнулся, что хочу тёплой воды умыться, и мне тут же принесли кувшин и тазик для водных процедур. Бородатый мужик, сопроводив деваху с кувшином, что-то прогундел вслед. Говорил он вроде как по-русски, но я ни фига не понял. Мужик повторил, девица ещё пояснила и я наконец сообразил, что мне услуги брадобрея предлагают.

— Пока сам справлюсь, — вынул из несессера свои принадлежности.

Между прочим, запас того, что относится к бритью, у меня не безразмерный. Когда-то понадобится помощь и брадобрея, и парикмахера. Охо-хо… дед, ну чего тебе какая-нибудь другая безобидная идея в голову не пришла? За что мне такие страдания?

Вообще-то на краю сознания мысль о том, что это грандиозное и очень дорогое реалити-шоу, продолжала крутиться. Немного позабылись те деревеньки, мимо которых мы проезжали в предыдущий день. Дом помещика выглядел не так уж и плохо. Не современное строение, но и не развалюха. Электричества нет, конечно, но люстры со свечами выглядели богато. А трёхметровые двери потрясали своим монументализмом. Судя по всему, дубовые. Плюс филёночки там всякие, декор вокруг ручек. Двери были тяжеленные, крепкие, но с претензией на изящество. Они хоть и высокие, но с четырехметровым потолком, украшенным вензелями из гипса, вполне себе гармонировали. Нужно будет пройтись по дому и внимательно осмотреть его. Но это позже.