Дмитрий Соболев – Хаос-код (страница 7)
Глава 1. У ведьмы в лачуге
Подвал пах мышами, сушёными травами и чем-то кислым.
Димон сидел на соломенном тюфяке, привалившись спиной к каменной стене. Кеды он снял — сушить. Носки выжал. Телефон положил рядом, но экран больше не включал — берёг зарядку.
Элинор сидела напротив, на перевёрнутом ящике. Она разжигала маленький очаг щелчком пальцев.
Щелчок — и из ниоткуда вспыхнул огонь.
Димон моргнул.
— Это фокус, — сказал он. — В рукаве зажигалка или магний. Я такое в интернете видел.
Элинор подняла бровь. Сделала ещё один щелчок — над её ладонью заплясал синий огонёк, маленький, размером с монету.
— Трогай, — сказала она.
Димон протянул палец. Огонёк был горячим. Настоящим. И он не жёг — ровно на границе боли и тепла.
— Это магия, — сказала Элинор. — Всамделишная. Не фокус, не трюк. Я ведьма. И если ты сейчас завизжишь и выбежишь на улицу, тебя схватит инквизиция и сожжёт за компанию со мной. Понял?
Димон убрал палец.
— Понял, — сказал он. — Дай мне минуту.
Он закрыл глаза. Мысли метались как мухи в банке.
Вариант первый: я в коме. После пельменей — инфаркт, инсульт, всё дела. Лежу в реанимации, мозг рисует сказки.
Вариант второй: меня похитили. Какая-то очень дорогая и странная инсценировка. Но зачем? Я инженер-программист, а не президент.
Вариант третий: я правда в другом мире. С магией, ведьмами и патрулями с мечами.
Третий вариант был самым безумным. И самым вероятным.
— Хорошо, — он открыл глаза. — Допустим, я поверил. Объясни мне, как пятикласснику. Где я? Что за магия? И почему меня должны сжечь?
Элинор вздохнула. Она взяла с полки глиняную кружку, налила из кувшина какую-то бурду и протянула Димону.
— Пей. Это не яд, просто травяное дерьмо. Вкуса нет, зато согревает.
Димон сделал глоток. Вкуса действительно не было. Зато по телу разлилось приятное тепло.
— Ты в королевстве Андалос, — начала Элинор. — Мир называется тоже Андалос, лень было придумывать новое. Здесь есть магия. Она повсюду — в воздухе, в земле, в крови. Те, кто могут ею управлять, — маги. Те, кто не могут — просто люди. Инквизиция считает, что магия — это проклятие. Что она убивает. И её нужно уничтожить.
— А она убивает? — спросил Димон.
Элинор помолчала.
— Иногда, — сказала она тихо. — Если не контролировать. Если злиться слишком сильно. Если... если ты слаб.
Она поставила кружку и закатала левый рукав. Димон увидел шрамы — тонкие, аккуратные, похожие на вязь. Руны.
— Это метка, — пояснила она. — Её ставят в детстве, если в роду был маг. Она показывает уровень твоего дара. У тебя нет метки — значит, ты не отсюда. Иномирец. Последнего иномирца инквизиция сожгла тридцать лет назад. Прилюдно. Три дня он горел и не умирал.
Димон сглотнул.
— И как я сюда попал?
— Понятия не имею, — Элинор пожала плечами. — Может, разрыв Ткани. Может, Архитекторы шутят. Может, ты просто везучий идиот.
— А вылезти отсюда как?
— Никак.
Димон замер.
— Никак? Совсем?
— Портал? — Элинор усмехнулась. — Дорога домой? Нет, парень. Никто не знает, как попасть в другие миры. И никто не знает, как вернуться. Ты здесь навсегда.
Димон опустил голову. Пельмени. Сериал. Свой диван. Мама, которая звонит по воскресеньям и спрашивает, женился ли он уже.
Всё это осталось там. А здесь — вонь, грязь, вертикальные зрачки и страх.
— Не реви, — сказала Элинор, но голос её смягчился. — Я тоже не сразу привыкла.
— Ты тоже... — Димон поднял голову. — Ты тоже иномирка?
— Нет, — она покачала головой. — Но я была одна. Когда мать сожгли, когда меня объявили вне закона. Тоже думала, что это конец.
Она помолчала, потом встала и подошла к столу, на котором лежала карта — потрёпанная, с восковыми пометками.
— Есть один старик, — сказала она. — Альдрик. Он живёт в Забытой Башне в Гнилых горах. Он маг — древний, сильный, безумный. Если кто и знает про иномирцев — то он.
— Далеко?
— Две недели пешком. Если нас не убьют раньше.
Димон встал. Ноги всё ещё дрожали, но уже меньше.
— А что ты с этого получишь? — спросил он. — Зачем тебе тащиться через всю страну с каким-то непонятным мужиком?
Элинор посмотрела на него. Вертикальные зрачки сузились.
— Потому что инквизиторы видели тебя со мной. Теперь я тоже под подозрением. Моя лачуга — не убежище, а могила. А старик Альдрик может научить меня тому, что не знаю я. Тому, что не дала мне мать.
Она сунула карту в мешок и кинула Димону грязный, но сухой плащ.
— Надевай. Мы уходим на рассвете. До рассвета — три часа. Спи, если сможешь.
Димон накинул плащ. Солома кололась, стена была холодной, а в голове гудело.
Он лёг, закрыл глаза и прошептал в темноту:
— Я вернусь. Я придумаю, как вернуться. Я инженер, чёрт возьми.
Никто ему не ответил.
Только огонь в очаге тихо щёлкнул и погас.
Глава 1. У ведьмы в лачуге
Подвал пах мышами, сушёными травами и чем-то кислым.
Димон сидел на соломенном тюфяке, привалившись спиной к каменной стене. Кеды он снял — сушить. Носки выжал. Телефон положил рядом, но экран больше не включал — берёг зарядку.
Элинор сидела напротив, на перевёрнутом ящике. Она разжигала маленький очаг щелчком пальцев.
Щелчок — и из ниоткуда вспыхнул огонь.
Димон моргнул.
— Это фокус, — сказал он. — В рукаве зажигалка или магний. Я такое в интернете видел.
Элинор подняла бровь. Сделала ещё один щелчок — над её ладонью заплясал синий огонёк, маленький, размером с монету.
— Трогай, — сказала она.