Дмитрий Смирнов – Забытый выбор (страница 11)

– Огромное вам спасибо, – уже более холодно ответил Олег, а это, несомненно, был он, но Безбародков не заметил этой перемены. Взяв ключи, представитель Кипрова, поднялся на третий этаж.

***

Виталий Турин открыл двери под вывеской «Помогаю детским домам России», кивнул охраннику и поднялся в свой кабинет. У него был свой ключ от кабинета, поэтому тревожить Арсения Петровича не было необходимости. Вставив ключ в дверь и повернув его два раза по часовой стрелке, он зашел в свой кабинет. Все было как обычно. Шкаф, диван, стол, пару стульев стояли на своих местах. Включив компьютер, Турин решил вначале заварить себе кофе. Точнее не заварить, а просто размещать черный порошок с кипятком, чтобы получить безвкусную черную жижу. Он был немного удивлен тем, что его чашка была не помыта. Но, как это часто бывает, человек не ищет какие-то объяснения таким явлениям, сбрасывая их на какую-то мелочь, вроде «наверное, так и было».

***

Колян и Саша стояли у входа в офис Кипрова и беседовали. Саша недоумевал:

– Слушай, а тебе не кажется странным тот факт, что мы уже видели нашего мини босса раньше?

– Дильмана-то? Да не знаю, может и странно, хотя с другой стороны, почему бы и нет? – отозвался Колян.

– Да я про то, что когда мы его впервые встретили, он мне показался кем-то, не знаю как сказать, из другой касты что ли. А теперь вот перед нами человек, который работает на Кипрова и при этот тот, – он указал пальцем вверх, – жалует его, а нас гнобит. Да еще и руководителем нашим сделал.

– Знаешь что я думаю, – начал Колян, доставая сигарету, – Кипров–то точно не осел, он разбирается в людях, хотя бы в этом можно быть уверенным.

– А ты точно уверен? Может это все фарс, не более, а деньги заработал только тем, что воровал и, если надо, убивал других.

– Ты думаешь можно столько заработать только убивая и воруя?

– А ты удивлен? В этой стране все возможно. Точнее именно таким способом и можно здесь зарабатывать.

У Саши зазвонил телефон. – Это Кипр, черт, что же еще ему надо? Да алло, господин Кипров. Что?

Голос в трубке кричал, слышно было: «если я еще раз узнаю, что вы курите у моего крыльца, вы будете у меня год работать вместо моего уборщика! Бесплатно!» Трубка стихла.

– Как я понимаю, надо все-таки потушить сигареты? – с кривой улыбкой спросил Колян.

– Ага, об свою голову потуши, шутник!

Из здания вышел Олег.

– Добрый день, уважаемые! Как настроение?

«Неплохо было, пока ты не вышел» – подумал про себя Саша. Но вслух отозвался:

– Нормально, не жалуемся.

– А здоровье как?

– Да нормально всё, неужели вас так интересует наше здоровье?

– Ну конечно, это же мой долг! Я же так сильно переживаю оттого, что вы курите, о чем я только минуту назад сказал господину Кипрову, – Олег ехидно улыбнулся, – К тому же мне ваше здоровье понадобится сегодня.

«Только бы снова не отправил вместе с рабочими щебень разгружать» – со злостью подумал Саша.

Посмотрев на лица собеседников, Олег, улыбнувшись, успокоил их:

– Да вы не переживайте, не щебень разгружать. К тому же в тот раз это вообще была не моя идея, а Александра Николаевича, он сказал, что вы должны хоть раз в жизни руками поработать.

– Так а зачем мы это делали в своих одеждах? Почему нельзя было переодеться? – не удержался и спросил Колян.

– Кто ж знает, его приказ, не мой, может быть он хотел вам показать, что сначала надо заработать на эти вещи, а уж потом носить их.

«Так ведь и ничего и не ответишь, и этот бесит, и тот, а пожаловаться никак и некому», – подумал Колян.

– Так что же нам надо будет делать сегодня? – приторно вежливо спросил Саша.

– Да в общем-то мелочи, мы сейчас отправимся на переговоры с противоположенной стороной по бизнесу.

– Это к кому?

– Мы ведь практически приобрели уже «Детские дома России», теперь можем и на других накидываться. Как вам? На переговорах не струсите?

– Да нет, да что вы, – на разные голоса залепетали студенты МГИМО.

– Ну так и отлично. Вы на своей машине?

– Конечно!

– Тогда в путь, мои бравые соколы!

«Просто бесит, как он нас может легко выставлять дураками перед ним и перед друг другом, а нам как будто это нравиться, мы ещё и поддакиваем, бред какой-то» – подумал Саша, когда открывал дверь машины.

***

Небольшое здание, на юго–востоке Москвы, неподалеку от метро текстильщики не могло похвастаться новизной и ухоженностью. Это было обычное кирпичное сооружение, построенное в шестидесятые годы, со старыми окнами и железным зеленым забором. От кого прятались или, что пытались защитить с помощью такой защиты цвета летней листвы, было непонятно. Однако здание жило и, более того, в нём жили дети. Дети, оставшиеся без попечения родителей. Когда подъехал мерседес, дети прильнули к окнам, ведь все понимали, что этот приезд может значить для них, точнее для кого-то одного. Они молча смотрели, как из машины вылезли трое мужчин: двое помоложе, один постарше. Последний говорил, те двое его молча слушали. Дети решили, что это скорее приехали к администрации, что, в принципе, тоже было хорошей новостью. Ни один ребенок не любил своих, как дети выражались, «надсмотрщиков». Хотя тут нечему удивляться. Зарплата более чем скромная, карьерного роста нет, и по смыслу работы быть не может. Хороший человек только по каким-то высоким убеждениям идет работать сюда. Или если есть деньги. Однако и тех и других настолько мало, что даже смешно упоминать. Но раз приехали к начальству, тем более на такой машине, а дети хорошо разбирались в таких делах, значит что-то должно произойти.

– Вам налево, мне направо, – приказал Олег, когда троица вошла в здание. Левая дверь вела к детским комнатам.

– Так мы не будем вести переговоры? – не понимал Саша.

– Ну конечно будете, вот наши потенциальные работодатели, – он открыл дверь и указал на детей, с интересов смотревших на гостей, – всё же ради них. Если они дадут согласие на объединение, значит дело в шляпе.

Саша и Колян переглянулись. Успев только шепотом выругаться, проклиная Олега и Кипрова, они направились к детям. Олег как родная мать, которая отправляет своих сыновей в долгий путь, откуда они могут и не вернуться, смотрел уроженцам Новосибирска вслед. Затем, насладившись моментом, развернулся направился к двери с надписью «Директор учреждения». Он открыл дверь и увидел вполне обычную картину. За столом сидел недешево одетый, но неопрятный человек лет пятидесяти с лысиной в верхушке головы. Убранство комнаты не могло похвастаться роскошью, со стороны казалась, что и глазу не на что упасть. Старый шкаф, несколько стульев, которые видели лучшие времена, непонятных годов ковер и горшок с землей, но без цветка. Помимо прочего на столе стоял компьютер, полученный из государственных запасов лет двенадцать назад, который стоял здесь только для того, чтобы его утром включали, затем он как мотор жужжал до вечера. Вечером директор его выключал, чтобы, как он выражался «экономить наше электричество».

Олег не стучался перед тем как войти. Поэтому директор даже не поднял головы. Он спал. Олег взглянул в сторону помойки, там лежала пустая литровая бутылка «Blue label». Судя по каплям на полу перед урной можно было сделать вывод, что прикончили её только утром.

«Мда…» – подумал Олег, – «Интересный малый, работает в старом гадюшнике, а пьет как король. Ладно-ладно, все поверили, что у тебя нет денег, машину бы хоть свою подальше от места работы ставил. Смешно же».

Олег подошел к двери и силой закрыл её. Лицо поднялось.

– Мм… – протянуло оно.

– И вам добрый день! Вы понимаете от кого я приехал?

– Не совсем, – еле-еле лепетало лицо.

– Давайте для начала познакомимся. Меня зовут Олег Дильман. Вы, как я понимаю, Олег вытащил свой планшет, Петр Кириллович?

– Дельнов, – вставило лицо.

– Что–что?

– Дельнов моя фамилия.

– А, извините, а то мне послышалось Бездельнов, хотя, если честно, она бы вам больше подошла.

– Не совсем вас понимаю

– Всё вы правильно понимаете. Меня предупреждали о том, что я здесь увижу, поэтому будьте добры приведите себя в порядок и позовите своих замов.

Через десять минут перед Олегом стояли помимо детектора еще один мужчина и две женщины.

– Ну, все правильно, – произнес Олег, – ровно четыре автомобиля. Итак, – начал он более громко, хотя был уверен, что и первую ремарку слушатели прекрасно услышали, – как вы сами считаете, есть основания думать, что вы свою работу выполняете безобразно? – Собеседники молчали. – Вы что хотите ближайшие 5–7 лет просидеть в тех местах, где сидят, в частности, бывшие беспризорные, а ныне преступники, которые стали такими от безысходности, от того, что такие как вы, вместо заботы о детях тратили пожертвования и благотворительность на себя? Я вас спрашиваю, уважаемые. У вас маленькая зарплата? Не спорю, так вы напрягайтесь, напрягайтесь. Ваша работа это благородная миссия, а вы превратили её почти в бизнес! – Олег даже сам удивился оттого, что так разошелся. «Хотел же просто сказать, что работают бездарно, а получилась какая-то речь проповедника». – Итак, я снова повторяю свой вопрос, хотите ли вы дальше здесь работать? – Замы молча закивали. Директор остался недвижим.

– А вы, уважаемый Дельнов?

– Кто вам дал право так с нами обращаться? Вы что ли святой? На Кипрова святые не работают. Мы что одни такие? Все же хотят хорошо жить и вкусно есть.