Дмитрий Смирнов – Анатомия соблазнения, или Мачо тоже плачут. Роман (страница 7)

Приехал. Передо мной высокое офисное здание, коих в городе сотни. Вхожу и подымаюсь по ступенькам на девятый этаж (она работала клерком в какой-то юридической конторе). Лифтом не воспользовался, чтобы было время ещё раз привести все мысли в порядок, пока иду наверх.

На что я надеялся? Скажу откровенно – я рассчитывал вернуть её. Да-да, хотел произвести впечатление своим внезапным появлением в Москве с красивыми цветами да к тому же изъясняющимся на её родном языке. Одним из моих козырей было признание в любви на русском. Я собирался сразить её этим наповал. Ожидал, что Вероника увидит, что ради неё я преодолел время и расстояния, выучил язык, остался верен в своих чувствах. Она увидит это, оценит и поймёт, как глубоко заблуждалась, и, разумеется, вернётся ко мне. Неплохой план, не правда ли?

И вот я стою у кабинета, где работает она. Мимо деловито шныряют «белые воротнички». Сердце бешено бьётся в груди, ладони вспотели от волнения, мне жарко в костюме. Я ослабляю узел галстука и начинаю сомневаться в том, что нужно было приезжать сюда. Но если бы я просто позвонил и предложил встретиться, она бы не согласилась. Это точно. Именно поэтому я решил появиться в её жизни неожиданно.

Я уже несколько минут подпираю стену в коридоре, не решаясь войти. Хочу развернуться и уйти, потому что теперь, когда проделан весь этот длинный путь и мне осталось сделать один шаг, я… я просто боюсь. Боюсь чего? Наверное, её реакции. Мы не виделись почти год. Её жизнь могла кардинально поменяться. Может, она теперь замужем… Боже!.. Что и кому я хочу доказать? Зачем всё это?.. Нет! Всё-таки надо войти и поговорить с ней, иначе я потом изведу себя. Я просто затрахаю себе мозги. В конце концов, это уже вопрос чести и самоуважения. Я не могу простить ей разрыв. Такие вещи по телефону не делаются. Я должен высказать ей всё прямо в глаза. Однако её может и не быть в кабинете. А стоять здесь в размышлениях можно до бесконечности. Ладно, будь что будет.

Делаю глубокий вдох полной грудью и открываю дверь. Передо мной большая комната, уставленная письменными столами. За ними работают люди. В основном девушки. Я пробегаю глазами по головам и через пару секунд нахожу объект моих чувств сидящим в конце комнаты. У неё теперь каре, плюс она сделала мелирование. Весь честной офисный люд отрывается от раскладывания «косынки», просмотра интернет-сайтов, переписки в социальных сетях и прочих важных дел. Все пялятся на меня. Прям картина Иванова «Явление Христа народу». По кабинету прокатывается шёпот и шушуканье. Люди не понимают, что посреди рабочего дня здесь делает этот разодетый франт с нерусской внешностью да ещё с букетом. Ясно, что таких персонажей в своей тоскливой и серой офисной жизни они наблюдают далеко не каждый день. Главная интрига – к кому он пришёл? Я объявляю на всё помещение: «Пожалуйста, не волнуйтесь! Это займёт всего пару минут. Я пришёл поговорить вон с той девушкой». И указываю на Веронику, которая сидела полностью растерянная и красная как рак.

Сказать, что она была удивлена – не сказать ничего. Она была в немом шоке, потому что, по-видимому, уже давно похоронила меня в своей памяти. И вот мертвец из прошлого воскрес и стоит перед ней живее всех живых. Восставший из зада! По-другому не назвать. Она была сбита с толку, не знала, что говорить. Вдобавок её добило то, что я говорю по-русски. Первая реакция сводилась к фразам: «Рaolo, сhe ci fai tu qua? Рerchè tutto questo? Рerchè non mi hai avvertito?»7 Она говорила со мной по-итальянски, чтобы коллеги не понимали нас, но я хотел объясняться с ней на русском. Мне нечего было скрывать и было наплевать на посторонних. После того, как лёд общения был сломлен и диалог кое-как пошёл, мы вышли из кабинета под любопытными взглядами и улыбками окружающих. Цветы она оставила у себя на столе.

Я не буду пересказывать весь разговор. В этом нет смысла. Скажу лишь, что несмотря на то, что теперь мы говорили с ней на одном языке, мы так и не поняли друг друга. Мы уже были чужими. Я хорошо это почувствовал. Она заверила, что у неё сейчас другая жизнь, есть молодой человек (скоро свадьба!) и прежних чувств ко мне не осталось. «…Поэтому не надо пытаться склеивать разбитую чашку, не надо, Паоло». При слове «чашка» я ухватился за последнюю соломинку и предложил встретиться в кафе в обеденный перерыв или после работы, но она наотрез отказалась. Попросила её больше не беспокоить и была такова.

Я не вернул её. Не получилось. Единственное, чем мог на тот момент гордиться, так это тем, что смог сказать ей всё в лицо. О своих чувствах и о её подлом поступке. Именно тогда я освободился от груза, который долго сдавливал моё сердце, и хоть она отказала, мне всё-таки стало намного легче.

Провал с Вероникой был для меня удачей на самом-то деле. Мне страшно подумать, что бы со мной стало, если бы я женился на ней. Это было бы серьёзной ошибкой. Но тогда я этого не осознавал, а, как слепой котёнок, тыкался в глухую стену.

Спустя несколько месяцев я снова прилетел в Москву в гости к химику Паше. На этот раз захватив из дома любимый шарф Вероники, который она оставила в Италии. Я подумал, что этот цветной кусочек материи сможет послужить поводом увидеть её ещё раз. А вдруг?

Итак, я снова направился к ней в офис. На этот раз с одной красной розой и шарфом в руке. Когда вошёл в кабинет, все её коллеги сразу меня узнали. Я прошёл к её столу под их смех (это было ужасно) и пробормотал: «Я просто подумал, что ты захочешь назад свой шарф». Она даже не взглянула на меня. Тупо смотрела в монитор, не шелохнувшись, как будто каменная. Ноль эмоций, ноль внимания. Даже не удосужила ответом. Не проронила ни слова. Вот тогда-то до меня дошло, что это настоящий конец. Я понял, что проще оставить этого человека жить своей жизнью. Поэтому развернулся и ушёл навсегда.

Все оставшиеся дни отпуска я провёл в кругу своих русских друзей. Это было похоже на рождение нового человека. Я катался по городу и видел, сколько красивых девушек ходит по улицам! Столько я никогда не видел. Я много размышлял, подвергал сомнению своё скучное и бессмысленное существование на родине. Я обнаружил, что Москва – довольно интересное место, где можно получать удовольствие от жизни, и мои попытки овладеть русским языком с целью вернуть Веронику не пропали даром. Россия – это отличное место и, пожалуй, мне стоит продолжить своё обучение, чтобы узнать эту страну получше.

Пережив прямое попадание в сердце, я начинал новую страницу своей жизни.

Глава 3

Декабрь 2005. Мой дружок Марко и я, устав от повторяющихся из года в год домашних ритуалов по встрече Рождества и Нового года, сопровождающихся обильным поеданием всевозможных нездоровых блюд, разговорами ни о чём и бесцельным просмотром телевизора в кругу семьи, решили для разнообразия отметить надвигающиеся праздники на Украине.

Почему именно Украина? Ответ прост: там много сказочно красивых женщин и, что немаловажно, гражданам Италии не требуется въездная виза. Это очень большой плюс по сравнению с Россией и Беларусью, визы которых надо выклянчивать в консульстве, причём за немалые деньги.

Сама идея родилась не спонтанно, а назревала постепенно. Лично я к поездке был морально готов, так как уже владел русским и за плечами у меня был опыт путешествий в матушку-Россию, чего нельзя было сказать о моём друге.

С Марко Росарио мы когда-то познакомились на кулинарных курсах. Он типичный итальянец: в свои сорок три ни разу не был женат, живёт с престарелыми родителями, работает главбухом в горгазе и является отъявленным puttaniere. В русскоязычных странах никогда не бывал. По-английски говорит слабо. Тем не менее он был полон энергии и решимости действовать. Если б мы только знали, какие адские мытарства нас ждут впереди, то, ей богу, остались бы на родине с предками смотреть Speciale di Buona Domenica di Maurizio Costanzo8 и поедать лазанью под красное вино.

Решили ехать на новой машине Марко. Честно говоря, не хотели зависеть от расписаний общественного транспорта, желали быть мобильными, а заодно старина хотел проверить свою «железную лошадку» на выносливость на дальних дистанциях. Он взял красный Nissan Almera в кредит за шестнадцать тысяч евро и стремился понять, стоила ли японская крошка этих вложений.

Из Пезаро выехали в пять утра, пересекли Австрию, Чехию и вечером того же дня были в Кракове. Переночевали в отеле, а утром продолжили путь и уже в сгущающихся сумерках въехали во Львов. Мы выбрали этот город пунктом нашего назначения с самого начала, так как он довольно крупный и находится близко к границе.

Не успели приехать, как начались проблемы.

Дело в том, что перед поездкой я постарался навести мосты сразу с несколькими барышнями на сайте знакомств. Они оставили мне свои телефоны, а одна из них, с которой я переписывался дольше всех (три месяца вялотекущей переписки) пообещала, что забронирует для нас номер в гостинице. Когда мы сунулись в отель, то никакой брони на моё имя там не оказалось (вот зараза!). Не было и свободных мест. Мы были довольно вымотанными после езды и, тем не менее, нам пришлось поднапрячься ещё, чтобы разместить свои тела на ночлег.