Дмитрий Смекалин – Выпускник (страница 40)

Ну, раз так, Петя не спеша и выдал все, что как-либо относилось к данной теме. Естественно, стараясь представить самого себя как жертву обстоятельств. Даже не постеснялся поругать генералов и опричников за отсутствие гибкости.

В его интерпретации события развивались в следующем порядке.

Указ о сдаче артефактов в хранилище был издан без учета мнения шаманов. И, естественно, очень плохо выполнялся. Согласно ему даже уважаемому Ульратачи, раз он проживает на территории Великого княжества Пронского, все свои артефакты надлежит сдать, а потом писать прошение об их возвращении во временное пользование для проведения ритуалов. Причем прошение опричники могут и не удовлетворить.

У шамана и тут ни один мускул не дрогнул.

Далее опричники несколько раз ездили к Ульратачи, что проживал немного севернее Дальнего, и договорились с ним, что его внук Магаде приедет в магическую академию.

Дальше все пошло наперекосяк. На занятиях по развитию магической силы этот Магаде вызвал духа Абасы и убил нескольких кадетов и одного преподавателя, которым не повезло оказаться с ним рядом. Только с Петей ничего не смог сделать, поскольку тот духа видел и мог немного на него воздействовать. Остальные маги духа не видели и не поняли, что случилось. Молодому шаману все сошло с рук.

Возникли проблемы и с указом об артефактах. У опричников откуда-то оказалась шаманская книга.

– Вот эта… – Петя вынул тетрадь и протянул шаману. – У меня в руках она была только один вечер. Перерисовал, сколько успел. Языка не знаю, так что могут быть неточности. Я старался, но спешил. Сразу предупреждаю, первую главу или введение я пропустил. Может быть, зря, но в наших книгах обычно в начале пишут обо всем и ни о чем. Можно не читать.

Кажется, Ульратачи впервые заинтересовался Петиным сообщением. Точнее, книгой. Стал листать и несколько раз усмехнулся. Содержанию или ошибкам кадета – не сказал.

Дальше Петя поведал, что Магаде очень захотел забрать оригинал книги себе и в конце концов призвал духа, который ранил опричника и похитил книгу.

Что было дальше, кадет якобы не знает. Но книгу маги вернули, а Магаде, как говорят, нашли в болоте мертвым.

И вот после всех этих событий опричники вспомнили, что Петя может видеть духов, и послали его к деду Магаде в его пещеру в окрестностях Дальнего. Не одного, с опричником и жандармами.

В пещеру шаман пригласил одного Петю, но там не стал с ним чаи распивать, а захотел какой-то ритуал провести.

– Положил меня на каменную скамью, пристегнул к ней цепью, а сам вот этим ножом на меня замахнулся. – Птахин протянул Ульратачи костяной кинжал рукоятью вперед, придерживая его двумя пальцами за лезвие. И быстро убрал руку, стоило шаману коснуться артефакта. На всякий случай. Угрозы он не чувствовал, но вдруг. Тут большой раны не надо, достаточно царапины.

– И вот еще, – продолжал он, – в скамью был вот этот камень вделан. Я его тоже тебе привез. Чувствую, что неправильно его опричникам отдавать. А у вас ему самое место будет.

Лицо шамана снова стало каменным, но дымчатый алмаз он взял. И крепко сжал всеми пальцами – так, что они даже побелели. В кинжал, кстати, тоже крепко вцепился.

– Как вы поняли, – немного поколебавшись, добавил Петя, – хозяина пещеры я убил. Так как решил, что он сам меня убить собирался. Прощения не прошу, но очень надеюсь, что его кровь между нами не ляжет. Неправильно тот Ульратачи себя вел. Вы на его месте гораздо лучше будете. Потому и алмаз с кинжалом вам привез. И еще схроны того шамана в пещере я видел, но разорять их не стал. Мне чужого не надо.

– У тебя еще артефакты есть.

– Есть. Но я их от опричников во временное пользование получил. Как вернемся, должен отдать. А кинжал… – Кадет распахнул шинель, демонстрируя рукоять с темляком ордена. – Кинжал не ваш. Индийский. Я его в Тьмутаракани купил, как личное оружие ношу.

Если шаман на это прореагировал, то только глазами. А потом надолго воцарилась тишина. Птахин вроде все сказал. Из того, что хотел. Дальнейшие подробности только навредить могут. Ульратачи же молчал. Думал? Или с духами разговаривал? Никаких теней вокруг не видно.

Наконец раздался голос шамана. Такой же бесстрастный, как его лицо.

– Я все слышал. Духи все слышали. Думать надо. Большой совет духов великих созывать.

«Духи великих, наверное, не то же самое, что великие духи, – подумал Петя. – Советоваться с духом Абасы и ему подобными вроде не о чем. Духов шаманов он имел в виду, что ли? А разве так можно? Или это он для красного словца сказал, чтобы своим решениям больший вес придать?»

Это было не так важно, так как шаман сказал:

– Ты езжай отсюда. Ты здесь больше не нужен.

– Эй, а как я узнаю, что вы с духами надумали?

– Если духи решат тебе сообщить, они тебя найдут.

Петя мысленно поежился. Но не очень испугался. В то, что его будут искать духи шаманов, он не верил. Может, их и вовсе нет. А всякие там Абасы и прочие теневые рыси не сами по себе появляются. Их шаман с помощью артефактов вызывает. Захотел бы убить, прямо здесь и напал бы, а он с миром отпускает.

Только…

– Великий шаман, я же к вам не один приехал. И один уехать не могу. А у Карташова к вам еще просьба была. Вы уж извините.

И, пока не выгнали, быстро добавил:

– Искали его люди в этих местах кристаллы для накопителей вроде моего. – Петя вытащил на свет свой алмаз. – Говорят, вы им место указали, а они найти не могут…

Шаман наконец сменил позу и пронзительно посмотрел на кадета. Но голос остался все таким же отрешенным.

– Тебе нужно, ты их туда и отведешь. Прямо сейчас.

В воздухе сформировалась небольшая тень, вроде той, что Магаде из своего артефакта выпускал, и не торопясь двинулась в сторону выхода из дома. Петя спешно поклонился, пробормотал слова благодарности и двинулся за ней.

– Матвей Яковлевич! – завопил он, оказавшись снаружи. – Скорее лыжи мне давайте и обратно сани запрягайте, чтобы за мной ехать. Ульратачи проводника дал к тому месту, где обещанные вам кристаллы лежат. Что-то намагичил, что его только я вижу. И ждать этот проводник не будет.

– Ох ты господи! – закряхтел Матвей, выскочив из соседнего дома. – Что встали, раззявы! Слышали? Бегом! Где лыжи?

Лыжи (скорее, снегоступы) принесли быстро. К счастью, самой простой конструкции, крепящиеся к любой обуви ремешками. Петя их быстро нацепил и рванул по бездорожью.

Было уже довольно темно, тень успела удалиться на значительное расстояние, но благодаря магическому зрению разглядеть ее еще было можно. Потому что с самого начала кадет с нее взгляда не сводил.

К сожалению, всякие неровности почвы в магическом зрении видны были много хуже. На первой сотне шагов Петя упал три раза, но быстро вскакивал и бежал дальше. А на второй сотне духа практически догнал и дальше бежать стало не обязательно. Так что шел спокойно, отряхиваясь на ходу. Огорчало, что снег продолжал валить; если приказчики не поторопятся, его следы вполне может замести.

Примерно через час в голову стали закрадываться сомнения. Почему шаман послал его бежать за духом на ночь глядя? Разве не мог утром его вызвать? Тогда бы все нормально подготовились, а сейчас он бежит один почти в полной темноте. Снегопад, ни луны, ни звезд не видно. Да и тень-дух видна только потому, что в магическом зрении выделяется на общем фоне.

Это испытание? Или хотел так Петю наказать за самоуправство? Или дух его вовсе в какую-нибудь ловушку ведет?

Птахин стал крутить головой по сторонам. Ничего подозрительного не увидел, ни люди, ни звери поблизости от его пути не прятались. Нет, возможно, какие-нибудь мыши под снегом и были, но опасностью от них не веяло. Зато еще раз оступился и шлепнулся.

К счастью, не в ловчую яму и не в медвежью берлогу (впрочем, медведя он магическим зрением заметил бы), но приятного мало. Хорошо лыжи крепкие попались. Тяжелые, но не сломались. Без них было бы невозможно идти.

Дальше шел с большей осторожностью, но особо замедляться тоже было нельзя. Дух летел со скоростью неспешно идущего человека, но остановок не делал.

Еще через пару часов Петя порадовался тому, что он маг жизни, и подготовка у него после занятий физкультурой у Левашова очень приличная. К тому же прямо на ходу может усталость снимать и сил себе прибавлять магией. Обычный человек от духа бы уже безнадежно отстал. Как наверняка отстали и приказчики Карташова. Оставалось надеяться, что они хотя бы следом за ним идут и не заплутают, пока следы не засыпало.

Утром Петя уже не был в этом уверен. В чем? Ни в чем больше он не был уверен. Ни в том, что за ним следом приказчики идут, ни в том, что дух его ведет именно к залежам драгоценных камней. Ни в том, что у него хватит сил дойти до цели. Держался исключительно на упрямстве и магии. И даже хорошо, что зима и кругом чистый снег. Есть возможность жажду утолить на ходу. Слепишь снежок и потихоньку его ешь. А потом «малое исцеление» на собственное горло накладываешь. На всякий случай.

Вредный дух останавливаться совершенно не собирался. Уже новый день перевалил за полдень, а потом стал катиться к вечеру. Сколько верст они уже отмахали? Не меньше восьмидесяти. За один переход без остановок. Точнее, с самыми минимальными. Естественные надобности кадету все-таки иногда надо было справлять. Но быстро, чтобы духа не потерять из виду.