Дмитрий Сиянов – Изменённый третьей серии (страница 37)

Нет, поначалу девушка робела и старалась держать дистанцию: всё же рядом здоровенный мужик в доспехах и с мечом, и явно не балаганный фигляр, а матёрый хищник, но любопытство оказалось сильнее робости, и через десять минут прозвучал первый вопрос, а ещё через десять Света поняла, что дядька не страшный, и вопросы посыпались, как из рога изобилия.

Спустя минут сорок я вконец запарился от этих «что» и «почему» и решил чуть прибавить шаг, в надежде на то, что Света решит поберечь дыхание и не переводить весь «пар на гудок», но помогло это лишь отчасти, зато девушка начала явственно выбиваться из сил.

Шли мы, надо отметить, всё равно медленно: обычно за пределами города я передвигаюсь лёгким бегом или быстрым шагом, и не из экономии ресурсов организма, а для того, чтобы сдуру не влететь в чьи-нибудь когти или чего похуже — найдётся в здешний фауне и на Изменённого управа, особенно если, переть дурняком в засаду; со Светой же мы шли прогулочным шагом — я по городу хожу быстрее, однако мой шаг — это её два, так что девушке приходилось нелегко. Однако даже сквозь сбившееся и частое дыхание Света пыталась что-то спросить.

Нет, так дело не пойдёт. Я свернул с дороги к сухой коряге и, пошевелив её для проверки на наличие змей, предложил Свете сесть на неё и передохнуть. Света тут же попыталась о чём-то спросить меня, но я жестом прервал её. Мне в голову пришла идея о том, как можно решить нашу проблему с передачей спасённой девушке жизненно важной для неё информации.

— Света, ты говорила у тебя есть телефон?

— Да. Он садится, правда.

— Не страшно, я думаю. А какая-нибудь гарнитура к нему у тебя есть?

— Есть наушники.

— Отлично. Дай мне твой аппарат ненадолго, сейчас попробуем провернуть один фокус.

Света с интересом и недоверием протянула мне смартфон. Я аккуратно взял его в левую руку так, чтобы указательным пальцем зажать разъём телефона, и обратился к «системе».

«Примитивный коммуникатор», — определила «система» предмет в моей руке. — «Желаете подключиться?» Даже взламывать ничего не пришлось, что и неудивительно — слишком большая разница в технологиях. Я опасался, что умный микрокомпьютер наоборот не сможет связаться с настолько древним механизмам и моя попытка забраться в Светин телефон будет чем-то сродни попытке хакера взломать счеты с деревянными костяшками, но всё прошло успешно. «Система» быстро разобралась с примитивным устройством и даже предложила, что можно заменить, чтобы оно работало более сносно.

Определила она также, что заряд батареи телефона неполон и какую энергию нужно подать, чтоб исправить этот недочёт. Я отдал команду на зарядку телефона из имеющихся у меня ресурсов и не отказал себе в удовольствии пошариться по Светиной фотогалерее… Я бы и в личную переписку залез, не терзаясь угрызениями совести, но фоточек мне вполне хватило, чтоб понять, что за человек находится рядом со мной. Человек, кстати, уже перевёл дух и нетерпеливо ёрзает на коряге.

Тут Света с какими-то растениями; тут просто растения, без Светы; тут селфи в обнимку с каким-то парнем ботанического вида (заметно, что это, скорее всего, её приятель, а не бойфренд — есть что-то неуловимое, отличающее дружеские объятия от объятий людей, связанных романтическими отношениями); фото расписания группы такой-то… биологического факультета; опять растения; Света в гимнастическом зале — молодец, девушка в хорошей форме; а вот в защитном костюме в какой-то лаборатории, надо полагать, на руках резиновые перчатки, а лицо закрывает прозрачная пластиковая маска — вид очень довольный, на лице гордая улыбка. В целом всё понятно — девочка-ботаник в самом хорошем смысле этого слова.

— А что ты делаешь? — не выдержала наконец Света.

— Фотки твои смотрю, — честно ответил я и, не дав возмущению девушки вырваться, продолжил: — И телефон заряжаю.

— Ты можешь зарядить телефон руками?! — переключилась на новую информацию Света.

— Могу даже ногами, — кивнул я.

— Круутоо! — протянула девушка.

— В общем, так! — сказал я, видя, что Света уже набрала в грудь воздуха, чтобы снова начать свои вопросы. — Я говорил тебе, что я Изменённый, то есть больше биомеханическая кибернетическая боевая машина, чем человек? — Света кивнула. — В моей голове установлен микрокомпьютер, на котором храниться много информации. Я сейчас составлю аудио-пакет с историей и географией этого мира для тех, кто «в танке», и залью тебе на телефон. Ты всё это послушаешь, а уж потом будешь задавать уточняющие вопросы. А то так я тебе и за год не объясню, куда ты попала и как тебе жить дальше.

— Хорошо, — задумчиво проговорила Света и тут же возразила: — А разве это не опасно — ходить, заткнув уши наушниками? Ты же говорил, что здесь… в этих самых… в пустошах, надо держать ухо востро?

— Вопросы безопасности оставь мне — поверь, я с этим лучше справлюсь.

Дальнейшее путешествие хоть и стало значительно спокойнее, оставалось столь же неспешным. Уже перевалило за полдень, и я стал задумываться о том, как мы проведём ночь. Для меня пара суток без сна и еды проблемой не являются, хоть лучше бы обойтись без этого, но вот Света мои взгляды, думаю, не разделит.

Мои размышления прервала Света:

— Стоп! — девушка встала как вкопанная, подняв руку с открытой ладонью на уровень плеча.

Я тоже остановился, быстро оглядываясь по сторонам, — может Света заметила что-то, что ускользнуло от моего взгляда, но нет, вокруг вроде всё было спокойно… и я вопросительно уставился на девушку.

— Я так поняла, в этом мире существуют три разумные расы?

— Вообще-то, четыре, — я кивнул и жестом предложил продолжить путь. — Но людей да, три.

— А четвёртая?

— Норгваны. Выглядят, как большие собаки. Они малочисленны; обладают телепатией, не очень любят людей, хоть и не враждуют с ними; зданий не строят, техникой не пользуются, одежды не носят; живут племенами, или, скорее, стаями…

— Телепатией?! — перебила меня Света. — Это мысли читать могут, что ли?

— И мысли тоже. Но ты же не о них хотела спросить?

— Нет, но это тоже интересно.

— Информация о норгванах скорее из разряда занимательных фактов о жизни планеты… Как для жителя средней полосы России информация об особенностях размножения утконосов. Большинство людей никогда не видели норгванов, и их сферы интересов никак не пересекаются.

— А ты видел?

— Видел и даже общался. Я много времени провожу в пустошах. Ты вряд ли с ними встретишься.

— Может, я тоже буду много времени проводить в пустошах?

— Ну, когда будешь, тогда и расскажу тебе о норгванах, — пожал я плечами. — А сейчас давай вернёмся к твоему вопросу.

— Александр, вы редкостный зануда!

Я усмехнулся:

— Я тебя как-нибудь сведу с каким-нибудь Изменённым второй серии — через полчаса поймёшь, какой я лёгкий в общении и милый парень. Так что там: «я так поняла в этом мире существуют три разумные расы» — и?

— Да, три разумные расы, и живут они в мире и согласии, хоть и не смешиваются… семьи совместные не заводят там… и различия между ними гораздо большие, чем у китайцев, европейцев и негров.

— Афроамериканцев, — с усмешкой поправил я.

— Ага, афроевропейцев и афроафриканцев, — поддержала девушка.

— Семьи смешанные встречаются, хоть и крайне редко — семья ведь, как правило, предполагает рождение детей, а у представителей разных рас совместных детей быть не может как у представителей разных биологических видов.

— Ну вот! И я о чём. И традиции люди соблюдают больше по расовому признаку, чем по территориальному.

— Всё так, но я не слышу вопроса, это просто ряд утверждений. Что тебя не устраивает?

— Но так не бывает! Разные расы, встречаясь на ранних стадиях развития, неизбежно враждуют. Конкурируют за ресурсы… Причём враждуют до полного истребления одной из рас. Так, неандертальцы были полностью перебиты кроманьонцами. А тут не просто разные расы, а, по сути, разные биологические виды гуманоидных разумных, причём все они жили здесь с незапамятных времён, а не переселялись, уже имея цивилизованные взгляды на жизнь. Да и если бы и переселялись… И при этом нет никакой расовой нетерпимости?! Не верю! Даже у нас существует напряжённость с китайцами, потому что их раса более живуча и их стало слишком много.

— Ну, неандертальцы частично ассимилировались, просто растворившись в кроманьонцах. А с китайцами напряги, как мне кажется, по другому поводу возникают. Но это сейчас к делу не относится. Ты, я так понимаю, начала с курса географии? — я создал и залил Свете на телефон два аудиофайла: один с курсом истории, другой — географии.

— Да, география даёт более общую и… более актуальную информацию. А с причинами как и почему что вышло я решила разобраться позже.

— Ага. А теперь возмущаешься, потому что не понимаешь причин почему нет межрасовой нетерпимости, — усмехнулся я. — Ладно, я отвечу, об этом напрямую, по-моему, в курсе истории не говорится. Была ещё одна разумная форма жизни Аорунгонару — это самоназвание, их обычно называют неведомыми или непознаваемыми….

— И о них не говорится в курсе истории?!

— Не перебивай, пожалуйста. В курсе истории, конечно, говориться о неведомых, не говорится напрямую об их влиянии на древних людей этого мира. Точнее, не говорится в этом, кратком курсе, так-то об этом любой ребёнок знает, просто здесь больше голых фактов — всё очень сжато, а там без «поллитры» не разберёшься.