Дмитрий Швец – Мародёр (страница 24)
- Оружие на пол и гуськом к двери, - Данкан потянул меч.
- Эй, Данкан! – голос за спиной заставил меня задрожать и повернуться. Женщина лежала на столе лицом вниз, ее спину коленом к столу прижимал громила. Одна рука его держала девочку за волосы, другая приставила нож к ее горлу. – Ты тут один, сам бросай оружие, смельчак.
Данкан выпустил меч, тот утоп в ножнах, подняв одну руку, он потянулся к поясу, чтобы его отстегнуть. Рука Евсея нырнула под стол. Я распахнул куртку, потянулся к ножу. Ледяные пальцы впились в затылок, вонь крови заполнила собой все, сжала желудок. Нож я так и не взял, меня вывернуло. Прямо на стол. Еще не придя в себя, я увидел, как обмяк трактирщик, как стукнулась его голова о стойку, и тело повалилось вниз. Один из мастеровых начал вставать, второй уткнулся в стол носом. Тело женщины задрожало, выгнулось и стало таять, превращаясь в черную лужу. Ее дочь тоже почернела, руки ее выгнулись назад, ноги поджались. Парень, держащий возле ее шеи нож, жутко завопил, выпустил девчонку, выронил нож, схватился за голову, и упал.
Мастеровой поднялся во весь рост, взмахнул рукой. Я первый раз видел, как используют магию и был я не в том состоянии, чтобы насладиться моментом. И все же, это красиво, когда зеленое сияние возникает в воздухе и падает на кричащих людей. То, что происходит с людьми дальше красивым никак нельзя назвать. Тела еще недавно так шумно гулявших мужиков пошли пузырями, плоть разрывалась, разбрызгивая вокруг фонтаны крови.
Мастеровой повернулся ко мне, поднял руку, но я не позволил сотворить такое с собой. Собравшись, я прыгнул на него, сбил с ног, упал сам сверху. Ударил кулаком в лицо. Девчонка завопила. Жутко, громко, уши заложило от ее вопля. Трактирщик выскочил из-за стойки и прежде чем я успел что-то сделать, снес голову Бенсу. Евсей отпрыгнул в сторону, выхватил меч и успел встретить удар трактирщика мечом.
Я замахнулся снова. Мастеровой больше не был мастеровым, на меня смотрели горящие зеленым огнем глаза, полные ненависти и страха.
- Нет, - прошептал он и ударил меня в живот.
Чем он меня приложил, я не понял, но боль заставил меня выпустить его, свалиться на пол. Мастеровой схватил, продолжающую вопить девчонку в охапку и рванул к лестнице.
- За ним! – сквозь визг девчонки, услышал я голос Данкана.
Но и Евсею и Прохору было не до того. Трактирщик и присоединившиеся к нему выжившие бандиты набросились на них. Дверь слетела с петель, в зал ворвался Яков, за ним еще двое наших, но я уже не видел, что было дальше, я мчался по лестнице за убегающим мастеровым. Хотя какой он к демонам мастеровой. Тварь он! Тварь и тварь эта заслуживает только смерти.
Я выскочил на площадку с комнатами и замер. Тихо. Не слышно ничего, ни криков, ни звона оружия. Тишина полная. Нож в руку. Тихо двинуться вперед, не забывая смотреть по сторонам. Про потолок я не подумал. От туда она и упала. Черная, с уродливой пастью под огромными желтыми глазами. И только цветастое платьишко выдавало в ней не желавшую есть девчонку. Она ударила ставшей длиной тонкой как стилет рукой. Я увернулся, но вторая ее рука пробила куртку и вошла в плечо. Боль обожгла, в глазах потемнело.
Вовремя, но чем я не увидел. Однако взгляд прояснился, боль отступила. Вывернувшись, ударил девчонку ножом, не попал, ударил снова и опять мимо. Тварь вертелась как уж на сковородке, и ее рука крутилась в моем плече, расширяя рану, разбрызгивая вокруг кровь. Боль вернулась. Я перехватил нож, воткнул его в торчащую из плеча черную руку. Девчонка завопила, но не так как внизу, крик был почти человеческим, полным боли. Острая лапа вышла из плеча, я схватил ее, вывернул, бросил тело девчонки на пол и, прижав сверху, воткнул нож в горло. Она дернулась, застыла на мгновение и рассыпалась пеплом.
Мимо меня промчался Данкан, он бежал по коридору, на ходу выбивая двери, бросая в комнаты что-то и бежал дальше. Вот он выбил дверь, но бросить внутрь ничего не успел, отлетел и со всего маха врезался в стену спиной.
И спасибо! Я рванул к комнате, лишь на мгновение, задержавшись, чтобы взглянуть на Данкана. И это едва не стоило нам обоим жизней. Толстая щупальца вылетела их темноты комнаты, ухватила Данкана за ногу, подняло над полом. Я пожалел, что не взял с собой меч, как хорошо было бы сейчас им рубануть по отростку. Второй обвился вокруг моей ноги.
Мир замедлился. Я смотрел, как медленно стягивается вокруг голени черный отросток, как другой поднимает Данкана над полом. Как еще два толстых жгута выползают из комнаты, ползут по потолку, тянутся к нам. Шаг в сторону. Обвивающийся вокруг ноги отросток беспомощно бьет по полу. Я шагнул в комнату. На полу под окном сидит человек, хотя не совсем человек. Тело человеческое, только голова совершенно лысая, похожая на череп, а вокруг тела извиваются десятки щупалец разного размера. Я шагнул к человеку.
- Нет, - проговорил тот. – Нет.
Щупальце поднялось, полетело ко мне, но я не только успел отойти, но и ударил его ножом, отсекая самый кончик.
- Нет! – завопила тварь. – Не трожь меня! Не убивай! Не убивай.
- Убей его! – крикнул за спиной, пришедший в себя Данкан и я отвлекся на его голос.
Тварь сорвалась с места, набросилась на меня, щупальца обволокли тело, впились в плоть. Он не стремился меня разорвать, он хотел проникнуть в меня, напиться моей крови, впитать меня. Но я не позволил. Я видел, как надо мной поднимается голова, как раскрывается ее рот, как черный язык вываливается, тянется ко мне.
Я не понимал, что делаю, но знал, что это правильно. Я согнул ноги, лишая висящую на мне тварь опоры. Мы повалились на пол, зубы твари звонко клацнули, щупальца ослабли. Где-то далеко-далеко жутко вопил Данкан, но мне было все равно. Я высвободил раненную руку, поднял ее, не обращая внимания на разрывающую тело боль, ухватил язык. Пальцы обожгло, но я сжал склизкий противный язык в кулаке. Щупальцы ослабли, позволили второй руке дотянуться до ножа в сапоге. Удар. Удар. Удар! Еще! Тварь забилась, задергалась, рванула вверх, но сил ей не хватило, она рухнула, погребая меня под собой.
Демоны, как больно!
Глава 13
Тварь сдохла не сразу. Как я не старался, как ни кромсал ее плоть ножом, но убить тварь оказалось не просто. Напротив, она меня едва не убила. Пока я, сцепив зубы, стараясь удержать язык в немеющей руке, бил, постепенно расширяя и углубляя рану, пока я внимательно следил за толстыми щупальцами, она воспользовалась тонким. Я и не чувствовал, как оно оборачивается вокруг моей груди, ровно до того момента, как тварь выдернула меня из-под себя и что было силы швырнула в стену. Я рухнул на пол, в голове туман, спина одна сплошная ссадина и меж лопаток горит огонь, боль волнами расходится вниз, собирается в пояснице, чтобы там взорваться новым пожаром, ноги онемели. Руки едва слушаются, левая висит беспомощной кровавой тряпкой, правая, словно чужая, дрожит, дергается, норовит разжать пальцы, выпустить нож. Я не позволю, он мое единственное оружие, единственная надежда. Голыми руками, я эту тварь не разорву. Дрожащие пальцы еще крепче сжали нож. Так я и лежал с ножом, зажатым в пальцах, которых не чувствовал. Лежал и смотрел, как тварь медленно отползает под окно.
- Не убивай, - шепчет она, выставив в мою сторону с десяток разных и по форме, и по цвету отростков. – Господин, не убивай! – глаза единственное, что осталось в ней от человека, и глаза эти умоляют не трогать не убивать. Они полны страха. – За что, господин, - шепчет она. – За что? Я ведь всегда был вашим преданным слугой.
Тварь не отводит от меня взгляд. Не верю. Ни на мгновение не верю, что она говорит со мной, скорее это какая-то игра. И мне наверняка не понравятся ее правила. Я был в этом уверен и узнавать, как играть я не собирался. Приподнялся на руках, крепче сжал нож. Тварь попыталась вжаться в стену, завыла. Из глаз ее потекли слезы.
- Не убивай! – попросила она. – Пощади меня! Господин, я еще буду полезным. Не убивай!
Щупальце я не заметил. Мне казалось, что я внимательно смотрю за скорчившейся под окном тварью, но щупальца я не заметил. Длинный толстый отросток упал на меня сверху, врезал по плечам и спине, впечатал в пол. Поднялся, ударил еще раз, метя в голову, но не попал, лишь окатил меня деревянной крошкой из разбитого пола. Я больше не медлил. Вскочив, перехватив нож как копье, выставив его перед собой, я рванул к твари. На ходу увернулся, от тонкого, вяло пытающегося меня перехватить жгутика и вонзил нож прямо между смотрящих на меня с болью, жалостью и страхом глаз.
- За что, господин? За что? – прошипела тварь, прежде, чем сдохнуть. И на этот раз умерла окончательно. Вся. Кроме щупалец. Те жили еще немного, но им хватило чтобы врезать мне по зубам и еще раз отшвырнуть меня к стене. Они били по полу, по потолку, по стенам круша, все, что попадалось им под плоть.
Я отполз к стене. Руки дрожали, ноги не слушались, желудок то подпрыгивал к горлу, то проваливался обратно. Нос раздирала вонь как от протухшей рыбы, смешиваясь со вновь ставшим сильным запахом крови. Но в этот раз я не был уверен, чувствую ли я запах, или у меня во рту вкус горькой жидкости с примесью крови. А может текущая из пробитого плеча, моя собственная кровь, гнить начала и завоняла. Не знаю. Но надо остановить кровь, иначе скоро сам возле твари лягу, но даже рук поднять сил не осталось. Да и не до того сейчас, щупальца останавливаться не собирались, все сильнее и чаще, лупя по стенам. Я только и успевал уворачиваться. Получалось не всегда.