Дмитрий Шуйский – Света, я вернулся! (страница 10)
– Возможно, во время медитативных сеансов я смогу направить его деятельность в нужное русло. – силился заглянуть в будущее инициатор нового существования Василия.
Размышления, конечно, размышлениями, но Амрит сейчас находился в необычной ситуации: этот случай был у него первым, и он знал только теорию действий и не был до конца уверен, что эта теория является работающей.
Оторвав взгляд от стеклянного шарика на подставке, Амрит отпил холодного чая, отметив его аромат даже в холодном состоянии.
– Мне нужен совет практика, на этом пути нельзя совершить непоправимую ошибку – на кону стоит и совершенная душа, и мое развитие как специалиста, эксперта и руководителя более высокого уровня, – решил Амрит.
Напротив Амрита в полумраке качали маятником часы в деревянном корпусе, маленькая стрелка указывала на цифру VIII, а большая стрелка стояла на цифре I: 20.05 – отметил про себя Амрит, надо позвонить Наташе, своей благоверной – она ждет звонка. А ведь сама никогда не позвонит – гордячка, – улыбнулся он.
Глава 11. Наташа и Амрит: первая встреча
Наташа пришла в Центр йоги семь лет назад. В то время Амрит жил в Москве уже три года и вполне освоился: его уютная трехкомнатная квартире находилась в десяти минутах пешей прогулки, да и служебный автомобиль был всегда в его распоряжении. По счастливой для Наташи случайности, его сердце было свободно.
На первом же вечернем занятии, где он присутствовал в качестве наблюдателя, молодой директор обратил внимание на стройную русоволосую девушку лет двадцати пяти. Ее стройные ножки в облегающих лосинах, небольшая грудь в топике и милые черты симпатичного лица как раз соответствовали представлениям Амрита о славянской красоте женщин России. Все необходимые упражнения она делала правильно, но была излишне скованной и закрепощенной в движениях.
– Вы в первый раз на занятии? – подошел к ней индиец.
– А почему Вы так решили? – несколько смущенно улыбнулась девушка. – Я, это…, стараюсь сделать все правильно.
– Просто Вы не расслабились, попробуйте асану – «лужа», поддержал ее Амрит, хотя таких асан в йоге не существует, про себя подумал он. Есть Шавасана–или Поза Трупа
– Это как?
– Лягте на пол, закройте глаза и представьте, что Вы лужа и растекаетесь по полу.
Гладя на ее точеную фигурку на полу, Амрит понял – его тянет к этой девушке. Он даже не понял сразу – почему тянет, просто нравится она ему. А зачем объяснять то, что и так понятно.
Минут через пять Амрит помог ей подняться:
– А как Вас маменька с папенькой нарекли? – спросил он, и сам удивился сказанному, засмеявшись.
– Да просто нарекли – Наташа я,– взглянула девушка в глаза тренера, и сердце ее чуть не выскочило из груди.
– Можно я продолжу занятия? – выдохнула она.
– Да, да, конечно, – потерев лоб левой рукой, потерянно сказал Амрит, повернулся и вышел из зала.
Он всегда старался быть бесстрастным, но не в этом случае. Он не мог не думать о ней и решил для начала выяснить, кто она такая. В базе данных клиентов она значилась как Наталья Станиславовна Селиверстова, 24 лет от роду, маркетолог в одном из супермаркетов Москвы. Графы адрес в базе данных не было, так же как и семейного положения. По какой-то причине была указана дата рождения и ее сотовый телефон, но Амрит посчитал нетактичным использовать свое служебное положение, и решил лично при случае узнать: можно ли будет ей позвонить или нет.
Бархатистый, обволакивающий голос Амрита, его теплая расслабляющая энергия заставили поволноваться Наташу. Она была очарована этим мужчиной, его обходительные манеры, приятный акцент, вкупе с правильными чертами лица и телосложения ей импонировали.
Наталья стояла в душе после тренировки, теплые струи воды лились сплошным потоком по ее телу, она, задумчиво намылив пластиковую губку, пыталась сообразить: а что это было там, в зале. Что-то для нее непонятное, но приятно возбуждающее, рождающее разные интересные картинки и мечтания.
– Ирка, – обратилась она к соседке в другом душевом отсеке, – а кто это ко мне подходил на занятиях?
За шумом текущей воды соседка ничего не услышала, и Наташе пришлось заглянуть за перегородку и еще раз повторить ей вопрос.
– А-а-а, это директор Центра Амрит. Он индус и ва-аще интересный мущщина, денежный, – цокнула языком Ирка, намыливая свою шикарную грудь. – Наверно и «Камасутру» знает. А чо, Наташка, – давай, закадри его, такие мужики на дороге не валяются.
– Да ладно, Ирка, перестань, я просто так спросила, – начала отнекиваться Наташа.
– Ну-ну, Наташка, видала я, как ты на него смотрела, расскажи это кому другому. Бери его за рога, он вроде холост. По крайней мере, я его ни разу с женщиной не видела, может – голубой, – захихикала Ирка.
– Да иди ты, со своими советами, сама соображу, что мне делать, – беззлобно отшила ее Наташка.
На следующее занятие Наталья пришла во всеоружии – наложен макияж, но в меру, надеты симпатичные лосины, топик, подчеркивающий и без того красивую грудь. Или, как говорят в армии – она была к бою готова!
Но он не появился, ни на этом, ни на следующем занятии, ни через неделю. Наталья ходила хмурая, жила в расстроенных чувствах, жизнь была не мила… А что еще оставалось делать? Только ждать, надеяться и верить. Она была даже обижена на него – как так, вроде бы дал надежду на развитие отношений, а сам? А сам – исчез без предупреждения… Разлюбил уже… Так быстро?! Подлый негодник. Вот ужо – встречу я его, да как дам отповедь, дабы неповадно было так поступать. И вообще стану недотрогой – пусть помучается, изменщик коварный. Так размышляла расстроенная Наталья и тайно ждала встречи, не признаваясь даже себе самой в этом.
Полторы недели спустя она стояла возле гардероба и снимала легкий плащик, надетый по случаю несвоевременного похолодания и вдруг за спиной услышала мужской голос, с легким иностранным акцентом сказавший:
– Наташа, это Вы?..
Вихрь мыслей пронесся в бедной голове девушки – дать отлуп? – или повернуться, улыбнуться и тоже дать отлуп?.. Но пока она думала, ее тело самопроизвольно повернулось к Амриту (это был он) и губы невольно сложились в приветливую улыбку, глаза заблестели, и приятное мягкое тепло окутало девушку – он! Он здесь – и это чертовски приятно…
– Да, это я, Вы не ошиблись. И да, в прошлый раз Вы не представились, нехорошо, нехорошо, – проворковала Наташа, погрозив Амриту изящным пальчиком.
Как ни был взбудоражен Амрит, он нашел в себе силы не выдать свою радость и скромно с полупоклоном представился:
– Амрит, Амрит Сингх, директор оздоровительного Центра Йоги. Вы наверно потеряли меня, Наташа? Я отсутствовал, был в отъезде по делам работы, – извините.
– Да что Вы, я занималась своими делами, не надо извиняться, никого я не теряла, – пробормотала девушка, подумав – попался, голубчик!
– И да, мне надо идти, скоро начнутся занятия, опаздывать нехорошо, – завершила разговор Наталья.
– Да, да, конечно. Но у меня к Вам вопрос – не могли бы Вы зайти ко мне после занятий, я буду ждать Вас. Спросите у тренера, он Вам подскажет, где меня найти. Желаю Вам хороших занятий. До встречи.
На том они и расстались.
Глава 12. Манохины: Свешников и семья
Был вечер субботы. Новорожденный Петенька – отрада семьи Сергея и Лиды Манохиных, был накормлен, одет в чистое и сладко посапывал в своей кроватке. Счастливая мама Лида в это время занималась прозаичным делом – считала количество чистых и сухих пеленок, распашонок, ну и оставшихся в живых подгузников. Пользованные кидала в стирку, сухие – гладила. Готовить молочные смеси было не надо – молочко было свое.
Ощутив за спиной привычный запах мужниного одеколона, Лида ощутила на правой груди горячую руку Сергея:
– Сережа, не балуй, рано еще, нельзя мне. Потерпи, милый, – Лида с улыбкой повернулась к Сергею и поцеловала мужа в раскрасневшуюся щеку.
– Лидочка, да я же … Все понимаю, люблю я тебя, вот так…, – вполголоса пробормотал Сергей.
– Я, это… картошечки пожарил, колбаски нарезал, салатик настругал, винца поставил – пойдем ужинать.
– Ну, пойдем, – молодая мама нагнулась над Петенькой, проверила подгузник – все было сухо, повернулась и пошла за мужем на кухню.
Свешников внутри младенца, нет, неправильно, душа Свешникова в это время была в смятении: что теперь делать, чего ждать, как поступать. Хотя, собственно, что он мог сделать в своем положении – ничего. Он не был хозяином положения и ему позарез нужен был контакт с Амритом, но был вечер субботы, а очередной «сеанс» связи мог состояться только завтра утром в период между четырьмя и пятью утра … по Москве – вдруг пришла ему мысль. А почему по Москве, т.е. московскому времени, Свешников не понял. Да и зачем ему это надо было понимать, если он никак не мог оценить временные рамки своего положения. Он мог только слышать, что говорят его родители… Родители?!! Как же так, Василий никак не мог свыкнуться с этим состоянием, ну не мог. Ведь в его представлении, с момента аварии до того, как он очнулся, прошло не более суток. Еще за день до того он сидел за рулем своего болида, участвовал в гонке, предвкушал встречу со Светкой и вот – на тебе, получите и распишитесь.