Дмитрий Шелег – Король Шаманов. Всего лишь холоп (страница 8)
«Зачем их дразнить? Сейчас уйдут со двора, и тогда я смогу не только пошевелиться, но и попросить подстилку и хотя бы немного воды. А то так пить хочется».
Однако не успел я пролежать так несколько секунд, как усталость победила и я провалился в темноту.
ГЛАВА 4
Скарн, управляющий вотчиной бывшего верховного шамана народа орков, медленно вышел из комнаты в коридор усадьбы, помассировал звенящую от усталости и бессонной ночи голову и тяжело вздохнул. Всё же в его возрасте столь серьёзные потрясения были излишни.
Не удивительно. За столько лет службы древнему говорящему с духами, которому, судя по хроникам, перевалило за три с половиной сотни лет, он и забыл, что тот пусть и могущественный, но всё же смертный.
Кривая усмешка появилась на морщинистом лице.
Ага. Как же. Самый обычный орк. Гаранташ был одним из тех шаманов, который вместе с великими камлающими сумел вслед за эльфами и гномами создать межмировой портал из умирающего мира в новый и перевёл через него существенную часть своего народ. Затем он храбро сражался с жалкими человечишками, вызывая на битвы столь сильных и могучих духов, один вид которых повергал в бегство целые отряды. Потом вместе с великим ярлом, вождями кланов и другими шаманами порабощал местные отсталые государства и создавал Новый Оркланд, где орки наконец-то заняли достойное их высокое положение, став аристократами новой страны. Потом Гаранташ участвовал в подписании договоров с захватившими соседние государства гномами и эльфами, заключал с ними союз о нерушимом мире и долгие годы непосредственно влиял на становление страны. Под его жёсткой дланью успели смениться четыре владыки орков! И если бы не слабость духовных сил, то он бы никогда не отправился в такую глухомань на долгие десятилетия.
Скарну уже казалось, что о его господине все давно забыли и тем ошеломительнее стала новость, что убийцы великого ярла внезапно прибыли в имение и убили всех шаманов в ритуальном зале.
«Нет. Не всех — поправил себя пожилой, но всё ещё крепкий орк восьмидесяти лет — Малыш Джаг, увидев, чем всё закончилось для наставника и других учеников решил сбежать. Не самый худший выбор. Возможно, через несколько лет, когда страсти подутихнут, он сможет вернуться назад. Сейчас это делать рано. Убьют как возможно свидетеля или последнего ученика самого Гаранташа».
Всё же господин был знаменит на весь Новый Оркланд не только как последний представитель расы видевший родной мир и бывший верховный шаман, но и как жестокая, коварная и не боящаяся большой крови личность. Поэтому нет ничего удивительного, что узнав о расправе, Скарн заперся в своём кабинете мечтая лишь о том, чтобы всё поскорее прояснилось.
Повезло. У столичных головорезов не было цели уничтожить в имении всех, они пришли лишь за седой головой владельца и его учениками. Даже бойцы охраны и те были оглушены, а не убиты.
Однако не успел управляющий выдохнуть и проверить как выполняются поручения по наведению порядка, как в вотчину прибыла целая делегация. Здесь был и комендант соседнего города с наиболее авторитетными орками окрестностей, пара воинов, несколько весьма дальних родственников бывшего хозяина и два говорящих с духами.
Они все удостоверились в смерти уважаемого Гаранташа, составили нужные бумаги, по которым гибель наступила из-за неудачного ритуала, а затем велели отвести комиссию в кабинет управляющего. Где, в небольшом железном сундуке гномьей работы, под охраной запечатанного духа, призванного для этих целей, хранилось завещание покойного.
Скарн тогда пребывал в замешательстве.
«Не успел труп хозяина остыть, как тут же объявились падальщики, которые явно готовились к этому дню заранее. Вон как быстро составили все документы. Да и убийцы как будто бы знали, что Гаранташ во время последних походов в ритуальную комнату оставляет своих духов личном кабинете, чтобы они не мешали. Всё учли — с недовольством подумал Скарн — Интересно, для чего ярлу понадобилось в срочном порядке убивать хозяина? Неужели всё дело в его наследстве? Интересно, что там может быть такого ценного? Какой-то артефакт?»
Вскоре Скарн достал из шкафа сундук, протёр с него пыль и поставил на стол, а пожилой комендант властным тоном велел.
— Открывайте!
Управляющий покорился. Сорвал печати и поднял створку. А в следующее мгновение по помещению прокатилась волна освежающего ветра, а над сундуком стала подниматься тёмная дымка.
Если бы имение принадлежало обычному роду орков, то порядок наследования был бы прост и понятен. В этом же случае, когда оно находилось под властью шамана, да ещё и с множеством дальних родичей, выбор должен был сделать дух места. Который мог выбрать и ученика погибшего, и иного говорящего с духами.
Дождавшись, когда дымка сформируется один из одарённых произнёс.
— Дух места! Твой хозяин погиб! Сверши его волю и назови имя достойного наследника!
Некоторое время ничего не происходило. Дымка замерла, словно раздумывая над вопросом, а затем по помещению прошла едва заметная рябь и присутствующие услышали шокировавшую их новость.
— Хозяин жив. Я чувствую его силу.
*****
В этот раз моё пробуждение прошло куда как легче. Боль, конечно же, никуда не ушла, особенно в наиболее пострадавших частях тела, однако будто бы отдалилась и стала привычной. Словно травмам уже как минимум несколько дней, а организм успел приспособиться и направился по пути восстановления.
Я некоторое время лежал без движения, а затем, мысленно обругав себя за нерешительность открыл глаза и расстроенно выдохнул.
«Нет, ну а на что я рассчитывал? Что травмы, увиденные вчера на мальчишке болят просто так? И утром я вернусь в собственное тело? Так там оно, поди, всё же погибло, а значит возвращаться некуда. Остаётся только поблагодарить неведомые силы, которые перебросили меня сюда, даровав новую жизнь».
Разум говорил, что это я ещё слабо отделался, а вот сердце стало с невероятной силой тянуть назад. Туда, где была счастливая и знакомая жизнь, где осталась любимая и понимающая жена, где росли два моих непоседливых продолжения. Вспомнилось и моё заведение, в которое была вложена душа, затем родственники, близкие и друзья. Оставленная теперь навсегда работа спасателем…
На мгновение так сильно захотелось прижать детей к себе. Посмотреть как они смеются, с охотой лакомятся вкусненьким, что-то спрашивают и на глазах выступили слёзы. Теперь я не смогу помогать им с уроками, чему-то учить, радоваться взрослению, поздравлять на дни рождения и праздновать новый год. Никогда не потанцую с дочкой на свадьбе, не понянчу внуков, не обниму во сне жену.
«Хорошо, что хотя бы дело своё поставил на поток. Первая точка приносит стабильный доход, без денег семью не оставил. Есть на что выплачивать кредит, жить и даже отложить получится. Хватит Насте, чтобы и вторую открыть. Вместе с ней каждый пункт плана прорабатывали. Она всё знает и умеет».
От этой мысли стало чуть легче, поэтому я решил отложить воспоминания в сторону и сосредоточиться на выживании, иначе могу бездарно потерять невероятной ценности дар.
«Мало того, что получил шанс на новую жизнь, так ещё и начал её не с пелёнок, а также заимел сверхъестественные способности. Одно только поглощение энергии чего стоит! Если представится возможность, то нужно будет обязательно поковыряться в снесённом из ритуального зала мусоре. Вдруг его не подчистят и я смогу найти там что-нибудь интересное?»
Ещё раз осмотревшись по сторонам, я понял, что показалось мне неправильным. На небе пусть и было достаточно светло, но утро ещё не наступило.
«Ничего себе, думал что после столь сильных травм вряд ли смогу продрать глаза к обеду, а тут организм поднимает меня гораздо раньше. Почему?»
Стоило задаться вопросом, как я ощутил болезненные и очень неприятные ощущение во рту, где сухой язык дотронулся до столь же пустынного нёба. Мне даже на несколько мгновений снова стало дурно.
«А ведь чернобородый говорил Феньке, что кто-то обязательно подаст ночью попить воды» — с досадой и раздражением подумал я и тут увидел сбоку небольшой глиняный кувшин со сколом.
С трудом заняв вертикальное положение, дрожащими руками взял сокровище и стал медленно пить маленькими глотками. Вода оказалась вкусной, чистой и невероятно бодрящей.
«Как хорошо!» — с облегчением подумал я, ощущая, как в измученное травмами и обезвоживанием тело словно бы вдыхается новая жизнь.
Отставив частично опустошённую ёмкость, ощутил потребность иного плана и с трудом поднявшись, осмотрелся.
Это был небольшой захламлённый двор с двумя строениями. Рядом с копной сена, в которой нашлось место для меня и избитого парня, стоял низкий неказистый сарай с соломенной крышей и открытым проёмом сверху, куда как я понял, вскоре отправится привезённое сено выступив в роли корма и одновременно утеплителя на зиму.
Поморщившись, так как от сарая, уж слишком несло скотиной я обратил внимание на дом чернобородого и его семьи. Это был не большой, но добротный сруб проконопаченный мхом и имевший, что меня изумило, несколько маленьких оконцев, в которых, судя по блеску, оказалось стекло, а не бычий пузырь. Оторопев от того, что мне, оказывается, известны такие подробности о быте предков, обратил внимание на крышу. Она как и у сарая, была покрыта толстым слоем хитро уложенной соломы, прижатой сверху кривыми стволами деревьев. Над которыми возвышалась слабо чадящая длинная печная труба из красного кирпича, с каким-то хитрым приспособлением наверху.