Дмитрий Шелег – Король Шаманов. Всего лишь холоп (страница 7)

За этими мыслями меня пронесли через большой холл и вынесли на вместительное крыльцо с колоннами. Затем, повинуясь окрику орка-охранника, вся толпа испуганных мужиков отошла куда-то в сторону, за кучу обломков.

Я ещё успел порадоваться, что на улице оказалось достаточно тепло для полуголого тела, как нёсшие меня мужики без лишних сантиментов разжали руки, и я больно ударился израненной спиной о какой-то камень.

Несмотря на наполненность тела энергией, она ещё не успела залечить множественные раны, поэтому в глазах тут же потемнело, и я сдавленно зашипел.

— Так ты что?! Сам мог идти?! А чего мы тебя тогда несли? Мне что? Больше всех надо?! — вызверился один из мужиков и ударил меня ногой по боку.

От болезненных ощущений я тут же свернулся в позу эмбриона и с трудом поборол желание ударить по наглецу молнией. У меня даже сомнений не появилось, что может не получиться. Вот только светить раньше времени настолько впечатляющие возможности было нельзя.

Где-то на грани сознания я, конечно, понимал уставшего мужика. Его явно выдернули ночью из постели, угрожали, заставляли тяжело работать, грозили карами, могли в любой момент покалечить или ударить молнией, а напоследок ещё и заставили знатно понервничать. Накопившееся напряжение искало безопасный выход и нашло его в незнакомом, как мне подсказал подслушанный разговор, мальчишке. За которого некому было заступиться. Однако от понимания легче не стало. Мало того, что спина после встречи с камнем продолжала невыносимо гореть, так ещё и этот подлый и болезненный удар.

«Очень жаль, что я не в прошлом теле и не могу съездить по морде уроду, который додумался срываться на ребёнке».

— Что молчишь?! Отвечай?! — продолжал упорствовать взбешённый мужик, и я понял, что его нужно остановить, иначе может последовать и второй и третий удар. А так как мер физического и магического воздействия я оказать сейчас не мог, то оставалось лишь слово. При этом я понимал, что оправдываться не стоит. Это поставит меня в проигрышную позицию и лишь подтвердит обвинения. С другой стороны, сильно ругать этого дурака и вызывающе себя вести тоже нельзя. Я тут чужой, сейчас камнем по голове дадут и скажут, что так и надо. Поэтому я выбрал компромиссное решение и, серьёзно посмотрев в глаза урода, слабым подростковым голосом произнёс:

— Я тебя запомнил…

— Что ты сказал?! — воскликнул возмущённый до глубины души мужик, а я заметил появление за его спиной уже знакомого русоволосого дядьки, которому для чего-то понадобился мальчишка, и более уверенно произнёс:

— Что ты можешь бить лишь израненных детей, и я тебя запомнил!

— Да я тебя сейчас! — нахмурился урод и тут же получил чувствительную затрещину, после которой русоволосый произнёс:

— Стоять! Фенька, ты чего орёшь? Хочешь, чтобы орки сюда пришли?! Беду накликать?!

— Анисим?! — тут же струхнул, втянув голову в плечи, урод. — Так, а чего он? Лежал мёртвым, а как кинули его, так и заголосил. Я этого щенка что? Носить нанимался?

— Малец еле дышит! Посмотри! Мы его едва живого из-под завала вытащили! — встал кто-то на мою защиту.

Видимо, говоривший был менее авторитетным, чем русоволосый, поэтому быстро получил отпор.

— А зачем вытащили? Пусть бы там и сдох! Он вам что? Родственник? Друг? Он пришлый! Так что и возитесь теперь с ним! А я не буду! Ещё и наглый, щенок!

— Сказал же! Уймись! — тихо оборвал его Анисим. — Тебя никто его тянуть не заставлял. Сам подбежал, только управляющий пролаял. Поэтому молчи. Будем думу держать, что делать дальше.

После второго раза Фенька действительно заткнулся, однако посмотрел на меня таким ненавидящим взглядом, словно это я ему прилюдно выдал затрещину и опозорил.

«Урод! Только на слабых бросаться готов! На остальных и голову поднять не смеет! — подумал я. — Нужно будет держаться от него подальше. Уверен, при случае, не сомневаясь, ударит в спину».

— А что тут сделать-то? — спросил чернобородый, который в зале работал рядом с Анисимом. — К знахарю нести надо. Дед Игнат их быстро на ноги поставит.

— В полнолуние? — каким-то дрожащим испуганным голосом спросил взрослый худощавый мужик и помотал головой. — Не пойду! Хоть убей, не пойду!

— Не будет дурных — мрачно подтвердил второй.

— Вот-вот! Послушайте, народ! — произнёс Фенька и, понизив голос, добавил: — Даже орки нас ночью из села никуда не отправляют. А вы предлагаете самим идти? Да ещё и в полнолуние? Чтобы что? Всем оборотнями стать и на своих охотиться?

«Оборотнями?! — сделал стойку я, вспоминая просмотренное кино. — Неужели они тоже тут есть?»

— Старик в лесу круглый год живёт и ничего — заметил чернобородый с насмешкой. — Дом от нас совсем недалеко, да и оборотней в окрестностях давно никто не видел.

— Ага — мрачно заметил Фенька. — Только с поля уже несколько раз пропадали…

— Заткнись! — перебил его зашипевший Анисим. — Слишком много говоришь. Да и то, отчего-то забываешь, что там всё днём происходило.

Мой недруг открыл было рот, чтобы парировать, но наткнулся на холодный взгляд оппонента и тут же заткнулся.

«Непрост этот Анисим — подумал я. — Уж слишком большой авторитет среди местных имеет. Говорит более грамотно, и аура у него в зале была гораздо ярче и зеленее, чем у остальных».

— Может, сами справимся? — предложил чернобородый.

— Мне нельзя, нужно убедиться, что всех отпустили. Иначе снова поднимут, только уже обычными плетьми не отделаемся — ответил Анисим, и мужики как по команде посмурнели, заставив меня проникнуться к оркам ещё большей нелюбовью.

Чернобородый, имени которого никто так и не назвал, махнул рукой и произнёс:

— Несём ко мне на подворье. Я там как раз копну сена привёз, будет куда болезных уложить. Со мной Ерёма этого понесёт — ткнул он рукой в избитого парня, — а завтра я их на телегу положу и отвезу к деду Игнату.

Пока я следил за ходом разговора, Анисим успел назначить двоих мужиков, которые должны были меня нести, и они взяли меня за ноги и руки. Боль прострелила через всё тело, на языке появился металлический привкус, голова закружилась и я еле слышно застонал.

— Эй, малец, ты как там? Живой? — донёсся до меня усталый голос, но особых сил отвечать не было, как в принципе и желания.

Подозревал, что если смогу ответить, то меня могут просто оставить на земле или потребовать идти своими силами. Ну и была немалая опасность встретить ещё одного неуравновешенного типа вроде Феньки, который попробует спустить на мне пар.

— Умаялся. Вон как досталось — констатировал тот, что шёл сбоку и осмотревшись по сторонам тихо добавил — Интересно, а как это он один остался? Остальные ведь уже тю-тю. Того.

— Не успел подохнуть — мрачно заметил второй и ещё тише добавил — Кто-то хозяина раньше убил.

— Ага — поёжился второй — теперь выдохнем. А то я своего Миколку боялся одного оставлять, вдруг схватят и в усадьбу потянут?

— Гаранташ своих не трогал — всё тем же тоном заметил второй — Ему на нас вообще плевать было. А вот кто вместо него будет? Вопрос! Ведь он не простой орк был, а очень старый, да ещё и шаман. Неспроста его убили. Ой неспроста…

Слушая невесёлый разговор мужиков я, благодаря полной луне, мог мельком осмотреться и сделать вывод об ужасном быте крестьян. Я заметил покосившиеся заборы, небольшие, вросшие в землю дома, крыши которых были покрыты соломой и прижаты кривыми стволами деревьев уложенных горизонтально на какие-то подставки.

Я мысленно выругался.

«Всё как и несколько веков назад в моём родном мире. Пока девяносто процентов населения страны ютятся в скотских условиях, элита прожигает жизнь и чувствует себя превосходно. Уроды! А здесь ситуация усугубляется ещё и тем, что власть сосредоточена в руках представителей иной расы, которые относятся к своим холопам гораздо жёстче. Эмпатии и сострадания к «человеческим собакам», как они говорят, от них точно не дождёшься, лишь презрение».

Прерывая мои размышления, где-то вдали на луну завыла собака, и держащий меня за ноги мужик вздрогнул, разжал пальцы и перекрестился.

— Дурак что ли?! — тут же прошипел второй, но отнюдь не из-за беспокойства за меня. — А если бы кто-то увидел? На кол захотел?

— Прости, Лука, испугался очень — покаялся второй заикающимся голосом. — Свояка моего оборотень порвал. Давно уже. Вот я их теперь до икоты и боюсь.

Внимательно осмотревшись по сторонам, он выдохнул и добавил:

— Никого.

— А этот? — шепнул Лука и я постарался максимально расслабить мышцы лица, чтобы не выдать себя.

— Умаялся — неуверенно ответил второй, вновь подхватывая меня за ноги и вызывая приступ боли, однако на этот раз я сдержал стон.

— Ага. Чёрный весь — подтвердил Лука и зло процедил: — Поганые нехристи! И за что нам такое наказание?! Чтобы под игом у орков быть? Бьют плетьми почём зря, почти все запасы выгребают! Чёрных духов своих призывают! А за веру истинную на кол!

— Тихо ты! Услышат! — на этот раз испугался первый и принялся внимательно оглядываться по сторонам.

— Ну, где вы там?! — неожиданно близко раздался насмешливый голос чернобородого и вздрогнувшие мужики ускорились, а вскоре пронесли меня через приоткрытые ворота и уложили в мягкое сено.

Тело тут же закололо и зачесалось от травинок, но я даже не дёрнулся. Судя по подслушанному разговору, мужики совсем не обрадуются, если заподозрят меня в подслушивании.