Дмитрий-СГ Синицын – Царевич (страница 2)

– Не понял! Ну, мамин и папин! Да, в принципе, свой я!

– Да что ты заладил «не понял», «не понял»… Он что, больной? – обратился княже к присутствующим.

– Больной! Больной! – в голос ответили все.

– Да чего обзываться-то сразу! Не больной я вовсе! – нотка обиды дрогнула в моем голосе.

– О! – воскликнул князь. – Заговорил! Так чьих будешь, спрашиваю?

– В смысле?

– Ой, кора дубовая! – как-то жалобно произнес старик и вытер пот со лба рукавом. – Чей ты? Откуда? Кто отец? Какая семья? Титул? Чьих кровей?

– Аааа, ну так бы сразу и сказали! Кожемякин я, Дмитрий Сергеевич!

– Кожемякин? – вдумчиво произнес князь и бросил острый взгляд в сторону бояр. Там только развели руками, мол, не знаем никакого Кожемякина.

– А царство какое?

– Царство? – удивился я. – Какое царство?! Вы чего, с ума посходили здесь все. С Челябинска я. Со столицы Южного Урала.

– С Чегябеска? – еще больше удивился князь и вновь кинул взгляд на бояр. Там все сразу забормотали: «С Чегябеска!», «С Чегябеска!»

– Да, на кой вы мне тут, плешивые загривки, нужны, когда толку от вас не больше, чем от полена? Только слова повторяете! Хотя, от полена пользы больше.

– Повторяем! Повторяем! – забубнили бояре.

– Тьфу на вас! – плюнул князь и обратился ко мне. – А ты, молодец, не из местных, получается. Где этот Чебялиск находится?

– Челябинск! – поправил я.

– Я и говорю – Чебу..ксик! Ай, – махнул он рукой, – в общем, откуда дорогу держишь? И чего у нас забыл?

– Это вы мне скажите, где я нахожусь. А то вышел погулять, понимаете ли, и…

– Ты погляди, какой наглый! – с легкой иронией произнес князь. – Не, такая скотина в наших краях не водится!

– Да ну бросьте вы обзываться, ей богу, как дите! – на этот раз было действительно обидно.

– О, – вскинув указательный палец кверху, воскликнул князь. – Верующий! Именем Его кличет, значит не заморский! Ну, говори, куда путь держишь?

В это время я окончательно поверил в то, что свихнулся. То ли жаркая погода дает о себе знать, то ли просто попал в какую-то ролевую игру. Скорее всего второе.

– Да с Челябинска я. Вышел прогуляться по бору, а попал к вам!

– Как это – вышел? – удивился князь. – А что, у вас там в Чебу… там… это… – замешкался князь. – Вы можете спокойно так выйти? А кто правит вами?

– Правит нами… – вдумчиво произнес я. – Никто нами не правит! Мы сами себе указ! Страной правит президент!

– А что это такое? – поинтересовался князь.

– Что именно? Страна или президент?

– Ну, и то, и то…

– Страна – это государство, а президент это… – я стал очень осторожно подбирать слова, – президент – это, что-то, типа, князя. Только, его выбирает народ.

– Ты гляди-ка, народ выбирает! Бардак у вас там, я бы такого не допустил! А сюда зачем пожаловал?

– Господи! – воскликнул я. Все тут же повторили это слово и стали креститься. – Я не понимаю вообще, что здесь происходит? Это какой-то розыгрыш? Или что? Объясните мне!

– Ты гляди, какой дерзкий попался! – сказал князь. – Не хочешь говорить, ладно. Дело твое! А ну, – воскликнул князь, направляясь к своему трону, – зовите сюда эту… старуху!

В палату вошла старушка с костяной ногой. Вот чего я в свет не видывал, так это бродячий скелет, обтянутый кожей, да еще и в красном вульгарном платье с глубоким декольте и… тьфу ты! Ну что за настрой у человека.

– А ну, старая, диву нашему дивись! – крикнул Василий Иванович, усаживаясь на трон.

– Уже дивлюсь! – прококетничала она. – Какому диву-то?

– А ты разверни свой таз ржавый да воочию узри наше чудо-чудное! – князь развел в разные стороны руки.

Старушка, которая, к слову, очень умело управлялась с каблуками на большой шпильке, проворно развернулась и направилась ко мне модельной походкой.

Сквозняк из окна развеивал ее волосы, а она, как в замедленной съемке, шла ко мне от бедра. Она зубами стянула с руки перчатку и бросила в толпу бояр. Те чуть не поубивали друг друга. А когда она закусила нижнюю губу, слегка прищурив глаза, то бояре загудели, как стадо баранов.

– Касатик, приветики! – проронила неумело старушка, выставив свою пятую точку напоказ и откинув руку в сторону.

– Здравствуйте, бабушка! – ответил я. Гул удивления, охов и ахов вновь прокатился по палате.

– Бабушка? – завопила она. – Это я бабушка? Да перед тобой стоит первая дива! Мисс Морожкино и всея земель морожкинских – Леди Яга!

– Ну-ну! – успокоил ее княже. – Ты, давай, не зазнавайся, старая! Всея здесь я, и больше них… – княже поперхнулся и тут же исправился, – никто! Уяснила? – Яга прикрыла рот рукой и одобрительно кивнула.

– Леди Яга? – в широкой улыбке расплылся я. – Баба Яга, что ли?

– Нет! – грубо ответила она. – Это кто вообще такой? – обратилась она к князю.

– Вот это мы хотим узнать у тебя, что за молодец появился в наших краях.

– Да тут и так понятно! – обижено ответила Леди Яга и направилась в сторону дерущихся из-за перчатки бояр. – А ну, пупсы, перчаточку … А этого, – она указала на меня пальцем, не оборачиваясь, – в баньку, дня на три, заприте. Еды и питья не давать, сам расколется да всю правду-матку вырубит за раз…

Вот так я и познакомился с Бабой Ягой. Простите, Леди… Все мы помним эту злую старушку из сказок… избушку на курьих ножках… ворона… метлу и ступу… бабку в лохмотьях и бородавки на носу.

А здесь все иначе: напомаженное лицо, раздутые силиконовые губы, тонкой ниточкой тянутся брови, кожа лица идеально гладкая и с тонной тонального крема. Грудь третьего размера, а вдобавок еще и бюстгальтер с очень большим пуш-апом. Итого размер пятый имеется точно. Тонкая осиная талия, и… все это заканчивается впалой пятой точкой с очень худыми ногами. В какой момент оступилась Яга, неизвестно.

Следующие три дня, как и было предписано, провел в бане. Из головы не выходил образ Яги. Ну как может такое создание при ее амплуа отлично смотреться с таким, прошу прощения, сексуальным видом? Уму непостижимо… Но ведь эта кошелка старая должна колдовать, молодцев губить, детей есть и что-то там еще… Но Яга и красное платье с туфлями на шпильках… Красота – страшная сила.

Три дня казались вечностью. Каждый вдох давался с большим трудом. В какой-то момент стала видеться чудь2, начал слышаться чей-то шепот в углах. Как кто-то скребется за дверью. Я пытался вырваться наружу, стараясь выбить дверь ногой, но затея была не очень. Дверь имела весьма массивные петли, да и сама была сделана добротно.

В какой-то момент я свыкся с тем, что происходит вокруг меня, и даже поверил во все галлюцинации. Но все равно, где-то там, внутри, здравый смысл боролся со всем этим абсурдом. А каждый сердечный стук отзывался в голове: «Этого… не… может… быть!»

Так вот… Чудь светилась яркими огнями. Они бегали, прыгали вокруг меня. Даже пытались со мной разговаривать, и я, представьте себе, отвечал… Хотя порой казалось, что это обычные бесовские игры над измученным телом несчастного заложника.

Чудь, или не чудь вовсе, звала за собой. Они щипали, кусали. Говорили, что все у меня будет отлично, и они помогут с моей проблемой, нужно всего лишь протянуть им руку. И я почти сдался, как вдруг услышал знакомый голос снаружи.

– Эй, бревно заморское, ты живой? – голос Васьки был как нектар для оголодавшего человека в заточении. Сил на ответ не было. – Ты живой, нет?

Послышался лязг ключа в замке. Дверь протяжно заскрипела. Тяжелые шаги спугнули танцующую чудь. А я обессилевшей рукой старался прикрыть лицо от пробирающегося внутрь дневного света.

Фигура застыла в дверном проеме.

– Берите его! – сказала она и скрылась.

Две крепких тени схватили меня и потащили наружу. В глазах потемнело. Я потерял сознание.

Глава 2

В течение последующих недель испытания сваливались одно за другим. И везде был один и тот же итог:

– Ты чьих будешь? – спрашивал князь.

– Из Челябинска! – отвечал я, не понимая, что он от меня в итоге хочет услышать.

А потом, в какой-то из дней, пришла Яга и разложила костями ему мою судьбину.

– Василий Иванович, – говорит Яга без кокетства, но по-прежнему как-то неуклюже, – решила, давеча, погадать на чайной гуще…

– И?