Дмитрий Самохин – Поймать молнию (страница 37)

– Возможно, в то время, пока мы гонялись по кустам за бандитами, сражались с шарами, кто-то побывал у нас дома и основательно здесь пошарил. Так, чтобы не привлекать к себе внимание.

– Не может быть, – вспыхнул Скорохват.

– Ты серьезно? – удивился Дамир.

– База – закрытая территория. Сюда абы кого не пустят. Нужен допуск, – нашел препятствие Шторм.

– В том-то и дело, что у нашего визави был допуск. И он не абы кто, а весьма серьезная личность. Когда я споткнулся об эту мысль и нашел подтверждение своей теории у нас дома, то навел справки и обнаружил, что, пока мы прохлаждались в городе, нашу базу посетил капитан «Черного корпуса» Стефан Войцеховский, по прозвищу Гюрза.

– О! Это легендарная личность, – оценил Скорохват.

– Именно. И не просто легендарная. А очень близкий соратник Игнаца Пастораля. Правда, их связь не афишируется. Мне об этом сказал Порох.

– А ты уже успел и с ним перетереть? – удивился Шторм.

– Что оставалось делать? Я должен был доложить командиру обо всем.

– И что сказал командир? – спросил Скорохват.

– Сказал, что мы заигрались в высокую политику. И нас надо извлекать из этой клоаки, пока мы окончательно в ней не утонули.

– А под каким предлогом Войцеховский проник на базу? И откуда у него допуск? – спросил Дамир.

Он много слышал о капитане Гюрзе, легендарном воине времен Шафранной кампании, и верить в то, что герой его детства теперь играет не за ту команду, совсем не хотелось.

– Он прибыл в составе инспекции из Генерального штаба. Все планово и предсказуемо и ни у кого не вызвало никаких вопросов.

– И Гюрза забрался к нам в дом? И рыскал тут по нашим вещам? – спросил Скорохват, подозрительно осматривая гостиную.

– Он. Или его подручный. Не знаю. Но обыск был. Это факт, – ответил Снегов.

– Они нашли ключ? – спросил обеспокоенно Дамир.

– Они нашли твою рамку. Вскрыли ее…

– Значит, козырей у нас нет, – огорчился Дамир.

– Не было бы, если бы я не перепрятал ключ-карту до нашей прогулки. Извини, Дамир. Я должен был это сделать. И прости, что не сказал тебе ничего, – повинился Снегов.

Дамир не знал, что делать. То ли радоваться, что ключ-карта все еще у них, то ли огорчаться, что его друг втайне от него спрятал сокровище.

– Когда ты рассказал о ключ-карте, я решил, что мы должны обо всем доложить Пороху. И в тот же вечер связался с ним. Тогда мы и согласовали план действий. Командир потребовал, чтобы я заменил ключ-карту на похожую болванку. Что я и сделал.

– И теперь Гюрза полетел к своему хозяину с обманкой, – обрадовался Скорохват. – Ну, Арчи, молодец. Ну, голова. И что ты ему подсунул?

– Накопитель с хорошей подборкой современной беллетристики.

– Он не дурак, проверит, – засомневался Шторм.

– Так я тоже не простачок. Предварительно пропустил библиотеку через три шифровальщика, так что выглядит она теперь как натуральная программа допуска к чему-то. В нашем случае к библиотеке современной литературы, – усмехнулся Снегов.

– Игнац Пастораль будет вне себя, когда узнает, что его провели, – сказал Стрельцов.

– Именно. И тогда он устроит на нас форменную охоту. Это не тот человек, кто прощает прямые оскорбления в свой адрес, – сказал Снегов.

– Плохо, – оценил Шторм. – Я еще молод, чтобы умирать. Пожить хочу.

– Ну, это мы еще посмотрим, кто кого. Скорохват так просто не сдается, – заявил Никита.

– Порох пообещал в ближайшее время вытащить нас отсюда. Сейчас голову ломает, как это сделать, – сообщил Снегов.

Дамир сначала обрадовался. Соты его изрядно утомили. Эта выматывающая однообразная работа на базе, бесконечные дежурства. И только потом сообразил, что, если Порохов вызовет их назад на Модену, Дора, его дорогая Дора, останется здесь на Сотах. И они будут разлучены. Пускай не навсегда, а на время, но это тоже не могло не огорчать. Стрельцов решил обязательно что-нибудь придумать. Он не такой человек, чтобы покорно смиряться с судьбой и покоряться ее воле. Надо будет, он этой злодейке хвост надерет. Как минимум.

– Давно пора. Засиделись мы в захолустье. Не знаю, как вы, а я соскучился по старой морде Рикарди и по его «Гнезду глухаря», – сказал Скорохват. – Уютней места я не знаю. А уж какое там пиво! Не чета этому пойлу, что здесь наливают. И мясо, ароматное, пряное мясо…

– Хват, может, успокоишься и мы поговорим о делах насущных? – раздраженно спросил Шторм.

– Так мы вроде все обсудили, – сказал Скорохват.

– Тогда слушайте инструкцию на ближайшие дни, пока Порох не вызвал нас в столицу. Гюрза мог оставить своих соглядатаев. Сидим тихо. Работа, дом, работа. И учеба. В город не выходим. На всякий случай, – распорядился Снегов. – Все внимание тренировкам. Шторм, ты должен научить нашего друга контролировать расход сил. Завтра начнешь.

Дамир вспомнил о Доре. Видимо, это отразилось у него на лице, потому что Снегов тут же ответил:

– Вылазки в Райский квартал разрешены. Но только всем вместе. Никакой самодеятельности.

Глава 10

Рыцарский турнир

Нападение на Стрельцова выбило Скорохвата из рабочей колеи. Все его планы на виртуальные сражения оказались под ударом. Когда все вокруг полыхает пожаром, не до личного обогащения. Пришлось на время отложить триумф на средневековой арене. Даже те три дня, что Дамир провел в постели, дались Никите тяжело. Он не мог найти себе места, то и дело поднимался наверх в тренировочную комнату, окидывал тоскливым взглядом кокон-кресло, но на штурм средневекового Олимпа не решался. Слишком много вопросов это вызовет. В особенности сейчас.

Когда же Дамиру полегчало и он поднялся на ноги, Скорохват тут же взял его в оборот. Он нашел время, когда Стрельцов был один, заявился к нему в комнату и потребовал к себе внимание. Намекнул, что время уходит, а амуниция простаивает. Пора бы показать средневековым баронам и графам, кто в замке хозяин. Дамир сначала не понял, какое отношение к нему имеют спортивные притязания Скорохвата. Но Никита тут же объяснил, что он ему нужен, чтобы следить за спокойствием на территории дома, пока он будет добывать победы на ристалище. Тут главное, чтобы исчезновение Скорохвата не вызвало массу ненужных вопросов у друзей, которым до поры до времени не стоит знать, чем они вдвоем занимаются.

– Наше дело правое, а стало быть, верное. Заработаем денег – на всех хватит, – уговаривал Дамира Никита.

– Авантюрист ты, Хват. Ладно. Уговорил. Вечером пойдем на дело. Все равно других развлечений нет. Если что, ты меня на путь истинный наставляешь и гоняешь по тренажерам, – согласился Дамир.

– Ты это удачно придумал, – оценил Скорохват.

– Но одно требование. Я с тобой на ристалище пойду. В режиме неполного погружения, – выставил условие Дамир.

– Нет. Так дело не пойдет. Это еще зачем? – возмутился Никита.

– А что ты хотел? Пока сам будешь развлекаться, я буду просто пялиться на стену. Я хочу быть участником процесса, хотя бы и в роли наблюдателя. Должен же кто-то потом рассказать Арчи и Алексу о твоих подвигах.

Идея Скорохвату показалась здравой, и он после непродолжительного сопротивления согласился с условиями Стрельцова.

Операцию «Ристалище» назначили на сегодняшний вечер. Никита до самого ужина не мог себе найти места, все ходил из стороны в сторону.

Камелот встретил Скорохвата и Стрельцова промозглым серым небом и проливным дождем. Пахло болотной тиной и мокрой гниющей шерстью.

Облачившись в доспехи, прицепив к седлу коня щит и копье, Скорохват победно оглядел стоящего у стремени Дамира и заявил:

– Жди меня со щитом или на щите.

– Вот это-то и пугает, – ответил Стрельцов.

Сознание Дамира было разделено на две части. Одна часть находилась в Камелоте, в то время как другая оставалась в учебной комнате. Если образуется нештатная ситуация, он может мгновенно выгрузиться из виртуальной реальности и оперативно разрулить проблему. Это даст Никите несколько дополнительных минут для завершения миссии и возвращения в реальный мир.

– Ты не забыл, что я твой оруженосец? – спросил Дамир.

Скорохват поморщился и ответил:

– Помню.

– Тогда где мой верный конь и мундир? Или что там полагается оруженосцам благородных рыцарей? – насмешливо спросил Дамир.

– Оруженосец бежит возле стремени рыцаря и молится, чтобы ненароком не прогневать господина, – гордо заявил Никита.

– Хват, или как там вас, господин благородный рыцарь, корона уши не натирает, а то я могу помочь избавиться?

Скорохват расплылся в улыбке, но ситуацию это не исправило. Для оруженосца не было ни коня, ни даже приличного осла. Никита не собирался нанимать оруженосца, поэтому ничего на этот счет не предусмотрел. Дамиру пришлось гордо вышагивать возле стремени Скорохвата, одаривая надменным взглядом всех прохожих и всадников, встретившихся по пути. Правда, эта надменность и гордость подверглась испытанию, стоило им покинуть конюшню и оказаться на улице, поливаемой ливнем.

Улица, петлявшая между серыми городскими зданиями, была затоплена. Ручьи бежали навстречу рыцарю и его оруженосцу, неся с собой помои разной степени свежести, экскременты горожан и их верных четвероногих друзей и прочий мусор, залежавшийся на тротуаре.

Дамир шагал осторожно, чтобы ненароком не вляпаться во что-нибудь. Скорохват кряхтел сверху каждый раз, когда струя воды попадала ему под панцирь, и поправлял забрало, которое норовило упасть и скрыть лицо.