Дмитрий Самохин – Поймать молнию (страница 20)
Горячая волна тошноты поднялась по пищеводу Стрельцова. И хотя он не в первый раз участвовал в прямом боестолкновении, ему и раньше доводилось убивать жучар, но он не сдержался и вывернул желудок наизнанку прямо себе на ботинки.
Мир опять поплыл.
Бетон под ногами Дамира треснул, и вверх из-под земли устремился каменный шип, который чуть было не нанизал солдата, как дичь на вертел. Стрельцов отпрыгнул в сторону, упал на левый бок, больно ударился о какой-то обломок и откатился в сторону, открывая огонь вслепую.
Все пространство двора трещало и искривлялось. Из-под земли, словно грибы после радиоактивного дождя, росли каменные шипы, которые разделили пространство на две неравные части. Заметив, что добыча ускользает, жучары активизировались. От стального града не продохнуть. Похоже, к первому отряду подошло подкрепление. В каждом окошке, за каждым укрытием Стрельцову мерещились коричневые жвалы противника.
Но нельзя останавливаться. Надо во что бы то ни стало добраться до Цитадели и передать в центр координаты для нанесения артиллерийского удара. Жучары должны быть уничтожены. Столица очищена от захватчика.
Вспышка света на время ослепила Дамира. Он зажмурился, но это не спасло. Сквозь прикрытые веки он видел, как пространство вокруг расцветало разноцветными вспышками, словно кто-то устроил праздничный фейерверк. Рано еще фейерверки устраивать. Враг не собирался уступать город.
Внезапно началась новая трансформация пространства. Дома вокруг потекли, словно были сделаны из воска. Бетонные плиты плавились, как шоколад, кирпичные стены растекались, будто растаявшее на солнце мороженое.
Дамир зажмурился, не в силах совладать со свихнувшимся миром. Неожиданно он почувствовал сильный животный ужас, который поднялся откуда-то из самой глубины сознания. Так не должно быть. Мир не может быть настолько непостоянным. Все это нереально! И в следующее мгновение все вокруг стихло. Мир перестал существовать. И Дамир вывалился в реальность…
Он опять лежал в полной темноте, в капсуле, под присмотром внимательных и непогрешимых приборов. Стрельцов подумал, что пора бы заканчивать эксперимент, но сознание вновь померкло, и он опять очутился на разрушенной бомбежкой безымянной улице столицы в нескольких кварталах от Цитадели, куда они должны пробраться, чтобы остановить вторжение жучар.
В его группе всего трое бойцов, не считая его самого: Крис, Соммерс, по прозвищу Сом, и Федор Пузырь. И они опять одни против всего мира, пугающего и враждебного. Безумная, гибельная затея.
В этот раз они смогли миновать безымянную площадь, раскуроченную взрывами, положили несколько отрядов жучар, уничтожили две огневые точки противника, но в конце концов Дамир был убит прямым попаданием в голову. Он даже не увидел, откуда к нему прилетела смерть.
И все началось заново.
Раз за разом он проходил эту адскую карусель. Его убивали с маниакальной жестокостью, и каждый раз по-особенному. Он подрывался на минах, проваливался в подземные катакомбы и разбивал себе голову, ловил пули в разные части тела, погибал в рукопашных схватках с жучарами, был несколько раз погребен под обломками обрушившихся зданий, горел заживо в огневой атаке пришельцев, дважды был пронзен подземными каменными шипами, пробившими асфальт, трижды тонул в расплавленных домах и даже был разорван на части странным созданием, больше похожим на ожившее растение со множеством подвижных отростков.
Дамир мучился и никак не мог понять, когда же закончится этот кошмар. Что он делает не так? Но, вновь возрождаясь на искалеченных войной улицах, он упрямо шел вперед с намерением во что бы то ни стало выполнить приказ командования, добраться до Цитадели и передать координаты в центр для нанесения артиллерийского удара по врагу.
Дамир потерял счет попыткам и времени, но однажды, спустя бесконечность, он все-таки справился с заданием, достиг Цитадели, пятиэтажного кирпичного здания, в котором находился штаб. Он передал координаты по назначению и отправился в обратный путь, а за его спиной оглушительно ревели взрывы.
Война была выиграна. Его личная война.
Возращение в реальность оказалось болезненным. Все тело ныло, словно по нему прошелся отряд молотобойцев. Глаза резало, они слезились, хотя его все еще окружала темень. Знакомый голос возвестил:
– Медленно возвращаем его к реальности.
– Не переборщи, главное, Хват.
– Арчи, может, его на время охладить?
– Мысль! Подключай заморозку.
Стрельцов почувствовал холод, и пришло успокоение…
Очнулся он все в том же кресле-коконе. Возле него стояли гвардейцы, вид у них бы встревоженный и виноватый.
– Как ты себя чувствуешь? – спросил Снегов.
– Порядок, – с трудом произнес Стрельцов. Губы слушались плохо.
– Это радует, ветер мне в дюзы, – расплылся в довольной улыбке Скорохват.
– Как? Я справился? – спросил с надеждой Дамир.
– И да и нет, – ответил Шторм.
– Что это значит?
– Тестовая часть показала очень высокий потенциал икс-молнии и большой процент ее раскрытия. Признаться честно, мы никогда не видели таких показателей, аркадиец. Но вот «Мерцалочку» ты откровенно завалил, – пояснил Снегов.
– Я думал, ты пройдешь, парень, на тебя все ставки делал, а у тебя не склеилось, – огорченно развел руками Скорохват.
– «Мерцалочка» – тяжелый полигон. Он построен по принципу постоянно меняющихся локаций. Испытуемый находится в постоянном напряжении и должен искать решения согласно меняющимся реалиям. А если перевести на простой язык, все построено на постоянном изменении среды, и цель этого – помочь раскрыться икс-молнии. Пройти полигон неподготовленному тяжело, практически невозможно. Его обычно используют на старших курсах, чтобы научить гвардейцев мыслить нестандартно, искать оригинальные решения поставленных задач, уметь оперативно реагировать на любые неожиданности, даже абсурдные. Я раньше не слышал, чтобы на «Мерцалочку» выгоняли соискателя, так что тебе, считай, повезло, – сказал Снегов.
– Почему это? – удивился Дамир.
– Потому что, хоть ты и не прошел «Мерцалочку», ты так и не смог поймать свою икс-молнию, не знаю уж, что тебе помешало, но из-за сложности полигона тебя станут оценивать по другим категориям, – пояснил Шторм.
– Все данные отправлены ректору академии Парму Высокому и полковнику Порохову. Экстренно собрано совещание приемной комиссии. Так что результат будет известен в течение часа. А пока нам предписано не покидать Третий полигон. В соседней комнате есть койки. Так что предлагаю вздремнуть, а то скоро сборы в дорогу и поспешная эвакуация, – предложил Снегов, и все с ним согласились.
Дамир думал, что не сможет уснуть, пока не узнает, поступил он или нет, но после всего пережитого мгновенно провалился в сон…
Приемная комиссия приняла решение лишь под утро. Полковник Максимилиан Порохов лично прибыл сообщить вердикт Дамиру. Выглядел он усталым и встревоженным.
Спросонья Стрельцов плохо понимал, что ему говорили, но главное уловил:
– Поздравляю с зачислением. И через два часа чтобы духу вашего на Модене не было. Патент о зачислении в «Золотой корпус» вы получите по прибытии к месту назначения.
Друзья принялись его поздравлять, и до Дамира наконец дошло, что его желание исполнилось. Теперь наступают тяжелые трудовые будни, полные опасностей и приключений. Куда же без этого!
Часть вторая
Лихая судьба
Глава 1
Игнац Пастораль
В огромной пустой комнате сидел маленький неприметный человек в сером костюме и грубых военных сапогах. Простое, незаметное лицо: крупный рыхлый нос, маленькие колючие глазки, открытый широкий лоб и аккуратные изящные уши, которые на фоне грубого портрета мясника или, на худой конец, авторемонтника выглядели неестественной, лишней деталью. Тот, кто не знал этого человека в лицо, никогда бы не сказал, что под невзрачной маской скрывается один из самых могущественных людей в Содружестве Двенадцати Миров.
Его звали Игнац Пастораль, и многие по праву считали его «серым кардиналом», кукловодом, в руках которого сосредоточена реальная власть в государстве. Его власть ничем не была связана, в отличие от президента Содружества Виктора Кречетова, и он активно использовал свое преимущество.
Но в последнее время Игнац Пастораль испытывал жуткое беспокойство.
Все началось с появления в его жизни храмовников, рыцарей Храма Последнего Дня.
Три года назад в резиденции Игнаца Пастораля на его родной планете Имаджин появилась делегация, состоящая из трех подозрительных личностей, напоминавших средневековых монахов в черных балахонах, подпоясанных вервием, в глухих капюшонах и с деревянными витыми посохами. Камеры слежения показали, что они появились из ниоткуда. В пространстве образовалась воронка, из которой вышли пришельцы. Они говорили на языке Содружества и потребовали встречи с Игнацем Пасторалем. Они представились брат Хром, брат Кован, брат Еревий.
Игнац Пастораль в это время находился с гостевым визитом в мире Санторини. Внимательно выслушав доклад управляющего поместьем Тавра Кича и просмотрев видеоотчет о визите храмовников, Игнац Пастораль прервал визит и направился домой.
Они вернулись сразу по его прибытии, шагнули из пространственной воронки. Встреча проходила в его кабинете. Храмовники отказались от угощений и напитков, которые он предложил, как радушный хозяин, и сразу перешли к делу. Они предоставят ему каталог технологий, из которого Игнац может выбрать любое предложение. Оно будет немедленно исполнено, но взамен Пастораль должен предоставить им одну из необитаемых планет, пригодных к жизни на окраине одного из миров Содружества.