Дмитрий Салонин – Почти как в кино (страница 46)
– …ну а мы Диману как накидали, короче! Мы ж не знали, что это он!.. Потом мужики эти, спецназовцы, прибежали. Нас к стенке поставили, я думал все – убивать будут! А их главный – корешем Димана оказался, прикинь!
Судя по вытянутым от удивления лицам Саши и Щукина, рассказ получался красочным и содержательным. Жаль, что пропустил большую часть – порой даже самая невинная история в интерпретации Алана обрастает такими жуткими подробностями, что по ней можно голливудский фильм снимать. Кажется, и на этот раз.
– Вон, видите щека у Димана покалечена? – Алан ткнул в меня пальцем. – Вы не верьте, если скажет, что пуля сектантская прилетела! Это я ему случайно ботинком зарядил…
– Да ну тебя, – отмахнулся я и уселся на свободные нары. – Ребята-то где?
– Отдыхать пошли, – Макс махнул рукой в дальнюю часть зала, погруженную в полумрак. – Саня со Стасом говорят, что пару-тройку дней тут хотят пробыть, а потом в Борцы ехать. Там типа этот, эвакопункт же?
– Ну да. Мне туда тоже кстати нужно, руку немного подлатать.
– Сильно зацепили? – Спросила Саша.
– Неприятно, – скривился я. Вынырнувший из-под нар Декстер при виде меня радостно завилял хвостом. Подпрыгнул раз, другой, смешно шлепнулся на пятую точку не сумев сохранить равновесие, звонко тявкнул и успокоился, положив морду по мне на колени.
– Уже взрослый совсем, а ведешь себя, как щенок, – улыбнувшись, сказал я. Декстер покосился на меня и обиженно фыркнул.
– Не фырчи, по заднице получишь, – пригрозил я, гладя пса между забавно торчащих в разные стороны ушей. Словно поняв смысл моих слов, Декстер прикрыл глаза и засопел.
– Слушайте, а что у нас из еды есть? – Поинтересовался я. – От голода помру сейчас, кажется.
– Еще раз в такое дерьмо впутаешься – сама тебя убью, – сказала вдруг Саша, внимательно посмотрев на меня. Пока я переваривал услышанное, девушка встала и, прихватив автомат, куда-то направилась.
– Да все нормально же… – попытался объяснить я.
– Пиздося! – Раздраженно донеслось из коридора под звук удаляющихся шагов.
– Ты чего тут такое рассказал? – Прищурившись, спросил я у Алана.
– О, да это такая жесть, Диман, – хохотнул Щукин. – Даже у меня волосы везде шевелились с его истории…
– А че жесть-то? – Возмутился Алан. – Как было все, так и рассказал!
Вернулась Саша, с термосом и пластиковым контейнером. Молча поставила передо мной, кивнула и удалилась. Вздохнув, я открыл контейнер и улыбнулся: вроде бы простые макароны с фаршем, щедро засыпанные какими-то специями, а настроение значительно улучшилось! В термосе, ожидаемо, оказался кофе.
С поездкой в Борцы пришлось повременить. На поверхности зарядили ливневые дожди, принесшие с собой, помимо размытых дорог, не самый уютный радиационный фон. К тому же странное сияние в небе периодически напоминало о себе моргающими лампами освещения и треском эфира радиостанции. Окружающий мир сузился до размеров бомбоубежища, ресурсы которого, кстати, постепенно заканчивались. Уже несколько раз вырубался перегруженный постоянной работой дизель, через раз запускалась фильтровентиляционная установка. Дни тянулись мучительно однообразно. Каждое утро мы с Аланом обходили сооружение, проверяя состояние систем жизнеобеспечения, меняли лампочки, заправляли генератор и делали контрольные замеры уровня радиации. Потом завтракали и разбредались по своим делам.
Алан со Стасом иногда поднимались на поверхность и занимались автомобилями. Вопреки оптимистичным прогнозам, на полицейскую «Газель» ребята посоветовали не возлагать больших надежд – поломка оказалась серьезной. Зато Сашин «Форестер» запустился, и, несмотря на повреждения, его удалось поставить на вполне бодрый ход.
Саша всерьёз заинтересовалась огневой подготовкой. Во всяком случае, выделенный ей автомат перебирала по несколько раз на дню и даже пыталась отрабатывать с ним какие-то положения для стрельбы из укрытий, чем несколько раз чуть не довела меня до сердечного приступа, выскакивая с оружием из самых неожиданных мест. Пришлось систематизировать ее тренировки, накидав в бывшем журнале регистрации укрываемых план занятий. Сам же я большую часть времени либо возился с радиостанцией, безуспешно пытаясь связаться с Железногорском и понять, что происходит в округе, либо перебирал и приводил в порядок снаряжение. Оба своих рюкзака я уже собрал и разобрал по несколько раз, отсеивая ненужное и проводя постоянные ревизии. Не самый плохой способ отвлечься от рутины. Хотя, на радиоузле было поинтересней. На связь иногда выходили разрозненные подразделения военных и спасателей, вывозившие уцелевших гражданских подальше от города. Поисковые мероприятия в населенных пунктах окончательно прекратились, и из Емельяновского района уходили сильно поредевшие сводные подразделения войск Национальной Гвардии и МЧС, обеспечивавшие отход эвакуированных. Судя по переговорам, никаким централизованным командованием и координацией действий там даже не пахло: офицеры, в меру своего опыта и возможностей, делали все, что могли сделать в сложившейся ситуации. Несмотря на общую неразбериху, население по-прежнему старались вывозить в сторону Абакана. Туда, где располагались пункты временного размещения и где, хотелось бы верить, сохранилось хоть какое-то подобие порядка. Во время вспышек сияния эфир наполнялся незнакомыми позывными и командами, в которых относительно разбирался только Алан. Противно шумели помехи, заставляя лампочку приема входящего сигнала нервно загораться, далекие неразборчивые голоса что-то требовали, кого-то вызвали, передавали обстановку. Приятно было осознавать, что мы не одни, и как минимум по эту сторону Уральских гор многое уцелело. Во всяком случае, Алан уверял меня, что слышал даже позывные базы военно-воздушных сил в Чебаркуле, под Челябинском.
Скудный завтрак, организованный из пары армейских рационов питания, порядком набил оскомину. Впрочем, обед и ужин не отставали, припасы кончались быстро и разнообразием похвастаться не могли. Кажется, только Декстер искренне радовался каждому приему пищи. Оно и не мудрено – собачьего корма Саша нагрузила в свою машину с запасом. Еще немного – и я начну поглядывать на огромный желтый мешок с гастрономическим интересом.
– Мы вот пока думаем, куда податься, – сказал Стас, ковыряя вилкой перловку. – Либо в Абакан, там девушкам точно будет безопасней, либо с вами.
– Ну сначала нужно в эти съездить… в Борцы, – Саня, сидевший в обнимку с Настасьей, задумчиво почесал бороду. – У них ведь вроде формировали группы на Абакан.
– А че плохого в Абакане? Почему мы сразу туда не двинули? – Алан отложил банку с гречневой кашей и посмотрел на меня.
– Там сейчас настоящий ад, – я отхлебнул из кружки мерзковатый растворимый кофе и продолжил:
– Вот посуди сам. Все это время туда постоянно свозили людей. Допустим, что деревенские предпочли не покидать насиженных мест, допустим даже, что Абакану не досталось во время удара, и его население отсиживается по своим квартирам. Красноярск. Сколько там с левого берега успели эвакуировать, пятьдесят тысяч? Шестьдесят? Сто? А есть еще Дивногорск, есть куча маленьких городков, оставшихся без света, воды и продуктов в магазинах. И народ оттуда наверняка тоже потянулся в Абакан.
– Так там же комбинат «Госрезерва», если не ошибаюсь? – уточнил Стас. – Я им воду возил лет пять назад. Помню ворота огромные, съезд вниз куда-то. И ящиков всяких кучи.
– Комбинат не резиновый, Стас. Я даже не представляю, сколько народу набилось в лагеря. Кто там всем заправляет, какие порядки. А ведь, если верить теориям всяких ученых, не за горами зима.
– Так ведь июнь же…
– Ядерная, Константиныч. Ядерная зима. Атмосфера заполнена продуктами горения, пеплом, еще хрен знает, чем. Солнечный свет еще долго не сможет толком пробиться через всю эту дрянь. Не хочу нагнетать, но может случиться так, что все эти лагеря превратятся в огромные братские могилы.
– Согласна, Дим – кивнула Саша и потянулась за галетами с яблочным джемом. – Я вообще считаю, что лучше опасаться мест с большим скоплением людей. Хотя бы потому, что пока нас мало, мы тише и незаметней. А что «Газель», кстати?
– Транспорт придется искать новый. «Газель» погибла смертью храбрых, – мрачно ответил Алан.
– "Буханка" на ходу, но она бортовая… – Стас задумчиво повертел в руках складной нож и пожал плечами.
– Уходить придется, – согласился я. – Но для этого нам понадобится план. Хороший, четкий план.
– Херня в том, что ни один план не даст хоть каких-то гарантий, – добавил Алан. – Что бы мы ни придумали, все может поменяться в любую секунду, перевернуться с ног на голову. Рисковать и импровизировать придется в любом случае.
– Придется, – я кивнул и покосился на масштабную карту Красноярска и окрестностей, висевшую на стене. Довольно старую, но вполне подробную.
– В первую очередь нужно понять, куда топать. Где мы сможем гарантированно укрыться и от радиации, и от непогоды. Наше убежище по существующим нормам вообще на несколько дней пребывания рассчитано. Про зиму даже говорить не буду.
– Железногорск, – решительно заявил Макс. – Железногорск, Диман. Там же бывший арсенал ГРАУ есть, по слухам в огромный «бомбарь» переделанный. Тысяч на пятнадцать человек.