Дмитрий Ромов – Тебя услышат. Том 3 (страница 24)
— Ничего пока, — ответил я. — А у вас?
— Да у нас тоже ничего…
Голос его, пропущенный через шуршание эфира, звучал немного наэлектризовано, с металлическими нотками.
— Никаких следов лагеря, — добавил он. — Только это… В воде заметили косынку. Вроде как у Ирки такая была…
Юля быстро глянула на меня, взгляд сделался встревоженным, испуганным.
— Понял, — не выдавая никаких эмоций, проговорил я.
Эмоции были, но я справился, не выказал. Сердце дёрнулось, конечно, сжалось, но умом я понимал, что косынка в воде вообще ничего не объясняла и не доказывала. Даже правильного направления поиска не гарантировала. Хотя вероятность повышала.
— Значит, в правильную сторону двигаемся, — тут же подбодрила меня Юля. — Мы на верном пути, Миша.
— Наверное, — согласился я.
— Слушай… а может, ты что-нибудь о своём индийском детстве расскажешь?
— Зачем?
— Ну… не знаю… Во-первых, это же не противоречит нашим дружеским отношениям, — сказала она, сделав мягкий упор на слове «дружеским». — А во-вторых… а хочешь, я спою? Мама пела мне, когда я маленькой была. Вместо колыбельной.
— Когда простым и нежным взором? — спросил я.
— Ласкаешь ты меня, мой друг, — с улыбкой, как у Нины запела Юля. — Необычайным цветным узором земля и небо вспыхивают вдруг…
— А ты хорошо поёшь…
Странные слова…
***
Я свернул на едва заметную грунтовку, ведущую к берегу, и, прорвавшись через густые кусты, минут пять ехал к берегу. Но это был порожняк. Не оказалось там никакого лагеря и никакого Юга. Ничего. Дорога закончилась на невысоком обрыве, с которого, впрочем, открывался очень неплохой вид на Обское море.
Двинули дальше. Пришлось отдалиться от берега ещё значительнее. Проехали деревню. Картина была обычной. Пустынно, заброшено, людей не было. Тощая собака проводила нас безразличным взглядом, пара молчунов обернулась на шум двигателя, да пыльная курица перебежала дорогу перед машиной.
С берега посмотрели на буксир. Пока мы кружили по полям, по лесам он чуть вырвался вперёд. Но ничего пока не обнаружил. В таком ритме мы ехали около часа. Особенно не разговаривали. Молчали. Но молчание это мне нравилось. Было оно удобным, без напряга. Молчали мы по-свойски. Можно сказать, с удовольствием.
— Надо небольшой привал сделать, — предложила Юля. — Пора на Эдуарда Борисовича посмотреть, а то он затих там в кузове. Попить-покурить, короче. Так это у вас военных называется?
— Почти, — улыбнулся я.
— Ну, не тяни тогда, а то мне надо уже. Хочется немного побыть одной.
Я кивнул.
— Сейчас найдём поле и встанем.
— Только, чтоб и кустики были, идёт?
— Ага…
Минут через десять пришлось останавливаться прямо в лесу. По карте поля располагались чуть в стороне, а Юле уже приспичило.
— Ладно, — согласился я, когда она насела на меня по-настоящему. — Ладно, в порядке исключения изменим правила. Но сначала выйду я и осмотрюсь. Потом уже выпущу тебя. Но одну не отпущу, буду находиться поблизости.
— Ну… это как-то немного неестественно… — похлопала она ресницами. — Ты не находишь?
— Ничего, главное сейчас безопасность.
— Не перегибай, пожалуйста, Миша.
А ты не разговаривай, как мать твоя покойная. Хотя, мог бы и привыкнуть уже.
Я съехал с дороги и остановился на краю небольшой лужайки. Взял автомат, вышел из машины, спрыгнув на мягкий ковёр из старой коричневой хвои и зелёной травы. Воздух пах смолой и соснами. Полянка освещалась ярким светом. Солнце палило хорошо. Жарило.
— Сиди пока, я пойду проверю вон те кусты, — махнул я рукой на заросли акации и шиповника.
— Ты меня в этот терновый куст хочешь отправить? — возмутилась Юля. — Как братца Кролика?
— Да, — подтвердил я и зашагал от машины.
Услышал за спиной, как открылась дверь кунга и Троцкий тихонько спросил:
— Нашли чего? Почему Михаил ушёл?
Юля что-то тихонько ответила.
— Нашли, — пробормотал я себе под нос. — Как же, найдёшь тут.
В груди было неспокойно. Сердце не находило покоя с самого буксира. И Ирина, и Леночка, да и та, найденная на дороге дама со странной девчонкой не выходили из головы. Если их сняли с буксира, то зачем? Из сострадания? Типа добрые люди случайно поблизости оказались? Настолько, что решили помочь незнакомым женщинам и детям?
То-то и оно. Значит, что-то надо от них. А что именно? Сейчас всем что-то обязательно надо. Обязательно…
Я подошёл к кустам. Заросли оказались гораздо более обширными, чем видилось с другой стороны. Плотная полоса кустов уходила дальше, перетекая в лес и теряясь между высокими и частыми соснами. Я постоял. В принципе, если встать вот тут, можно было контролировать всю лужайку и значительную часть пространства за кустами. И при этом не видеть того, чем собиралась заняться Юля.
Ну, а если монстры или люди, или даже звери ломанутся через кусты, треск ветвей сразу можно будет услышать. Причём заранее, за версту. Да, так и сделаем.
— Так и сделаем… — пробормотал я под нос и ещё раз обвёл взглядом лужайку, кусты, лес и…
И…
Я замер, а потом быстро обернулся в сторону, в которую только что смотрел. Чуть вдалеке за деревом что-то лежало. Я сразу и не заметил, а теперь вот взгляд выхватил. Не оборачиваясь, я поднял руку, предупреждая, чтоб мои сидели тихо, и осторожно пошёл к тому предмету.
Отойдя от лужайки, я сразу оказался в густом лесу. Здесь всё было иначе. Вместо травы — сухая хвоя да редкие травинки и разлапистые листья папоротника. Вместо простора — частокол, через который напрямую и не увидишь ничего.
Сделав несколько шагов, я остановился. На земле передо мной лежал знак. Вывеска.
«НЗРП «ЮГ». Продажа живой рыбы, рыбопосадочный материал».
Её даже не присыпали ничем, не пытались спрятать. Просто выдернули вместе с проржавевшей трубой и бросили между деревьев.
Я покрутил головой. И откуда же его принесли? Где дорога, у которой он стоял? Проезд… Он должен был находиться неподалёку. Я ещё раз огляделся и ничего не нашёл. Вернулся на лужок, сопроводил Юлю, а потом связался с Шершнем.
— Шершень, ответь.
— Здесь я, здесь, — отозвалась рация.
— У тебя есть что-нибудь?
— Вроде нет, — не слишком уверенно сказал он.
— Как это «вроде»?
— Впереди что-то появилось. Но пока нет ничего конкретного — ни лодок, ни дымов, ни людей.
— А что появилось?
— Заметили пару заброшенных избушек без признаков жизни. И всё. Но тут по карте вроде выступ.