Дмитрий Романов – Время Удачи (страница 11)

— А ты хорош, черт языкастый. — оскалилась девчонка. — Будет лезть кто — скажешь, что мой гость. Сегодня.

Я смотрел в спину удаляющейся троицы и завидовал. Вот это дисциплина! Как она так умудрилась свою свиту воспитать, что ни единым мускулом в лице не дрогнули? Сильная девка. На всякий случай даже проверил ее Сиянием, но нет — ничего необычного не заметил. Зато заметил необычное чуть в стороне.

— Четыре рубля этим. Пять рублей Матушке за место у церкви. Отобьется ли?

— Да и наплевать, если не отобьется. Не за этим мы здесь. Ты зачем на нее бычить начал⁈ Не признал?

— Побыстрее некоторых признал. — буркнул Ух. — Много чести перед бабой петухом скакать.

Да-а-а, не замечал за ним такого. Самец, чтоб его. Попер на девку, которая мужиков взрослых пачками на ремни режет. Преувеличение, конечно, но этот взгляд…

— Тебе если яйца не дороги, то при мне хоть не выделывайся на нее. Я своими доволен вполне и расставаться с ними не собираюсь. — встал к парню лицом к лицу и сменил тон на серьезный. — За левым плечом мужик в коричневом пиджаке с тростью. Разговаривает с дамой в серой накидке. Видишь?

Ух немного порыскал взглядом, но довольно быстро кивнул и уставился в другую точку. Помнит заветы Казаха, парень. Если пасешь фраера, то на него смотреть нельзя — почует. Смотреть надо мимо и о своем думать.

— Берешь Саньку и чешешь за ним. Все как проговаривали. Давай, а я еще постою.

Ни слова не сказав, здоровяк нырнул в толпу. Хотя какой он здоровяк? Парень даже чуть ниже меня ростом, просто слишком уж широк в плечах и мяса на нем поболее будет. Однако по сравнению с некоторыми собравшимися — он мелкий подросток.

Я еще раз по-быстрому глянул на заинтересовавший меня объект Сиянием и прикрыл глаза. Тяжко. Пожалуй, хватит пока. Нужное выяснил и ладно, но на самом деле нужное я выяснил уже давно, а сейчас так. Убедиться просто. Ну и любопытства ради.

Куда без этого?

Зря Ух про траты переживает. Этот своеобразный «выход в свет» дал больше ответов на вопросы, чем все предыдущие дни вместе взятые. Если некому меня учить, то приходится учиться самому. Наблюдение и эксперименты — пока это самое доступное из имеющегося.

Конкретно сейчас наблюдение показало, что Одаренных на площади собралось весьма прилично. Прорвавшихся еще больше, но все же количество простых людей в разы превышает тех, кто побывал у Тумана. Если учесть, что статистика…

Ага! Пора!

Быстро подошел к прилично одетому мужику, держащему на руках спящую белокурую девчонку. Пока его дама отошла к киоску с мороженым, нужно пользоваться моментом. И ведь девчушка такая… Точь-в-точь Настька.

— Уважаемый, меняю информацию на услугу. Информация сейчас, услуга потом. Выгодная сдел…

— Бог подаст.

Он оборвал мою красивую речь уверенным басом и отвернулся, показывая, что разговор окончен. Ну это зря!

Я тут же вновь оказался у него перед носом.

— Слушай сюда, дядя или девчонка до утра не доживет. Прокляли ее! — заявил не громко, но с металлом в голосе. — Левое плечо. Либо Чистого ищи прямо сейчас, либо завтра гроб готовить будешь. И с тебя услуга!

Выпалил и поспешил затеряться в толпе. Уж этому научиться успел, а народу здесь достаточно.

— Эй! Стой! — раздался запоздалый возглас. — Держите его!

Вот же. Не оборачиваясь и не дергаясь, продолжал движение. Правильно уйти с дела тоже уметь надо, но чего уж греха таить — в такой толпе и на инвалидной коляске от марафонца скрыться на раз можно. Тот мужик не марафонец и не побежит за мной с ребенком на руках. Менты далековато стоят, а СОБаки и вовсе в такие дела не лезут. Так, пусть себе и дальше орет.

Прям как чувствовал, что так и будет, но отвернуться не мог. Не простил бы себя потом. Правильно Казах говорит: «Сделал дело — уходи, а сделал доброе дело — беги.».

— Уходим. — бросил Жуке и быстро, но спокойно двинулся в сторону военного госпиталя.

— Че такое? Куда? — девчонка тут же пристроилась рядом.

— Туда и по-быстрому, пока серые не налетели.

— Да ну! — искренне удивилась профессиональная нищенка. — Сработал кого? Ты?

— Хуже. Помог. Сейчас менты набегут — за помощь благодарить.

— Пф-ха, Плакса, ну так только ты можешь! На пустом месте проблем нашел. — сдвинула бровки и продолжила отповедь. — Меня сдернул зачем⁈ Щас обычный люд в церкву попрет, а потом и по гулящим пробежаться можно. Ух сказал, что с Масяней порешали все и проблем не…

— Твою пасем. — коротко оборвал ненужное щебетание.

— Правда? — черты лица девчонки сразу заострились. — Баба, что ли?

— Дама в зеленом сарафане и соломенной шляпке. В сторону набережной отправилась вместе со всеми этими, но в церкви ее не было. В аккурат к окончанию службы явилась. — искоса глянул на молодую хищницу. — Сколько сработали?

— Почти три рубля. Э-э-х… Самый сенокос с народа попроще будет, а мы уходим. — Жука горестно вздохнула. — Ну да ладно.

— Вот именно что! Начинай уже отвыкать от паперти. Нас нормальные дела ждут, а не толкучка у поповской хаты.

— Ты про церкву язык-то шибко не распускай, Андрей. — не по-детски серьезно заявила Жука. — Ее даже Вова Пепел не тронул, когда город сжег. Господь, его отвадил, а потом и наказал. Не бери греха на душу.

Сказать, что я удивился — не сказать ничего. Даже шаг сбавил от такой отповеди. Вот уж от кого не ожидал, так это от девчонки, выброшенной на улицу спившейся матерью. Сначала Ух, а теперь она и откуда в них это все? Почему раньше не замечал?

— Женя, ты извини, если задел тебя чем. Не хотел. — стараясь сгладить ситуацию и хоть как-то оправдаться, торопливо продолжил. — Пепел ведь не просто сжег Красноярск, а расплавил его. Вычерпал Дар до дна и потому сдох. Почему церковь не сжег? Понятия не имею. Может, тоже верующим был. Попы чего угодно болтать могут — тем и живут, но им-то откуда знать, что сто лет назад у кривого в башке творилось?

— Ну да. Нормальный точно сжег бы.

— Чего⁈ — вот теперь я остановился.

— Чего-чего? — передразнила Жука. — Повелся? Вона какой вымахал, слова умные говоришь, а как был лопухом, так и остался. Догоняй, ворона!

Охренеть! Эта коза меня развела на раз, а я действительно повелся как фраер. Ну да ничего. Память у меня хорошая.

— Вон она! Слева с кавалером гуляет. Она?

— Угу.

— Красивая такая… Ты уверен?

— Угу.

— Че ты все угу да угу? — она перехватила мой взгляд. — А-а-а-а, мороженого хочешь? Пойдем, я угощаю!

Вот ведь. Это мои слова! Должны были быть. В кармане шесть рублей сорок копеек — хватит, чтобы обожраться до ангины, а жаба душит. Тяжело настолько быстро адаптироваться к неожиданному богатству. Так что можно даже выразить благодарность Ставскому за все открывшиеся перспективы разом. Только не буду этого делать. Не хочу.

— Ты точно уверен, что она? — в сотый раз спросила Жука, вгрызаясь в сладкую витую булку.

— Отстань.

Еще бы мне не быть уверенным. Если держать в фокусе Сияния Жуку и эту мадемуазель, которая уже точно не мадемуазель, то все становится очевидным. Над ними обеими витают некие серебристые облачка. Если разглядывать дам по отдельности, то такого феномена не наблюдается. И еще я ЗНАЛ, что эти облачка означают.

Не очень понимаю, откуда берется некое «знание». Только голову об этом не грел. Все Аналитики обладают подобным «знанием», но только подобным, а не таким уникальным, как мое. По крайней мере, хочется так думать. И думаю!

Что, в сущности, они могут? Смешать какую-нибудь кровь изма жабы с костями изма быка и получить мазь от ожогов? Нет, так-то понятно, что Аналитики ценятся высоко и никто кроме них не сможет сделать амулет или тот же препарат номер 12. Ну и что с того? Таких Аналитиков полным полно! Много ли таких, как я?

На самом деле, может и имеются. Помню, смотрел одно время мультсериал про секретную команду СОБ, которая за Одаренными злодеями охотилась. Так вот — я точь-в-точь Серебряный воробей с его Истинным зрением. Только это мультик, а мы живем в реальном мире.

Потому и не стал называть свои способности по мультяшному. Анализ и Сияние — эти названия весьма емко отображают мои Дары.

— К такси идут! — Жука чувствительно сдавила мне локоть и растерянно спросила. — Че делать-то, Плакса?

Черт! Этого я не учел. За время жизни в Заводских трущобах словно забыл про остальной город и тем более про левый берег. А ведь его хорошо видно, если подойти к Енисею и дома там повыше, чем на исторической территории города. И населения там побольше раза в четыре.

В детстве мне казалось, что на левом берегу и стоит настоящий Красноярск. Город, куда мы иногда выбирались в магазины или в больницу.

— Как что? За ними ехать. Идем!

Мы постарались максимально быстро обогнуть эту пару. Удалось. И даже удалось добраться до припаркованных автомобилей чуть раньше. Вот тут и выявилась небольшая проблемка.

— Сколько⁈ Дядь, ты чего⁈ Побойся бога, праздник же! — неверяще взвизгнула Жука.

— Не верю я в бога, малявка, а праздник — это да. Сегодня для всех дорого, а уж по тарифу «за той машиной», всегда дороже было. — чернявый мужик, наконец, соизволил повернуть голову и лениво завершил беседу. — Брысь отсюда.

— Уважаемый, ваш «тариф» весьма неоднозначен, а ценник великоват даже для праздников. — я включился в беседу. — Шесть рублей — это цена не чтобы везти, а чтобы избавиться. Предлагаю сойтись на трех.

Сонный взгляд водилы чуть оживился. Его понять можно — дети в заплатанной одежде нечастые клиенты.