Дмитрий Ретзидвей – Орден.Свиток Карры (страница 3)

– Так, может перечитать, что тогда написал? – Ладонь закололо, от неожиданности чуть не выронил кружку. Да что же это такое! – посмотрел, и мне показалось, что точка стала чуть больше, более заметна – да нет, это мне мерещится уже. Допив кофе, взялся за блокнот.

Читая свой рассказ, почувствовал, что по телу побежали мурашки.

– Как такое может быть? – тут стоит отметить, что писал я детектив в стиле Бандитского Петербурга и, буквально, остановился на том моменте, где один из героев моего произведения Денис, организовавший покушение на работника их местной администрации Олега Воронова. Либо у кого-то разыгралась фантазия, либо это очень напоминает недавнее прошлое, но передо мной развернулась сцена недавних событий и подслушанного разговора о похищении, и один из них представился мне Денисом, а тело было в классических брюках и рубашке, что наводит на мысль о его работе в госучреждении.

– Как бы мне узнать, не пропал ли какой-нибудь Олег? – Да ну, нет; не идиот же я, в это действительно поверить? Да еще и пытаться выяснить о пропаже человека.

Зазвонил мобильник, я вздрогнул от неожиданности. Звонила мама, не дождавшись моего звонка, решила позвонить сама.

-Сынок, привет. Ну что, всю рыбу выловил? У меня сейчас свободное время, а потом мы идем на море, не хочу брать с собой телефон, решила позвонить!

-Привет, ма. Да не, ничего не ловилось, поэтому к вечеру дома уже был, не остался на рыбалке.

Мы говорили еще минут двадцать, в основном, конечно, мне была выделена роль слушателя. Мама рассказывала за море, процедуры, жаловалась, что отец уже хочет домой, а потом, когда все было рассказано и началось время выяснения моих планов на жизнь, ответа, как всегда, не было; начали прощаться, как вдруг неожиданно в конце она сказала!

– Ты там сынок поаккуратнее, вечером лишний раз не выходи. Сегодня папе звонил его друг, дядь Лешу помнишь, с полиции? Говорит, что у вас там кто-то с администрации пропал, вышел на обед вчера, и на работе больше не появился, и домой не пришел.... Алло! Алло! Слышишь?

– Ааа, да я тут, задумался мам, а имени не говорил дядь Леша?

– Да может и говорил, не знаю. Так что ты поаккуратнее, хорошо?

После разговора мне стало хуже. В голову словно залили свинец, все ссадины и синяки разом заболели, а ладонь снова начало колоть. Думать было больно физически. Почувствовал себя полностью истощённым.

Глава 3

Прошло два дня после инцидента, когда моя жизнь, до сего казавшаяся простой, размеренной и серой, приобрела пугающие нотки. Пугающие, но, черт возьми, такого интереса к происходящему вокруг, я давно не испытывал.

Эти два дня провалялся в кровати, мне, наверное, очень сильно повезло, что обошлось без заражения и место укуса, уже было, практически, не видно. Да, правой своей стороной мне еще долго не любоваться, но отек стал спадать, и вид перестал быть, по крайне мере, пугающим. Единственное, что все еще беспокоило это, на удивление, ладонь. Острая пульсирующая боль, которая как внезапно начиналась, так же быстро и исчезала. И если в начале, это была едва заметная точка, как будто прикоснулись шариковой ручкой, то сейчас эта точка превратилась в налитое, с каким-то фиолетовым оттенком, все еще не сильно, но уже куда более заметное пятнышко.

– Если так продолжится, придется обращаться в больницу. – тоскливо подумывал я.

Что же по похищению сотрудника? Да ничего толком узнать и не удалось. В местных новостях ничего об этом не говорили, а ловить волны сарафанного радио мне было не от кого. Перечитал трижды текст, написанного мною рассказа. Увы, кроме последней сцены с похищением и имени Денис, больше совпадений не было. Естественно, первым делом, чтобы проверить, начал писать его дальше, где описал, что похищенного работника припугнули и отпустили обратно к семье. А Дениса и его напарника, задержали работники органов, о чем сразу сообщили в местной газете и телевидении. Потом понял, что это бред, ведь если я его видел уже неживого, то попросту написал невозможное. Перечеркнув строчку, поверх написал уточнение, что не отпустили, а работники силовых структур, нашли тело и поймали подозреваемых в покушении и убийстве.

Но вот прошли дни и никаких новостей не было. Злился, что убедил сам себя же в какой-то чуши. Экстрасенс недоделанный, думал, что в сказку попал? Волшебную книгу он пишет, что напишет, то и произойдет! Уже представлял себя с кучей денег, проезжающим на безумно дорогой машине, как будет менять мир к лучшему – идиот. Проснись и иди плитку клади и радуйся, что заплатили тебе с такой рожей, а не перепутали с алкашом и не выгнали из подъезда. Это же, конечно, не помешало мне написать и ждать небывалого выигрыша в лотерею, а после, что найду сундук с сокровищами или хотя бы чемодан вечно зеленых, но вскоре, просто выкинул всё из головы.

Жизнь вернулась в привычное русло. До конца лета спокойно отработал сезон. В сентябре у меня было пару недель, любезно предоставленного самому же себе отпуска. Собирался провести его за чтением книг любимых авторов, приобретенных недавно на рынке, собирался, наконец-то, съездить в гости к родителям. Настроение, что бывало достаточно редко, у меня было отличное, даже боли в ладони прекратились совсем и не беспокоили меня уже больше недели. Даже сразу и не обратил на это внимание. Понял, не зря говорят, только, когда постоянно испытываешь боль, начинаешь ценить то время, когда боли не было. А когда у тебя все хорошо, ничего не болит, начинаешь ныть, что скучно, что работа не нравится, что машина плохая и хотелось бы получше, а жизнь идет совсем не туда, куда ты желал бы. И только постоянная резкая боль, заставляющая тебя просыпаться по ночам, боль, что вызывает страх одним ожиданием ее, сразу же переворачивает твою жизнь. Вот, наверное, и меня она изменила за эти пару месяцев.

Поездка к родителям прошла хорошо. По приезду, мы отправились, как они сказали, в лучший ресторан нашей области. Я не любивший такие выходы, предпочитающий больше застолья в родных стенах, даже не сопротивлялся, чем поразил до глубины души отца и мать, которые уже были готовы снова меня убеждать. Покушали вкусно, попивая дорогущее вино, мне показавшееся кислятиной, но не желая портить вечер, лукавя, оценил его как очень вкусное. После ресторана мы, гуляя по красивому, осеннему парку, рассказывали смешные интересные истории, случившиеся на работе и новости, которые не успели обсудить за столом.

В который раз меня уговаривали переехать к ним поближе, но так намеками, основной натиск предполагался, как уже бывало не раз, на второй день пребывания в гостях. Но теперь удивленно переглядываясь, тому что я совсем соглашаюсь и не спорю, этот разговор был недолгий. На следующий день, вечером, когда мы ужинали в квартире у родителей, я вызвал сначала некоторое недоверие, тем что со всем соглашаюсь. Наверное, что бы мы быстрее закончили этот разговор – думали они. Потом изумление после моих слов, что я тоже думал об этом. И в конце шок, когда сказал, что Конин мне надоел.

– Да, наверное, этот год будет последним моим годом там, что будем делать с квартирой?

– Сынок, ты сейчас не шутишь? – после долгой паузы спросил отец. Мать как решили дара речи.

– Да нет, вы правы и, наверное, правы были всегда. Нет там ни перспективы, никакого-то прекрасного будущего, по крайней мере, для меня.

– Я думала не дождусь этих слов! – воскликнула мама и, вскочив со стула, начала обнимать меня.

– У нас на работе столько свободных, умных, красивых медсестер! Да отбоя не будет! Будем тебя еще с отцом прятать от них как принцессу!

– Мааааа, это уже перебор!!!

Я пробыл у них еще пару дней. Давно не видел родителей своих такими воодушевленными. В последний раз, наверное, когда им предложили работу здесь. Прощание было тоже особенное в этот раз. Раньше они были наполнены тоской, которая выплескивалась наружу материнской слезой за судьбу сына, который прозябает один в маленьком городке, не развивается и вообще занимается не понятно, чем. Но в этот раз расставание купалось в бескрайнем море надежды. Сын одумался, будет рядом. А что еще нужно беспокойному сердцу родителей!

Глава 4

Отпуск закончился не совсем так как планировался. Когда я вернулся от родителей, вновь разболелась рука. Только теперь боль не отступала. Представлял себе, будто она, подобно наступающей армии вражеского войска, осаживала крепость моего здоровья и отступала не в силах преодолеть возведённые фортификации. И вот, взяв небольшую паузу, переосмыслив стратегию нападения, вновь приступила к осаде. Если раньше это была острая боль, но кратковременная, то сейчас она немного ослабела, но уже ни днем, ни ночью не утихала. Время в какой-то момент для меня остановилось.

После пары бессонных ночей, угрюмый и злой, стоя в очереди в поликлинике, проклинал все на свете. Злился в первую очередь, конечно, не на свое безрассудство, что сразу не обратился к врачу, а на Дениса или (как там к нему обращались) Вэко. Наверное, у него в руке была игла с каким-то ядом, иначе, что со мной происходит? Надо было заломать его, и сразу же все узнать, что произошло на самом деле. Кто они, кто этот бедный человек, которого его сообщник куда -то увез по реке. Злился, но понимал, что это сейчас я такой воинственный, когда нахожусь в очереди, состоящей по большей части из людей почтенного возраста. Вернуться если в ту ситуацию, то ничего бы не поменялось.