Дмитрий Распопов – В синем море, в белой пене (страница 13)

— О чём вы хотели со мной поговорить, сеньор Иньиго? — сделав второй глоток, он вернул кубок на стол и заинтересованно посмотрел на меня.

— Прежде, я бы хотел поблагодарить вас за тот вклад в победу, который сделали вы, чтобы мы победили Миланское герцогство. Согласитесь, сравнивая Аликанте и Милан трудно было поверить в то, что это возможно, — начал я, на что он лишь заинтересованно на меня посмотрел и осторожно просил.

— А мы победили?

— Да, даже не сомневайтесь в этом, — ответил я, — Франческо Сфорца запросил мирные переговоры и граф Латаса сейчас находится во Флоренции, говоря от моего имени.

— Я могу об этом говорить остальным? — поинтересовался он у меня.

— Пока нет, до возвращения графа и получения письменного соглашения об этом, — покачал я головой, — надеюсь вы меня понимаете.

— Разумеется, сеньор Иньиго, — согласился он, добавив, — ну если это и правда так, то поздравляю, графство не только выстояло, но ещё и прищемило хвост целому герцогу!

— Не без вашей помощи, сеньор Арсенио, — улыбнулся я ему, — если же взять в расчёт ещё и вашу роль в истории с Марком, то я решил, что вы заслуживаете моей личной награды за свой труд.

Глаза у судьи загорелись, словно свечи, он даже чуть придвинулся ко мне.

— Безусловно, все дворяне графства и маркизата вложили частичку себя в эту победу, но им я скажу об этом в своё время, когда их вклад будет так же велик, как ваш сейчас, — заметил я, — что касается вас, сеньор Арсенио, я хочу прямо спросить, чем я могу вас отблагодарить?

Сеньор Арсенио не раздумывал ни секунды.

— Титул, сеньор Иньиго, — быстро ответил он, — любой! Вы сами знаете, что у нас в графстве нет ни одного титульного дворянина, кроме вас, но поскольку само графство было организовано в спешке, то это и не удивительно.

Я на секунду замер.

— Ещё раз, сеньор Арсенио, — удивился я, — графства Аликанте раньше не существовало?

— А вы об этом не знали? — в свою очередь удивился он.

— Эм-м-м, — я даже завис от подобных новостей, — как-то не доходили руки.

— В общем, ещё семь лет назад Аликанте был просто сеньорией, и территориально принадлежал Валенсии, — объяснил он мне, — потом к нам стали приезжать посланники короля, которые совали свои носы куда не следовало, ну вы сами помните ту историю с работорговлей.

Я кивнул, что, конечно.

— Так вот после того, как мы от всех их избавились, к нам прибыл королевский гонец с новостью, ошарашившей нас тем, что город и его окрестности становится графством, ну и конечно мы получили несколько графов себе, до вас.

Я прищурил глаза.

— А это было до или после инквизиторской проверки в Неаполе? — хмуро поинтересовался я у него, — вы же о ней наверняка слышали?

— Разумеется, сеньор Иньиго, — он задумался и ответил, — я уже смутно это помню, но вроде бы как раз сразу после неё.

«К моему дорогому графу, у меня снова есть куча вопросов, — вздохнул я, когда услышал ответ».

— И что было дальше, сеньор Арсенио? — попросил я его продолжить рассказ.

— Вот так у нас оказалось графство, без единого титульного дворянина внутри, ну кроме самого графа, — он пожал плечами, — так что не удивительно, что об этом теперь грезит каждый из нас.

— Хорошо, сеньор Арсенио, — я серьёзно на него посмотрел, — я даю вам слово, что сделаю вас бароном при первом же удобном случае. Вас удовлетворит такая моя благодарность?

— Более чем, сеньор Иньиго, — тут же заверил меня дворянин, — тем более, что далеко за примерами ходить не нужно, все знают, как сеньор Альваро, сеньор Алонсо и сеньор Бернард стали баронами совсем недавно.

— Тогда об этом договорились, — улыбнулся я ему, — и чтобы окончательно закрыть вопрос с Миланом, вы можете уже с завтрашнего дня начать закрывать контракты с отрядами мудехар из Гранадского эмирата, да и вообще всеми наёмными отрядами, которые перешли на нашу сторону. Дополнительная охрана нам больше не нужна, особенно видя ведомости, во сколько она мне обходится.

— Займусь, сеньор Иньиго, — заверил он меня.

— Также, — я задумчиво посмотрел на него, — что вы скажите на то, что может быть вам пора передать судебную практику своему сыну? Я поддержу ваше решение, если вы захотите уйти на покой.

Он сначала дёрнулся, но затем понимание пришло к нему.

— А чем я тогда займусь, сеньор Иньиго? — ехидно поинтересовался он у меня.

— Вы наверно видели производственный комплекс, — я показал рукой в сторону, где находилось производство.

— Даже бывал там, — кивнул он, — очень много зданий и высокая стена, которая их окружает.

— Я вместе с партнёрами решил поучаствовать в разработке серебряных рудников Кастилии, — тихо сказал я ему, поскольку в Арагоне эти новости были пока тайной, — так что на этом заводе будут выплавлять серебро.

Его глаза на секунду расширились, и он задумчиво посмотрел на меня и сказал.

— Я ничего не понимаю в металлургии, сеньор Иньиго.

— А вам и не нужно будет, сеньор Арсенио, — заверил его я, — на производстве будут работать флорентийские инженеры, которые будут следить за всем, что касается техники. Вы мне нужны, как отличный организатор, поскольку нужно будет организовать охрану зданий, доставку ртути, доставку порошковой руды с прибывающих кораблей, а также чтобы серебро на производстве не разворовывалось. Ну и самое главное, чтобы оно попадало в мои подвалы, откуда уже распределялось между всеми, кто в этом участвует.

— Хм, — задумался он, — опять же, предложение конечно заманчивое, нечего сказать, но я всё же дворянин, а не ремесленник, сеньор Иньиго.

— А я вам и делаю предложение, как дворянину, — тут же я поменял стратегию переговоров, — я предлагаю вам не работать на меня, а стать моим компаньоном, один процент со всего, что будет выплавлено на заводе, будет ваш, если вы согласитесь.

— Один процент? — его бровь поднялась, — выглядит маловато.

— Учитывайте то, что в наших планах с партнёрами, захват всех серебряных рудников Кастилии, — намекнул я ему, — ну и конечно найм рабочих и прочие расходы, будут за мой счёт, вы получите свой процент только за всеобщее руководство и контроль. Мы через многое с вами прошли, давно знаем друг друга и определённо я могу вам доверить своё серебро.

— Могу я узнать, кто другие ваши партнёры, сеньор Иньиго? — тихо поинтересовался у меня он.

— Архиепископ Толедо, которого вы сегодня лицезрели, — улыбнулся я, — маркиз де Вильена и его брат сеньор Педро Хирон.

— Маркиз де Вильена, нынешний фаворит Его высочества Энрике IV, как я слышал, — задумчиво произнёс он.

— «Уже нет, но зачем я буду об этом говорить сейчас, когда ты принимаешь решение, — подумал я про себя».

— Один из, — не соврал я нисколько вслух.

Главный судья думал, а я ему не мешал.

— Сеньор Иньиго, здраво рассудив, я решил, что два процента от всего произведённого серебра заставят меня трудиться не за страх, а за совесть, поскольку я прекрасно понимаю тот объём работы, который мне придётся делать, чтобы не ударить в грязь лицом, — наконец ответил он мне.

Я молча протянул ему руку.

— Сделка заключена, сеньор Арсенио.

Улыбка скользнула по его губам, и он пожал мне запястье.

— Когда я могу приступать? — поинтересовался он.

— Завтра мы поедем на производство, — ответил я, — я введу вас в курс дела, скажу сеньору Леону Баттиста Альберти о том, что вы теперь будете присматривать за всем производством целиком, также дам вам контакты, кому написать во Флоренцию насчёт грамотных инженеров и ещё оставлю подробные инструкции по тому, как я вижу развитие завода. Ну а дальше вам придётся делать всё самому, поскольку мне нужно отплывать в Сарагосу. Вы ведь не забыли надеюсь, что у нас тут война наметилась между Кастилией и Арагоном.

— Забудешь тут, — хмыкнул он и согласился, — хорошо, сеньор Иньиго, если мне будет что непонятно, ждите гонцов.

— Я уверен, что вы сами во всём прекрасно разберетесь, сеньор Арсенио, — польстил я ему, — но, конечно, я буду помогать вам и не брошу заниматься всем, совсем уж одному.

— Тогда я вам больше не нужен? Пойду подумаю, с чего начать, — поднялся он с кресла и я последовал его примеру, проводив до самых ворот и простившись, когда он сел в повозку. Когда мой новый компаньон уехал, я увидел, как меня ждут два рыцаря.

— Сеньор Аймоне? Сеньор Фелипе? — я повернулся к ним, и они подошли ближе.

— Сеньор Иньиго, можно вопрос? — военный маршал Ордена Девы Монтесской смущённо на меня посмотрел, показывая на бумаги, — а что это? Бернард передал нам их утром.

— То, что я вам обещал ещё тогда, когда мы плавали вместе, — улыбнулся я, — эскизы новой одежды для всех моряков, предметы для их гигиены, а также рундуки со всем необходимым для жизни на корабле.

Глаза рыцарей расширились.

— Вы хотите обеспечить всем этим каждого? — изумились они в один голос, — это же куча денег!

— Каждый моряк, попадая на службу в Арагонскую Ост-Индскую Компанию будет отныне обеспечен одеждой и средствами ухода за собой, а также всем необходимым для жизни на корабле, — серьёзно ответил я, — всё будет выдаваться под опись и забираться, если моряк захочет оставить службу, также для любителей портить вещи, мы с вами обсудим штрафы и особые правила, чтобы их убедить в том, что этого делать не нужно.

— Если это для моряков, тогда эти листы для нас? — сеньор Аймоне показал на вторую пачку бумаги.