Дмитрий Распопов – Связь без брака — 2. Время олимпийских рекордов (страница 26)

— Ладно, значит по списку. Легенда?

— Готова, по возвращении с чемпионата СССР будешь зубрить.

— Родители?

— Вернут их с Магадана на время, сделают фотографии с тобой и отправят обратно.

— Стесняюсь спросить, а что они делают в Магадане? — удивился я.

— Ты же их туда своей болтовнёй и отправил, — настала его очередь удивляться, — когда всё это с Брежневой стало раскручиваться.

Призадумавшись, я точно вспомнил, что нечто подобное и правда говорил, хотя тогда думал, что это воспримут как шутку.

— Хотя мне то какое дело, — я поднял на него взгляд, — дальше. Подшивки газет и американская периодика?

— После чемпионата выпишем тебе пропуск в хранилище Первого отдела.

— Подтянуть английский?

— Анну Константиновну с Лондона выкрасть?

— Не смешно товарищ генерал.

— Да? Ну ладно, как хочешь, не говори потом, что я тебе не предлагал. Найдём тебе, мужчину в этот раз, — ответил он на полном серьёзе, хотя его глаза насмешливо на меня смотрели.

— Испанский, базовый минимум, чтобы мог отвечать на вопросы.

— Найдём.

— Дима и Варя поедут со мной на чемпионат, на Олимпиаду понятное дело, что нет. Так что нужен будет проверенный массажист с достаточными компетенциями, чтобы присматривать за моей едой и питьём, раз на допинг будут меня постоянно проверять.

— Организуем, — было видно, что он всё запоминает, бумага ему для этого не нужна.

— Три комплекта формы и шиповки «Adidas», тоже три, — добавил я от жадности, вспомнив, как недавно бегал босиком.

— Ваня, — он укоризненно на меня посмотрел.

— Три! А то могу и четыре сказать, — огрызнулся я, — вы мне прошлые так и не вернули, после той истории с мелким стеклом.

— Ладно, будет тебе три, — нехотя сказал он.

— Ну так вроде всё, — я задумчиво почесал затылок, — и да, что там ещё за 400 метров? Сразу говорю, я не готов к ним.

— Ваня, американцы очень серьёзно настроены, а руководством дана установка победить в общекомандном зачёте медалей после прошлого проигрыша.

— Вы сами слышали, что они тоже выбежали из 9.9, а я ещё не пришёл в себя, — напомнил я ему, — кто-то вообще заявлял, что я только ходить смогу.

Он задумался.

— Ладно, кое-что скажу, чтобы тебя умаслить, но когда к тебе придут официально с этим, сделай вид, что первый раз слышишь, — нехотя сказал он.

— Ого? Что-то интересное?

— Помнишь эту свою придумку с ключами и титановым брелоком?

— Ну да конечно, она тут причём?

— Наделали копий и спустили их на тестирование в Семёрку и МВД, в общем туда, где занимаются оперативкой и работают на земле, предварительно месяц показав основные приёмы работы с ним.

— И? — мне стало интересно.

— Твоё изобретение было признано лучшим не летальным оружием самообороны скрытого ношения, — торжественно произнёс он, — и под названием КСН-1 он ушёл в массовое производство. Конечно из титана его будут делать только для сотрудников КГБ, а в милицию уйдёт версия, изготовленная с применением эпоксидной смолы.

— То есть у меня его честно стыбрили? — хмыкнул я.

— Не совсем. Ребята из Семёрки сделали всё по-честному, оформили тебя как изобретателя, сами заполнили все бумаги и выдвинули твоё изобретение на Государственную премию.

— Ого, — удивился я порядочности инструкторов и их руководства.

— Да, Госкомиссия тебя утвердила, так что как только с тебя снимут «чёрную метку» ты получишь медаль, и приличную денежную сумму — пять тысяч рублей. Это вместе с книжкой и значком «Заслуженный мастер спорта СССР». Всё лежит у начальника Семёрки и дожидается тебя, видел своими глазами.

Я почесал затылок, предложение выглядело на первый взгляд конечно крайне заманчивым.

— Так что Ваня, давай ты приложишь все силы, чтобы гимн СССР как можно чаще звучал на Олимпиаде?

— 400 метров — это точно будет непросто, — задумчиво протянул я.

— Ваня, про золото даже никто не заикается, просто зайди на пьедестал.

— Ладно, обдумаю ваше предложение, товарищ генерал.

— Ну вот и отлично, — он похлопал меня по плечу, — давай Ваня, не подведи нас всех.

— Постараюсь, — ответил я, сам будучи в этом не очень уверенным.

***

В Ленинакан мы отправились за неделю до начала Спартакиады, чтобы успеть акклиматизироваться к высокогорью, хотя Кузнецов постоянно ворчал, что все спортсмены уже давно там и уже точно привыкли к местным условиям, только мы последние.

На что я справедливо заметил, что были для этого весьма веские причины, или он хочет обсудить их по третьему разу? Сергей Ильич не хотел, но меньше ворчать от этого не стал.

В аэропорт Ширак мы прибыли под вечер, так что добирались по ночному городу до общежития, где поселили всех спринтеров, прыгунов, метателей и многоборцев, как нам объяснил Кузнецов. Прибыв на автобусе к одной из длинных пятиэтажек, стоявших рядом, первое, что я увидел, были три оранжевые милицейские «Волги» — универсалы, стоящие рядом со входом в общежитие.

— Дима, помоги Варе, — я захватил свои вещи, и проконтролировал, чтобы ничего не забыли в автобусе. Выйдя из транспорта, мы пошли к входу, где Кузнецов предъявил милиционерам документы участников соревнований и нас пропустили внутрь. Где к моему удивлению также находился пост милиции.

«Молодцы какие, — я даже порадовался, — безопасность хотя бы налажена».

На всех четверых нам выделили только одну комнату, так что под растерянный взгляд медсестры нам пришлось ждать в коридоре, пока она переоденется и ляжет в кровать.

— Где хоть тут побегать можно Сергей Ильич? — спросил я у него, перед тем как заснуть. — Ведь завтра я привычно встану первым.

— Где-то рядом должен быть городской стадион, — поворочался он на скрипучей кровати, — нам сказали до него пять минут пешком отсюда.

— О, отлично, тогда точно найду, — обрадовался я, — так что с утра меня не теряйте, буду там.

— Добро Ваня, — широко и громко зевнул тренер.

Утром и правда, стараясь не разбудить всех я отправился умыться, почистить зубы и надев спортивную форму, стал спускаться вниз, чтобы первый раз пробежаться и посмотреть влияние на организм условий высокогорья, было интересно почувствую я сам разницу или нет. Внизу за столом, где располагался милицейский пост спал человек в форме, с трудом, разбудив которого я попросил открыть мне дверь.

— Парень лучше останься в общежитии, — с характерным акцентом сказал он, сонная потирая глаза.

— Почему? — его слова меня удивили.

— Вам не проводили инструктаж? — в свою очередь удивился он.

— Мы вчера только ночью приехали.

— Послушай совета, останься, — ещё раз повторил он.

Тут уже мне стало интересно, что такого меня ждёт на улице.

— Сейчас я спрошу у тренера, что за инструктаж и вернусь, — вместо того чтобы так и сделать, я вернулся, взял с собой в карманы две КСН-1, милицейской версии, которые мне подарил генерал, чтобы я сам посмотрел какие они в деле и так не разбудив спящего Кузнецова спустился вниз, где уже мне без дополнительных вопросов открыли дверь.