Дмитрий Распопов – Испытание славой (страница 42)
Всей этой огромной толпой мы направились в небольшой городок Тольфа, всего с пятьсот жителями, одной церковью и бароном, которого посланники папы недавно обрадовали, что его спокойная жизнь закончилась. Как я понял, ему нашли какое-то денежное место в Риме, и он туда переехал, оставляя свои владения полностью под властью папы, который и так в Папской области был по факту верховным сувереном.
Я всё ещё ездил в повозках, единственный из всех, кто меня сопровождал из дворян, поскольку остальные были на лошадях. Но я сильно не рефлексировал по этому поводу, давно привык к тому, что на меня смотрят либо с жалостью, либо с презрением, особенно незнакомые мне люди.
Повозка ненадолго притормозила, перебивая мои мысли и внутрь забрался Джованни Орсини, довольный и счастливый.
— Всё ещё с трудом представляю причину, почему вы сеньор Джованни оставили свою молодую супругу и поехали со мной, — улыбнулся я, видя его придурковато-влюблённый вид.
— Я сам вызвался, сеньор Иньиго, — пожал он плечами, — ваша помощь в моей свадьбе, покупка дома, это меньшее, что я могу для вас сделать в благодарность за это.
— Как Анна? — поинтересовался я.
— Оказалось, что к счастью, она ненавидит вас сильнее, чем всех Орсини вместе взятых, сеньор Иньиго, — обрадовал меня он, — так что мы немного поладили с ней, хотя конечно до полного доверия нам всем ещё очень далеко.
Комментировать его слова я не стал, чтобы не обидеть ненароком, но запомнил.
— Как у вас дела с сеньором Массимо? — поинтересовался я, спросив про сопровождающего со стороны семьи Колонна.
— Они сделали правильный ход, выбрав не кого-то из своих, а поверенного в делах семьи, — довольно кивнул он, — ненависть к ним никуда не делась, а так хотя бы все не хватаются за мечи при звуках его имени, как если бы на его месте был кто-то из самой семьи Колонна.
Повозка замедлилась второй раз и внутрь забрался сам сеньор Массимо, о котором мы только что говорили.
— Я услышал своё имя, синьоры, — сухо заметил мужчина в возрасте.
— Мы говорили о вас только хорошее, синьор Массимо, — миролюбиво заметил я, — синьор Джованни заметил, что выбор вас в качестве сопровождающего от семьи Колонна, здорово снял всеобщее напряжение.
Мужчина удивлённо посмотрел на меня, затем на Джованни Орсини.
— Простите, что был не сдержан, синьоры, — извинился он.
— Хорошо, что вы оба здесь, — я перенаправил разговор в деловое русло, — мы обговаривали наши цели, но лишь общими мазками. Так что давайте коснёмся конкретики. Я хочу, чтобы синьор Массимо занялся наймом дополнительных рабочих для постройки шахтёрского городка на самом месторождении, там нам нужны будут в первую очередь бараки и церковь, затем частокол, окончательный проект самого городка будет после того, как прибудут мои инженеры из Флоренции.
Мужчина кивнул, понимая о чём я.
— Что касается вас, синьор Джованни, — повернул я голову в сторону Орсини, — на вас вся охрана и разведка, чтобы шпионы как можно дольше не знали, что мы добываем.
— Хорошо, синьор Иньиго, — кивнул Орсини и смущённо спросил, — хотел заодно поинтересоваться у вас, а кто обеспечит наш быт? Каждый будет занимается своими людьми отдельно? Просто закупка продуктов и готовка, будет отвлекать большие силы от прямых обязанностей.
— Это я возьму на себя, — спокойно ответил я, — еда для всех будет с общего котла, бани и помывочные тоже будут общими, как и наказания. Предупредите всех, я не потерплю драк и тем более убийств у себя, наказаны будут все.
Оба мужчины с лёгким превосходством посмотрели на меня, видимо решив, что я надуваю щёки, но я решил пока не накалять обстановку, и перешёл к более конкретным деталям, расписывая порядок наших действий при прибытии в город, который был нашей целью.
Жители Тольфа удивлённо открыв рот смотрели, как огромные колонны людей вливаются в город, причём часть из них остаётся, ища купцов, аптекарей, врачей, людей из магистрата, а большая часть располагается за городом, начиная вырубать все деревья, которые были у подножья горы, на которой расположен их городок.
Глава магистрата, найдя хорошо одетого всадника, который властным тоном распоряжался сотнями людей, подошёл ближе.
— Синьор, добрый день, — поклонился он дворянину, — я глава этого города.
— Отлично, вы-то мне и нужны, — обрадовался всадник, — идём к его сиятельству, он вам всё объяснит.
Вернулся глава магистрата поникший и подходящим к нему людям рассказывал, что отныне здесь будет вестись разработка полезных ископаемых, правда, что это, он затруднился ответить, сказав, что будут копать и много.
Утром следующего дня прибыли ещё люди и колонны новых работников, всё прибывали и прибывали. К их прибытию строились деревянные бараки и небольшая церковь, в которой местный священник, на которого неожиданно свалилось несколько тысяч людей новой паствы, с утра и до вечера проводил теперь службы.
На третий день, когда жители Тольфа думали, что поток людей наконец закончился, стали прибывать караваны торговцев, которые бесконечными цепочками везли продукты и товары для тысяч людей, которым нужно было постоянно есть, одеваться и покупать предметы первой необходимости.
Вокруг места, где жили шахтёры, стал медленно, но уверенно расти высокий частокол, показывающий, где и как он отрежет шахтёрский городок от самого Тольфа. Вместе с началом строительства частокола в город стали прибывать проститутки, артисты, музыканты и прочий люд, который развлекал тех, кто работал и имел с этого деньги.
К концу первой недели, Тольфа было не узнать, и жители с ужасом представляли себя, что же будет с их ранее тихим и уютным уголком дальше.
— Сеньор Альваро, сеньор Алонсо, — я прохаживался перед стоявшими передо мной людьми, — я ожидаю от вас усердной работы. Я думаю, вы понимаете, сколько людей зависит от вашей расторопности и умения быстро принимать правильные решения?
— Конечно, сеньор Иньиго, — оба дворянина поклонились.
— Сеньор Джованни Торнабуони, наш источник денег, но это не значит, что он не иссекаемый, — представил я всем человека, которого мне прислал с письмом Джованни Медичи, сказав, что быстро найти толкового бухгалтера у них с отцом не получилось, так что они решили просто передать мне на время, главу римского филиала банка, который будет моим источником финансирования, всего здесь происходящего. Разумеется, всё потом придётся вернуть с продажи квасцов, но хотя бы для стройки и обеспечения тысяч людей не нужно было тратить свои деньги. Орсини и Колонна тоже вносили свой вклад, обеспечивая оплату жалования всех своих людей, а также закупку продовольствия в общий котёл.
— Паула, бери Марту и закончите наконец общую кухню, я все рекомендации и методички вам дал, в три смены мы легко сможем всех накормить. Мне надоело видеть объедки по всей территории лагеря.
— Простите, сеньор Иньиго, — девушка грустно мне поклонилась, — но меня не воспринимают серьёзно.
— Ханс, прошу, сооруди место для наказания плетьми, — попросил я главу наёмников, которые также прибыли со мной в Тольфу, но большая часть конечно осталась в Риме с графом Латаса, для обеспечения там порядка.
Капитан склонил голову, показывая, что понимает.
— А ты просто покажи уважаемому капитану, кто там тебя не воспринимает, — хмуро сказал я Пауле и та радостно кивнула.
— К приезду инженеров, всё должно быть готово, — я посмотрел на Джованни Торнабуони.
— Синьор Джованни Медичи написал, что они будут день ото дня, — подтвердил тот, — синьор Альберти собрал всех, кого знал, посулив им очень щедрое вознаграждение за работу.
— Дай-то бог, — вздохнул я, — чтобы они прибыли быстрее.
— Если будут срочные вопросы, приходите, а теперь все за работу! — я похлопал в ладоши и люди стали расходиться, распределяясь по кучкам, кому я что поручил.
А я же, как и было положено графу, хотел насладиться покоем и чтением книг, но видимо уже не в этой жизни. Громко зазвучал два раза горн, а это значило, что разведка заметила приближающихся к лагерю всадников.
Показав сопровождающим меня наёмникам, что мы идём к входу, я двинулся туда, чтобы узнать, кто прибыл. Сердце радостно забилось, когда во главе кавалькады из десятков всадников, за которыми катились телеги и повозки, я увидел сеньора Альберти.
— Видимо, кое-кто на небе прислушивается всё-таки к моим молитвам, — хмыкнул я и радостно раскинув руки, двинулся его встречать.
— Сеньор Альберти! Наконец-то! — обнял я ошеломлённого учителя, когда он подъехал и спрыгнул с лошади, подойдя ко мне и изумлённо рассматривая меня.
— Иньиго! Ты можешь ходить⁈ Как? — вопрошал он, радостно осеняя себя крестом.
— Папа вылечил, — гордо признался я, — наложил руки, помолился и всё, я как новенький.
— Но на горб видимо его силы не хватило, — съехидничал он, но я зашикал на него за богохульство, и он стал представлять мне скромных людей, которые спустившись с лошадей наблюдали, как мы с ним обнимаемся и обмениваемся новостями.
— Лучшие инженеры, Иньиго, свет флорентийской науки! — он представлял мне всех, и я едва не потерялся среди множества новых имён и фамилий.
Приходилось просто радостно улыбаться и огорошить их суммой, за контракт, которую им заплачу, если они согласятся помочь мне с разработкой месторождения. Лица флорентинцев вытянулись, и они заверили меня, что за такие деньги, останутся тут на столько, сколько я пожелаю.