Дмитрий Распопов – Исповедники (страница 42)

– Благодаря вашим подсказкам, господа, мы отыскали и обложили третьего ученика. Пока мы не хотим задерживать его, чтобы не спугнуть Учителя, поскольку мы знаем, что он остался последним действующим его ремесленником, так что очень надеемся, что он навестит его, чтобы забрать собранные души.

– Существует вероятность, что ремесленник видит вокруг слишком много полиции и не спешит на эту встречу. – Сэр Энтони приложился к стакану с коньяком. – Я потому и позвал на нашу встречу Рэджи, так как он нашел способ следить за людьми, если хоть раз контактировал с ними ранее.

– Что?! – С главы тайной полиции слетела обычная невозмутимость, и затрепетали ноздри. – Как это?!

– Он использовал наработки тех лжеремесленинков. Давайте их называть так, чтобы не было путаницы, – предложил сэр Энтони. – И смог подобрать нужные параметры для собственной ауры, чтобы она не убивала людей, но в то же время он мог ее чувствовать на расстоянии.

– Поездки в Ньюгейт! – догадался сэр Артур. – То-то после его посещений было так много трупов.

– У меня нет неотъемной души, так что пришлось экспериментировать и подбирать параметры путем проб и ошибок, – заметил я из своего угла. – Это оказалось сложнее, чем я ожидал.

– То есть Рэджинальд сможет потом сказать, где находится тот или иной человек? – уточнил сэр Артур.

– В пределах мили, – подтвердил исповедник. Я недавно рассказал сэру Энтони о своих успехах в данном эксперименте, и он решил поделиться ими с тайной полицией.

– То есть если мы отзовем слежку, то вполне возможно, что Учитель решит связаться с ним? По информации от моих ребят, у последнего ученика сейчас с собой два тяжелых мешка в квартире.

– Да, очень большая вероятность, что вы, перекрыв поступления душ верхушке банд, лишили их большой части источников доходов, – согласился с ним сэр Энтони. – Так что если наш таинственный Учитель знает о нереализованной добыче последнего ученика, то может польститься на такой куш. Все же несколько миллионов на дороге не валяются, можно просто взять и исчезнуть с ними, не обязательно кому-то отдавать.

– А почему вы говорите, что он с кем-то делится? – поинтересовался я. – Он ведь может это все сам проворачивать.

– Такая поддержка различных банд, да еще и в разных городах, просто невозможна без помощи со стороны, – покачал головой сэр Артур. – Каким бы талантливым и сильным он ни был, бандам явно дают указания сверху, так как в ином случае, польстившись на такую добычу, его бы давно ограбили и убили. Только «общак» у них неприкосновенен и объясняет то, почему он неприкасаемый в любом городе.

– «Общак»? – перепросил я.

– Деньги, которые преступники собирают и держат чаще в одних руках, тратя их на взятки полиции и поддержку арестантов в тюрьмах.

– Ты так спокойно об этом говоришь, Артур, – удивился исповедник.

– Что есть, то есть. – Глава полиции развел руками. – И это не истребить. А у нас есть задачи посложнее, чем ловить нечистых на руку полисменов.

Он походил по комнате.

– Ладно, давайте вернемся к нашей теме, – продолжил он после недолгого молчания. – Ты точно даешь гарантию, что, если я отзову своих людей, ты сможешь за ним проследить?

– Если только он не улетит на дирижабле – смогу, – уверенно сказал я. Все последние эксперименты на подопытных неизменно давали только стабильный результат, смертей больше не было ни одной.

– Это вряд ли, конечно, – согласился глава тайной полиции, сосредоточенно думая над моими словами.

– Хорошо, джентльмены, я подумаю над вашим предложением, – наконец ответил он. – Рэджинальд, ты можешь идти, дальше у нас будет разговор только с твоим наставником.

Я обиделся. Как только от участия в разговоре двух взрослых могущественных людей моя самооценка устремилась выше небес, ее болезненно вернули на землю. Спорить было бесполезно, упрашивать – унизительно, так что я поднялся с кресла и, простившись, вышел.

Глава 11

Таинственный Учитель

Пару дней назад сэр Артур, поняв, что его засада не приносит результатов, согласился на наше предложение. Сэр Энтони остался в столице, а меня под охраной шести полисменов тайной полиции доставили в город-порт Грейвсенд. Именно там, на окраине города, и жил третий ученик. За последний год это была моя первая поездка за пределы столицы, не говоря уже про то, что являлась вообще третьим путешествием за всю жизнь. Как бы ни отвлекали меня мысли о предстоящем деле от дороги, но взгляд постоянно возвращался к ней и окружающим пейзажам. Летом здесь наверняка было гораздо красивее, так как белый снежный наст, который делал однообразным все вокруг, не позволял мне рассмотреть в подробностях деревни, мимо которых мы проезжали. Здесь редко удавалось увидеть одновременно три парокара, так как нашу колонну провожало множество удивленных и любопытных взглядов.

Путь на максимальной скорости занял три часа, и, как только впереди показались предместья города со множеством ферм, а также низких, утопленных в землю домов, мы разделились, чтобы привлекать к себе меньше внимания. Наша машина поехала вперед, а две другие свернули на окольные дороги. На удивление, они здесь были в весьма приемлемом состоянии, и парокар лишь слегка замедлил скорость, чтобы нас не сильно растрясло, так что уже через десяток минут мы въехали в сам город. Первое, что бросилось мне в глаза, – это высокая башня с часами наподобие нашей в столице, правда, визуально она была меньше и не так украшена. Многоэтажных домов здесь не было вовсе, основная масса строений, мимо которых мы проезжали, были одно- и двухэтажными. Причем я не заметил существенной разницы между состоянием их на окраине и в центре города, не было такой четкой линии, как в Лондоне, между районом трущоб и зажиточными кварталами. Здесь все казалось однообразным и серым, возможно, этому способствовал снег, который под своим покровом скрывал как недостатки, так и достоинства.

Машина скрипнула тормозами и остановилась, я оторвался от окна и посмотрел на полисменов.

– Дальше поедем в кебе, сэр, – произнес один из них. – В центре города парокары не редкость, но туда, куда поедем мы, их вид не столь привычен глазам жителей.

– Доки? – догадался я, так как считал, что речные причалы и прилегающие к ним дома выглядели одинаковыми в любом городе. Основная масса бедноты, ворья, проституток и прочего отребья обычно собиралась там, так как река в прямом смысле кормила их. Одни зарабатывали на разгрузке, спекуляции товарами, вторые вымогали и грабили, третьи же предлагали услуги для отдыха и релаксации после праведных и неправедных дел.

– Да, сэр. – Охранник вылез из машины, только когда кеб подъехал вплотную, и открыл дверь с моей стороны, а я быстро пересел внутрь повозки. Резкий переход из теплого и уютного салона машины в обжигающе холодное пространство кеба заставил меня поморщиться и поднять воротник пальто. Пятой точке, несмотря на постеленные на сиденье шкуры, было очень холодно, пришлось постоянно ерзать и одновременно с этим прятать лицо, когда ветер задувал внутрь.

«Сразу понятно, почему аристократам так полюбились парокары, – тяжело вздохнул я, порядком отвыкнув ездить на чем-то еще, кроме машин. – Насколько было комфортно там, настолько холодно и неудобно тут».

Причитать можно было сколько угодно, ничего от этого не менялось, нужно было делать дело, на которое я подвизался.

Людей на улице было мало, несмотря на выходной день. Даже военных патрулей, которые в столице встречались на каждом шагу, не было видно. Было такое впечатление, что в этом городе слабо представляют, что где-то идет война.

Хотя нет, тут же поправил я себя, увидев, как из подошедшего к одному из пирсов парохода стали спускаться раненые в военной форме. Вскоре жидкий поток тех, кто мог передвигаться самостоятельно, закончился, и к кораблю стали подъезжать повозки, а по трапам вверх и вниз стали таскать носилки с безжизненными телами.

Сколько всего было раненых, я рассмотреть не успел, так как мы миновали пирс и вскоре подъехали к двухэтажному дому, ничем не выделяющемуся среди остальных своих собратьев.

– Приехали, сэр, – громко объявил кебмен, по выправке и виду которого можно было заметить, что вождение кеба не являлось его основной работой.

– Спасибо. – Поскольку платить не потребовалось, я попрощался и вышел, кутаясь в свое пальтишко, не предназначенное для дальних поездок в открытой повозке.

– Сюда, сэр! – Из подъезда дома выглянул крепкий мужчина и поманил меня за собой.

Я бросил взгляд на кебмена, тот кивнул мне и, крикнув, щелкнул вожжами, отъезжая прочь. Было, конечно, слегка не по себе оставаться одному в непривычном месте, поэтому я поспешил к встречающему. Он провел меня по лестнице в глубь дома и, поднявшись на второй этаж, запустил в комнату. Только попав туда, я сразу понял, что это действительно засада тайной полиции. Трое крепких мужчин слишком серьезно занимались чисткой оружия и снаряжением, чтобы заподозрить их в принадлежности к профессии простых докеров, в одежду которых они были одеты.

– Сэр. – Увидев меня, один из них отложил револьвер и, поднявшись с места, подошел ближе. – Сержант Ричард Волли, сэр.

– Рэджинальд, – пожал протянутую руку я, решив не представляться полным именем, – они и так прекрасно знали, кто я и почему здесь. Представляю, какие им дали инструкции, чтобы меня охранять, при этом не привлекая внимания.