Дмитрий Ра – Имперский Курьер. Том 3 (страница 10)

Тем более странно, что я не чувствую угрозы. Она как бы есть, но не сказал бы, что стою перед лицом неминуемой смерти. Так, обычная Курьерская разборка.

– Не вынуждай меня заходить! – крикнул я. – Уставший Курьер – это еще и раздраженный Курьер. Давай не будем усугублять ситуацию.

Не знаю, понял ли меня Христофор, но в ответ на мои слова из глубины туннеля вылетели три щупальца. Да еще и на такой скорости, что простой человек не успел бы среагировать. Но я был готов к чему угодно, так что и тут не оплошал.

Щупальца ударились в эфирный щит и тут же получили ответку в виде десятка эфирных лезвий. Только что-то я перестарался, отростки легко отсекались с первого попадания. Остатки втянулись обратно в туннель, из которого послышалась недовольное утробное урчание.

Я же подошел к одному из отсеченных щупалец, нагнулся, чтобы рассмотреть поближе. Много слизи, но в остальном больше похоже на ложноножку или отросток. Ни присосок, ни иных функциональных деталей. Следов Бездны тоже нет. Что же это такое?

В ответ на мои мысли из туннеля вылетел уже плотный комок щупалец, но атака была ожидаемой. Скачок в сторону, легкое движение руки – и призванные копья пронзают отростки, пригвождая их к камню. Еще с десяток порубил лезвиями, от парочки отмахнулся битой, после чего атака прекратилась.

Щупальца втянулись обратно, но три из них так и остались пригвождены. Существо явно тужилось, пытаясь вырвать копья, но силенок не хватало.

– Длинные, но слабые, – подвел я итог. – Рожу свою показать не хочешь?

Из глубины пещеры раздался вой, больше напоминающий ультразвук. При этом он постоянно менял тональность, будто чудовище само не могло определиться, какой у него голос.

В следующий миг я увидел, как по туннелю на меня несется извивающаяся масса, состоящая из щупалец, глаз, ртов-присосок с острыми зубами – и все это словно сплетено в один бесконечный узел.

Чем бы ни был Христофор на самом деле, выглядела эта хтоническая тварь как нечто, что не может существовать по определению. Даже создания Бездны обладают хоть какой-то логикой в своем воплощении. Это же существо больше напоминало бред безумного художника, увлекающегося психотропными грибами.

Револьвер проявляется в руке, и я без раздумий высаживаю остатки патронов. Каждый выстрел пробивает несущуюся массу, но весь туннель заполнен этим существом без формы. И тем не менее Потоковые пули явно причиняют ему боль, потому что с каждым выстрелом тварь замедляется и выпускает вперед все новые и новые щупальца.

Стальная звезда. Она появляется в воздухе и раскаляется всего за мгновение. Нет времени на нормальный удар по ней, потому просто отправляю ее вперед движением пальцев, как обычно поступал с копьем.

Моргенштерн утопает в бесконечной массе, щупальца бьются о выставленные щиты, пытаясь добраться до меня, ревущий монстр извивается в глубине туннелей, разглядывая меня сотнями глаз, растущих прямо по всей длине некоторых отростков.

Взрыв. Полая внутри, звезда наполнена вязким огнем – и сейчас он распухает прямо в центре извивающейся массы. Монстр ревёт, отчего стены опасно дрожат, но при этом вся извивающаяся масса начинает втягиваться обратно в туннель.

– Акция для самых уродливых, два по цене одного.

Вторая звезда с вязким огнем отправляется следом, правда эту уже отбиваю битой, чтобы придать нужное ускорение. Еще один визг разносится по туннелю, а я выдыхаю и вытираю пот со лба. Хоть внешне и не скажешь, но за эти секунды боя мне пришлось изрядно выложиться по энергии.

Но зато многое стало понятно. Наверное. Есть у меня одно предположение, так что я решил сразу его проверить.

Подошел к последнему отростку, прибитому копьем к камню – остальные уже оторвались. Положил руку на извивающееся щупальце и пустил по нему Поток. Сначала оно забилось в конвульсиях еще сильнее, но чем дольше я продолжал, тем спокойнее оно становилось. И так до того момента, пока отросток не замер окончательно.

Я лишь покачал головой и убрал оружие. Раскрыл все доступные глаза Амбера, встал в центре пещеры и сложил руки за спиной.

– Вылезай, – произнес тихо, но на высшей речи. – Я сказал: вылезай.

Миг, и в туннеле показалась масса щупалец. В этот раз она двигалась медленно, неуверенно, но повторять приказ я не собирался. Монстр пополз в мою сторону, даже не пытаясь атаковать. Инстинкт самосохранения в нем сейчас боролся с бесконечным голодом. Впрочем, это единственные две вещи, которые в нем есть. И от исхода нашего противостояния на самом деле зависит то, выйду ли я из этой пещеры живым или же ближайший город, а может и несколько, скоро будет уничтожен.

Тварь наконец выбралась из туннеля и начала заполнять пещеру. Я стоял неподвижно и просто продолжал смотреть на существо. Главное – сохранять спокойствие. Если оно почувствует слабость, то мне хана. Вот прямо бесповоротная.

Потому я не шелохнулся, даже когда существо заполнило всю пещеру своей массой, оставив мне лишь пару метров свободного пространства. Множество глаз начали сливаться в один большой прямо перед моим лицом, правда зрачки то собирались в одну черную массу, то разлетались по радужке в разные стороны, а иногда и перетекали за ее пределы.

В общем, существо действительно выглядело безумно и сюрреалистично. Хотел бы сказать, что природа на нем решила отдохнуть, но природа тут ни при чем. Я не представлял, откуда взялось это создание. Один из миллионов неудачных экспериментов эгрегоров, которому не нашлось места ни в одном из известных миров. Выброшенный, а может и сбежавший в бесконечное пространство междумирья.

В целом такие твари не были опасными, пока не присасывались к Бесконечному Древу и не начинали потреблять материю без остановки. Но сами по себе они не могли подобное провернуть, так что никто и не убивал их целенаправленно. Плавают себе в космосе, никого не трогают – и пусть.

Главное, чтобы какой-нибудь Курьер не вытащил такую тварь, которую обычно называют эфирной пиявкой, да не забыл бы случайно в материальном мире. Например, когда только очнулся в капище посреди ритуала какого-то культа и, не разобравшись, решил использовать подобную пиявку. А что, выловил, бросил на пол – и все, никто под ногами не мешается, можно спокойно своими делами заниматься. Удобно? Удобно.

Да только вот кто же знал, что после этого мне будет вообще не до возвращения каких-то эфирных пиявок обратно в междумирье. Если честно, я вообще про нее забыл. Зато теперь стало понятно, почему Поток считает меня виноватым во всех бедах, которые эта тварюшка собиралась натворить.

Похоже, она тут жрала не самых хороших людей, а может, и вообще не людей. Так что я более-менее оставался при своих силах.

– Чего вылупилась? – спросил я спокойным голосом. – Еще наподдать?

Глаз тут же уменьшился в размерах, да и сама пиявка словно бы чуть-чуть ссохлась от моих слов, хотя по-прежнему продолжала занимать все свободное пространство пещеры.

– Ну ты и отожралась, – покачал я головой. – Подсела на белковую диету? И что тут происходит? Сколько еще развлекаться собиралась?

Мой суровый тон заставлял пиявку скукоживаться все больше и больше. И это был единственный способ. Пойми она, что от моих сил остались жалкие крохи, – и в тот же момент решит полакомиться десертом в виде Курьера с трехглазой начинкой. Но мозгов у пиявки нет, а инстинкты работают как надо.

Почувствовав мой Поток, пущенный через щупальце, она «вспомнила», кто ее сюда затащил. И это воспоминание – единственная преграда между ней и бесконечным пиршеством. Сама по себе эфирная пиявка не имеет ни тела, ни массы, зато как только начинает жрать, сразу разрастается. И аппетит увеличивается пропорционально.

То есть сегодня она бы сожрала стражу, что пришла ее выкуривать, а завтра в город пришла бы хтоническая тварь размером с приличный дом. А через неделю в таком темпе монстра можно будет спокойно разглядывать из космоса. Собственно, это станет самым безопасным ракурсом на планете.

– Хватит пялиться. Скидывай, что нажрала. Быстро.

Тварь завибрировала, проявляя недовольство. Волна Потока разлетелась во все стороны от меня, и монстр тут же сжался.

– Не заставляй меня действовать по-плохому.

В следующий миг монстр начал «таять» буквально на глазах. Страх победил, и я выдохнул. Тварь скидывает массу, а плоть для эфирной пиявки – самая ценная добыча. Впрочем, при первой нашей встрече она вообще пыталась убить себя, потому можно сказать, что исход был предсказуем. Да, если кто спросит, я именно так и скажу. Как только научусь врать.

– Еще, – подгонял я. – Еще давай, побыстрее.

Чем меньше становилась пиявка, тем увереннее я командовал. Когда я смог разглядеть вокруг себя камень пещеры, а не только извивающийся клубок щупалец, то стал совсем спокоен. Теперь я даже со своими нынешними силами смогу с ней потягаться. Но лучше до этого не доводить.

Однако чем дальше шел процесс, тем медленнее он становился. Чем меньше у пиявки оставалось плоти, тем неохотнее она с ней расставалась. Похоже, довести ее обратно до эфирного состояния я не смогу. Все-таки память у нее короткая, а освежить ее сейчас нечем.

– Все, надоело, – произнес я сурово. – Брысь обратно. Проваливай, откуда появилась. Это приказ.

Пиявка булькнула, а затем под ней появилась какая-то темная лужа, куда в один момент провалилась вся оставшаяся масса. Я уж было обрадовался, что получилось, но буй там плавал, как говорит Левша. Не знаю, при чем тут буй, но тварь не смогла вырваться из запечатанного мира – вместо этого застряла в подпространстве, которое еще называют изнанкой.