Дмитрий Пучков – Ледовый поход Балтийского флота. Кораблекрушение в море революции (страница 4)

Старший лейтенант дореволюционного флота и известный специалист в области морской артиллерии в советское время Георгий Николаевич Четверухин (1887–1942)[60] также лично знал А. М. Щастного и зафиксировал в своих записках важные разговоры с сослуживцами о событиях 1918 г.

Чрезвычайно ценную информацию несут дневник влиятельного офицера штаба Балтийского флота капитана 1 ранга Ивана Ивановича Ренгартена (1883–1920), а также переписка контр-адмиралов Александра Владимировича Развозова (1879–1920), князя Михаила Борисовича Черкасского (1882–1919) и Георгия (Юрия) Карловича Старка (1878–1950).

Важным и сравнительно мало используемым историческим источником о событиях 1918 г. являются газеты. В мае-июне в Советской России еще выходили газеты широкого политического спектра. Официальным органом ВЦИК были «Известия», официальными газетами РКП(б) являлись «Правда» и «Петроградская правда». Взгляды меньшевиков, «советской оппозиции», представляла «Новая жизнь», в которой впервые были опубликованы «Несвоевременные мысли» ее главного редактора М. Горького. Название газеты «Анархия» говорило само за себя. Продолжали выходить откровенно антисоветские газеты. Интересы торгово-промышленных кругов выражала «Заря России» (до весны 1918 г. – «Утро России»), орган Партии прогрессистов, издававшаяся Павлом Павловичем Рябушинским (1871–1924). К октябристам была близка петроградская газета «Вечернее слово». В частности, заметка об убийстве Моисея Марковича Володарского (1891–1918) называлась «Демагог»[61]. Были и газеты, лишенные определенного политического лица, такие как «Петроградское эхо». Отметим, что если «Правда» пренебрегала репортажем, уделяя основное внимание политическим вопросам, то такие газеты, как «Новая жизнь» или «Петроградское эхо», подробно описывали повседневные события. Опираясь на эти и другие источники, мы впервые ставим задачу научного изучения политической биографии А. М. Щастного.

Даты до 1(14) февраля 1918 г. даются по старому стилю, после этой даты – по новому. Термины «начальник морских сил Балтийского моря» (наморси) и командующий Балтийским флотом (комфлот) в делопроизводстве 1918 г. использовались как синонимы. Термин «корабль» применялся к боевым кораблям 1–2 ранга, тогда как вообще все боевые корабли именовались «судами».

Глава 1

Жизнь до политики

Отец А. М. Щастного – Михаил Михайлович (1846–1918) – происходил из казацкой старшины, которая была записана в дворянство при Екатерине II. Он родился в Житомире, окончил гимназию и Михайловское артиллерийское училище в Петербурге. Принимал участие в русско-турецкой войне 1877–1878 гг., осаждал Плевну, был награжден орденами Св. Станислава 2-й степени с мечами и Св. Анны 2-й степени с мечами[62]. Занимал ряд должностей в Киевском военном округе: правителя дел Киевского окружного артиллерийского управления, начальника Киевского окружного артиллерийского склада, помощника начальника артиллерии Киевского военного округа. С 1908 г. в отставке в чине генерал-лейтенанта. Семья жила в родовой усадьбе в Житомире, которая принадлежала еще деду М. М. Щастного[63], где он и родился. Там же родились и его дети.

Щастные принадлежали к гербу «Трубы», что было подтверждено решением Волынского дворянского депутатского собрания[64]. Следует пояснить, что в Речи Посполитой в позднем Средневековье сложилась традиция, когда несколько десятков (а иногда и сотен) дворянских семей пользовались одним гербом. Самих гербов было не так много, и каждый из них имеет собственное название. Герб «Трубы» представлял собой три охотничьих рога, расположенных в виде крюкового креста.

Для своей семьи М. М. Щастный построил каменный одноэтажный дом, а в 90-х гг. XIX в. – двухэтажный с цокольным этажом на 14 осей, сохранившийся до наших дней (современный адрес: Житомир, ул. Д. Донцова, д. 20) и считающийся памятником архитектуры[65]. В достройке этого дома отцу помогал деньгами старший сын Алексей – он передал на это 15 тыс. руб. в 1911 г., а отец подарил сыну примерно четвертую часть усадьбы в 500 кв. саж. (2268 м²)[66].

В апреле 1879 г. М. М. Щастный женился на Александре Константиновне (1851 – после 1918), дочери генерал-майора Константина Николаевича Дубленко. В этом браке родились сыновья Алексей (4 октября 1881 – 22 июня 1918), Александр (5 ноября 1883 – после июня 1918), Николай (17 ноября 1888 – до октября 1915), Георгий (8 мая 1896 – после августа 1915) и дочери: Анна (1880–1941), Мария (? – до октября 1915) и Екатерина (? – после июня 1918). Е. Н. Шошков, который глубже других исследователей разобрался в генеалогии А. М. Щастного, считал, что у него не было сестер. Его ввела в заблуждение выписка из послужного списка М. М. Щастного, копию с которой ему предоставили работники Житомирского государственного областного архива[67]. В этой выписке действительно есть сведения лишь о трех старших сыновьях М. М. Щастного. Но следует иметь в виду, что выписка сделана по сокращенному формуляру и небрежно – так, например, в ней указано, что за М. М. Щастным не числится никакой родовой или благоприобретенной недвижимости, хотя он точно был владельцем усадьбы в Житомире.

Михаил Михайлович Щастный умер 5 мая 1918 г. от разрыва сердца и похоронен 7 мая на Вильском (Русском) кладбище в Житомире.

Брат А. М. Щастного Георгий во время Первой мировой войны поступил вольноопределяющимся в 232-й Радомысльский пехотный полк 58-й пехотной дивизии. Второочередной Радомысльский полк развертывался на основе 20-го Галицкого пехотного полка 5-й пехотной дивизии, квартировавшего в Житомире (хутор Врангелевка, ныне микрорайон Богуния)[68]. Вполне понятно, что Г. М. Щастный поступил в один из ближайших к дому полков вскоре после объявления войны. Он был произведен в ефрейторы, попал в немецкий плен в августе 1915 г. в крепости Новогеоргиевск, содержался в лагере в городе Лимбург-ан-дер-Лан (ныне земля Гессен, Германия)[69]. Дальнейшая его судьба неизвестна.

Другой брат, Николай, учился в 1902–1903 гг. в 4-м классе Полтавского кадетского корпуса[70]. Других сведений о нем у нас нет.

В семье А. М. Щастного кипели нешуточные страсти. Сестра Анна обладала данными оперной певицы, но по совету брата отправилась учиться в Монпелье (Франция) на медицинский факультет[71]. Вероятнее всего, этим братом был Алексей. Напомним, что до открытия в 1897 г. Женского медицинского института в Петербурге женщинам в России высшее медицинское образование было недоступно. Анна училась на врача, но посещала и занятия пением. Там она встретила студента Московской консерватории Илью Александровича Сада (1875–1912), женой которого стала в 1903 г. Сад был евреем, к тому же состоял под надзором полиции за революционную деятельность, поэтому семья Щастных отвергла дочь и порвала с ней связь. Согласно семейной легенде, М. М. Щастный написал Анне: «Я не для того прожил такую долгую жизнь, чтобы отдать любимую дочку еврею, да еще, как говорят, по матери с цыганскими кровями»[72].

На суде над А. М. Щастным присутствовала его сестра. Газета «Вечернее слово» писала, что после оглашения приговора «в рядах для публики раздается женский истерический крик. Это сестра Щастного. Сам Щастный совершенно спокоен. Спокойно обернувшись, он говорит сестре, указывая на дверь: “Выйди, там мы с тобой поговорим”»[73]. Скорее всего, это была Анна. Тем не менее А. М. Щастный не упомянул ее в своем последнем завещании.

А. М. Сац выступала как камерная певица и умерла в Москве[74]. Ее старшая дочь Наталья Ильинична Сац (1903–1993) стала первой в мире женщиной – оперным режиссером, Героем Социалистического Труда, основательницей московского Детского театра (ныне Российский академический Молодёжный театр), автором мемуаров[75]. Младшая дочь – Нина Ильинична Сац (1904–1924), поэтесса[76], была убита при невыясненных обстоятельствах в Евпатории. Возможно, она являлась подругой известного авантюриста Я. Г. Блюмкина, исполнителя убийства германского посла в Москве графа В. фон Мирбаха, позднее сотрудника ВЧК-ОГПУ, расстрелянного за связь с Л. Д. Троцким.

О других братьях и сестрах А. М. Щастного у нас сведений нет.

В 1892 г. Алексея Щастного отдали во Владимирский Киевский кадетский корпус, где он проучился четыре года. В сентябре 1896 г. он поступил в средний общий класс Морского кадетского корпуса (далее МК)[77]. Одноклассники Щастного уже проучились в корпусе один год. Зачисление в один из старших классов МК было редким, но не исключительным случаем – таким образом восполняли убыль отчисленных по разным причинам воспитанников. По существовавшим тогда правилам, абсолютное преимущество при поступлении в МК имели дети строевых флотских офицеров. Поскольку предки Щастного во флоте не служили, он был принят благодаря отличным успехам в учебе в Киевском корпусе и хорошо сданным экзаменам (средний балл 10,9 из 12).

В мае-августе 1897 г. А. М. Щастный совершил свое первое плавание на учебном судне «Моряк». Затем он плавал на крейсере «Князь Пожарский» (в 1898 и 1899 гг.), на крейсере «Вестник» и учебном судне «Верный» (в 1900 г.).

6 мая 1901 г. А. М. Щастный был произведен в мичманы, будучи вторым по успеваемости в своем выпуске (из 107 человек) с награждением премией адмирала Рикорда в 300 рублей. Этот выпуск был юбилейным, поскольку МК отсчитывал свою историю от момента основания Навигацкой школы в 1701 г. Поэтому обучавшиеся в 1901 г. в трех старших классах МК, а также все служившие в нем офицеры и чиновники получили нагрудный знак в память о 200-летии корпуса, тогда как нагрудный знак для обычных выпусков был введен лишь в 1910 г. Право на этот знак задним числом получили все выпускники прежних лет.