Дмитрий Пшеничников – Убить зверя (страница 2)
В этом единственном доме поселили семью кузнеца, точнее, то, что от нее осталось – самого кузнеца и сына. Жена с двумя дочерями уехали куда-то на юга. Кузнец Сталет любил прикладываться к бутылке, а пьяным был буйн, поэтому и потерял семью. Но кузнецом он был от бога, как и его отец, давший ему такое странное имя. Поговаривают, что Сталет – производная от Сталина, Ленина, Троцкого. Сталет Васильевич был безотказным и работающим мужиком. Колхоз не покупал на стороне ни гвозди, ни скобы, ни подковы. Всё, что было сделано из железа в деревне было создано руками кузнеца Сталета. Даже трактора, машины, не говоря уже о косилках, плугах и веялках имели половину своих деталей, вышедших из-под кузнечного молота. Поэтому Сталет Васильевич и получил первым квартиру в новом кирпичном доме. Колхоз голосовал единогласно.
Сын Сталета Василий был среднего роста стройный пацан, учиться особо не хотел, всё своё детство пропадал в колхозной кузне. В числе отстающих не был, но и в активистах тоже. Тяжёлая физическая работа сделала свое дело, в армию Василия взяли в морскую пехоту. Все деревенские девчонки были без ума от него. Он не бегал от них, но любви ни разу не испытывал. После армии Василий вернулся в родной дом и устроился помощником кузнеца. Через три месяца ему пришлось занять место кузнеца. Отец Василия никогда не жаловался на здоровье, у него в местной поликлинике не было даже медицинской карточки. И на кашель сперва не обратил внимания, просто стал пить самогонку с перцем, но кашель не проходил, и через месяц Сталет Васильевич уже с трудом держал молоток-ручник. Он сгорел за 62 дня, как мотылёк, прилетевший на пламя свечи. Сын даже понять ничего не успел, есть отец, и вот, его уже нету.
Василий Сталетович по мастерству нисколько не уступал своему отцу, но художественный дар ему был дан свыше. Жалко, что с развалом коллективного хозяйства его ремесло становилось всё более и более не нужным. Он никогда не жаловался на бедность и нужду, в огороде у него был полный порядок, и в продуктах он не нуждался. Но надо было еще платить за квартиру, свет и тепло. Соседом по двухквартирному дому был колхозный завхоз, теперь уже бывший, но мгновенно разбогатевший при развале колхоза, он предложил кузнецу продать вторую половину дома ему. Василий Так и сделал. На вырученные деньги купил стройматериалы и перебрался за лес от деревни, построил дом и кузню. Инструменты, меха, металлические заготовки забрал из заброшенной колхозной кузни. Оставшийся там кокс тоже постепенно перенёс к себе в кузницу. Но теперь его умение мало кого интересовало. Ни гвозди. Ни шестерни были никому не нужны. Василий так и жил за лесом один. И если бы его спросили: как так получилось, что он живёт один, без семьи, он бы не ответил на этот вопрос.
Деревня пустела, и главная площадь перестала быть основным культурным центром. Клуб закрылся, магазин закрылся, рядом поставили киоск с пивом и жвачками, а хлеб и остальные продукты стали привозными автолавкой, которая ходила раз в неделю, да и то нерегулярно. К киоску подъезжали на Крузаках за пивом, кока-колой нувориши, начавшие строить дачи на заброшенных колхозных полях. К Крузакам добавились КАМАЗы и трехосные китайцы, привозившие песок, стройматериалы и землю. Некогда пешеходная центральная площадь превратилась в сплошное месиво и постоянную лужу. По началу местные жители через грязь прокладывали временные тротуары из наброшенных досок, но потом и они перестали бороться с буржуазными реалиями.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.