Дмитрий Павлов – Русско-японская война 1904–1905 гг. Секретные операции на суше и на море (страница 89)
На покрытие расходов по розыску мне разрешен Департаментом полиции аванс в размере 500 руб. Со времени учреждения Отделения, как Ваше превосходительство изволите усмотреть из представленных и ныне представляемых оправдательных документов, мною израсходовано:
Возмещенные мне 1 сентября 483 руб. 05 коп. и подлежащие ныне возмещению:
На расходы по фотографированию 254 руб. 16 коп.
По розыску известной Вашему превосходительству брошюры 327 руб. 40 коп.
Остальные агентурные расходы 524 руб. 39 коп.
Итого: 1 589 руб.
В июле мне был выдан аванс в 500 руб. и 1 сентября возмещены 483 руб. 05 коп., а всего выдано Департаментом полиции 983 руб. 05 коп., следовательно, передержано 605 руб. 95 коп., которые я израсходовал из личных моих средств. Докладывая об изложенном, имею честь просить Ваше превосходительство не отказать в распоряжении о возмещении мне означенной передержки в 605 руб. 95 коп. и об ассигновании нового аванса. Кроме того, имею честь испрашивать указаний Вашего превосходительства относительно выдачи ежемесячного жалованья агентам, поименованным в прилагаемом при сем списке. К сему считаю долгом присовокупить, что, как я уже имел честь лично докладывать Вашему превосходительству, китайский и шведский шифры приобретены благодаря содействию трех агентов, ввиду чего было [бы] крайне желательным, для пользы дела, выдать как этим трем агентам, так и чиновнику Департамента полиции Звереву, занимающемуся в ночное время сфотографированием означенных шифров, вознаграждение в размере 100 руб. каждому, а всего 400 рублей.
Список агентов и размер получаемого ими ежемесячного жалованья
В Великобританском посольстве (псевдоним «Велосипедист») – 125 р.
В Китайском посольстве («Форточка») – 75 р.
В посольстве Северо-Американских Соединенных Штатов («Римский») – 100 р.
В Шведско-Норвежском посольстве («Иосифов») – 75 р.
Розенберг – 100 р.
По наблюдению за гостиницами – 80 р.
По наблюдению за Маршалем («Адамов») – 30 р.
Дзуцов («Кавказец») – 50 р.
По наблюдению за шведским морским атташе Крааком («Англичанин») – 30 р.
Петербург, сентябрь 1904 г.
Совершенно секретно
Милостивый государь Андрей Андреевич.
Ввиду полученных указаний, что Вена, Стокгольм и Антверпен являются центрами военно-разведочных организаций японского правительства, было признано полезным учредить в означенных городах наблюдение, для чего было сделано сношение с начальником французского Разведочного бюро, который ныне сообщил, что, по его мнению, наблюдения эти вызовут следующие ежемесячные расходы:
Кроме того, на непредвиденные расходы необходимо отпускать на каждый наблюдательный пункт ежемесячно по 300 франков, итого 900 франков. Следовательно, учреждение означенных пунктов вызовет расход в размере 5550 франков в месяц.
Для организации наблюдения и для руководящих указаний на месте будет командирован чиновник особых поручений при министре внутренних дел Мануйлов, который совершит поездку совместно с одним из чинов Разведочного бюро, что вызовет единовременный расход в размере приблизительно 8000 франков.
Сообщая об изложенном в дополнение к письму от 31 минувшего августа за № 10079, имею честь просить Ваше превосходительство не отказать в распоряжении об ассигновании этих сумм и о последующем почтить меня уведомлением. При этом имею честь присовокупить, что впредь во избежание задержки в выдаче означенных денег таковые будут выдаваться из сумм Департамента полиции и о размере их я буду иметь честь уведомлять для возмещения расходов Морским министерством ввиду сообщенного в письме Вашего превосходительства от 3 сего сентября за № 4278 согласия по сему предмету.
Примите уверения в совершенном моем почтении и преданности.
В ответ на Ваше письмо от 19-го августа не могу сказать, в каком положении дело в настоящую минуту, так как мы не могли до сих пор получить о нем нужные сведения. Мы имеем людей, расположенных в разных местах, которые должны нам сообщать о всех движениях и по возможности препятствовать им. В официальных кругах говорят, что эскадра, которая должна идти на выручку, выйдет в море в этом месяце; поэтому мы приняли все меры, чтобы помешать этому. Конечно, Ваше превосходительство понимаете, что мы должны быть очень осторожны, чтобы не возбудить подозрений неприятеля и других наций. Во всяком случае все, что возможно будет сделать, будет испробовано.
Как Вашему превосходительству известно, здесь прошел из русских официальных источников слух, что Балтийская эскадра идет на Восток около 20-го будущего месяца. В этом случае я Вас прошу употребить все способы, которые могли бы воспрепятствовать ходу эскадры. Всевозможные препятствия должны быть поставлены на пути, несмотря на риск жизнью наших служащих. Не обращая внимания ни на какую цену, средство может и должно быть доставлено и ничто я не считаю слишком дорогим. Если слух верен, с эскадрой идут несколько меньших судов с необходимыми припасами, которые также должны быть уничтожены, но главное внимание должно сосредоточить на эскадре. Там, я уверен, 6 броненосцев, коим и должны быть поставлены главные препятствия. Обдумайте способ постановки мин на пути, причем это нужно сделать с возможной конспиративностью. От секретного исполнения зависит успех. Не ошибитесь в этом.
Милостивый государь граф Владимир Николаевич.
Здесь произошел на днях следующий инцидент, вызвавший много толков как в местной, так и отчасти в заграничной печати: датские полицейские власти обратили внимание на японского туриста, объезжавшего расположенные по берегам Большого Бельта портовые города и выдававшего себя за инженера. В Скагене, у северной оконечности Ютландии местный полицеймейстер пригласил его для объяснений в полицейское управление, где обнаружилось, что это был японский морской агент в Берлине капитан Такикава. Одновременно с этим в Скагене же было замечено подозрительное лицо, пытавшееся устроить на морском берегу ночную сигнализацию с помощью цветных фонарей. Лицо это, оказавшееся отставным капитаном немецкого торгового флота, имело сношения с капитаном Такикава, который в свою очередь сносился с японской миссией в Берлине шифрованными телеграммами. Тотчас после объяснений с полицией капитан Такикава и его сообщник уехали обратно в Германию. Все это тотчас же сделалось достоянием газетных репортеров и в датской печати появились сенсационные рассказы об «аресте» японского офицера. Радикальные органы воспользовались этим, чтобы выступить против правительства с обвинением в угодливости перед Россией и в нарушении в нашу пользу принципа нейтралитета, указывая на беспрепятственную деятельность в пределах Дании русских тайных агентов и на появление у берегов Дании нескольких пароходов, зафрахтованных русским правительством для разведочной службы. Датское правительство сочло нужным разъяснить в официальном сообщении, что датские власти обязаны внимательно следить за всякими подозрительными проявлениями деятельности агентов воюющих сторон во избежание нарушения датского нейтралитета. Что касается капитана Такикава, то он сам навлек на себя случившуюся с ним неприятность, скрыв свое официальное положение, но что, впрочем, он отнюдь не подвергся ни аресту, ни вообще какому-либо излишнему стеснению. Наконец, что устройство иностранными агентами сигнализации на датском побережье ни в каком случае не может быть допущено.
При свидании со мною г-н Дейнтцер сказал мне, что до сих пор он не получил от японского правительства никакого запроса по настоящему делу.
Ввиду поднятого радикальными газетами шума по поводу разоблачений об организованном нами здесь, под руководством коллежского советника Гартинга, тайном надзоре, г-н Дейнтцер счел нужным объяснить в частном собрании членам большинства ригсдага причины, в силу которых он нашел возможным не только не препятствовать, но даже способствовать этому надзору. Весьма возможно, что радикальная фракция фолькетинга сделает ему по этому поводу запрос, на который он намерен отвечать в шутливом тоне.
В заключение я должен еще раз отметить готовность, с которою как г-н Дейнтцер, так и другие члены кабинета, в особенности же Морской министр вице-адмирал Иёнке, способствуют всему, что может оградить безопасность нашей 2-й эскадры при проходе ее через датские воды, причем они действительно весьма широко толкуют в нашу пользу изданные Данией Правила о нейтралитете.
С глубоким почтением и таковой же преданностью имею честь быть, милостивый государь, Вашего сиятельства покорнейшим слугою.
Милостивый государь Матвей Матвеевич.
Пользуясь присутствием бывшего здесь проездом дипломатического агента в Каире ДСС Максимова, я обсудил в совещании вопрос о мерах, которые желательно было бы осуществить в Суэцком канале для охраны следования судов 2-й эскадры. Наметив ряд мероприятий, о которых г. Максимов войдет в сношение с египетским правительством официально, совещание в то же время признало желательным воспользоваться предложением Департамента полиции послать своих людей в разные пункты Канала и окрестностей. Общую организацию своей охраны Департамент полиции полагает подчинить отставному капитану французского военного флота г-ну Луару, хорошо известному и в России за весьма опытного, порядочного и заслуживающего полного доверия человека. Г-н Луар будет находиться в Каире и получать указания непосредственно от г. Максимова. Агенты его, по двое и по трое, будут размещены в Каире, Александрии, П[орт]-Саиде, Измаилии и Суэце. Таким образом, весь северный район будет вверен их охране.