Дмитрий Парсиев – Корпорация попаданцев 3 (страница 30)

Возможно, эти рептилоиды — любимчики Хоря, раз он позволил им здесь поселиться под божественной защитой, а, возможно, просто так получилось. Рептилоидам повезло, а неандертальцам — не очень.

Соплеменники главшланга косились на нас недобро, как умели выражали неодобрение нашему здесь присутствию, но этим и ограничивались. Попыток напасть не предпринимали. Мы зашли в храм беспрепятственно.

На центральном алтаре, ожидаемо, возвышалась статуя Хоря. А вот чего я не ожидал, так это валяющейся на полу обезглавленной статуи другого бога. Поскольку голова валялась тут же недалеко, я присел перед ней на корточки и рассмотрел.

— Смотри, Кать, обезглавленный бог был явным рептилоидом.

— Видимо, Хорь его сместил и поставил себя любимого.

— Я его не смещал, — Хорь проявился в храме возле собственной статуи.

— Ой, напугалась, — не ожидавшая появления бога, Катя вздрогнула.

— Совершенно незачем пугаться, — раздражённо заметил Хорь, — Боги способны материализоваться в своих храмах. А этот храм, как видите, мой.

— А что случилось с этим богом? — я кивнул в сторону валяющейся статуи рептилоида.

— Его звали Ящ, — Хорь усмехнулся, — Он проиграл сражение в схватке с другим богом. И потерял все. Так бывает.

— И что? Он умер?

— Боги не умирают, — пафосно пояснил Хорь, — Боги теряют силу. Ящ проиграл и был низвергнут, оставив после себя немалое наследие.

— То есть, вы его наследник? — удивилась Катя.

— Я похож на наследника рептилоида? — вскинулся Хорь, — Нет, конечно. Я просто прибрал то, что стало бесхозным. Этот храм теперь мой.

— Понятно.

— Раз теперь вам все понятно, — Хорь язвительно хмыкнул, — Тогда перейдем к делу. Жду обещанный платеж.

Мне было любопытно, зачем богу кворки, но спрашивать не стал. Этот Хорь раздражается по любому поводу.

— Как сделать перевод?

— Прикоснись к алтарю, — ответил Хорь, — У тебя откроется интерфейс.

Я сделал, как велел Хорь. И в самом деле, перед внутренним взором всплыло меню храмового интерфейса. Я перевел на бога сумму, за вычетом подоходного налога гильдии.

— Молодец, — Хорь снизошел до похвалы, — Продолжайте в том же духе.

Вредный бог опять исчез, оставив нас с Катей в храме одних.

Глава 23

Когда мы вышли из храма, увидели, что недалеко от храмовой площади собралась рептилоидная возбужденная толпа. Судя по всему, вожак раздавал соплеменникам выменянное у нас оружие, но на всех оружия не хватало. Нормальные дикари, наверное, при таких обстоятельствах кричали бы и ругались, а эти шипели и плевались. Что тут скажешь, змеиное отродье.

Заметив нас, главшланг обличительно ткнул пальцем в нашу сторону.

— Мало оруж-шия! — прошипел он, — Еще оруж-шие!

— Вы прям неумные какие-то, — посетовал я, — Я принесу вам много оружия, за мной не заржавеет. Только не забывай про обмен. Макр — оружие, оружие — макр. Андестенд или не андестенд? Что ты буркалы вылупил, символ фаллический? Макры гони!

— Дадим макры… сейчас покажем, — горячим шипением пообещал главшланг и добавил, обращаясь уже к своим, — Покажем! Макры! Макры покажем…

Отоваренные мечами и копьями рептилоиды дружно ломанулись к границе, отделяющей безопасную зону. Не выходя за эту границу, они начали издавать жутковатые свистяще-шипящие звуки. На эти звуки, словно на зов манка, потянулись разнокалиберные динозавры.

— Это они так подманивают динозавров, — догадалась Катя.

— Ага. Ловко устроились. Им даже не нужно выходить из безопасной зоны. Валят динозавриков из-за храмового невидимого барьера. Одно плохо. Шкуры у динозавров толстые, а оружие — полное дерьмо. Быстро тупится и ломается.

— Еще бы оно не тупилось, — согласилась Катя, — Они убивают динозавров одного за другим.

Динозавры не могли не только переступить невидимую черту, но даже сунуть за нее зубастую морду, чем рептилоиды ловко пользовались, насовывая в звериные тела мечи и копья.

— Я это вижу. И не понимаю, зачем им столько убитых динозавров?… эй, главшланг! — крикнул я вожаку, — Зачем вам столько мяса? Вы же не съедите.

— Возьмем макры, — ответил главный.

— И все? Вы тупите оружие ради макров, чтобы снова обменять их на оружие? Это ж какая-то дурная бесконечность.

— Нужно много оруж-шия, — упрямо повторил вожак, — Мы пойдём в поход.

— Да вы целеустремленные парни. И на кого вы пойдете в поход?

— Ш-шерстяной бог из храма велел разбить шерстяных людей. За это он подарит нам удачу.

— Шерстяной бог из храма — это, я так понимаю, Хорь, — негромко поделилась со мной догадкой Катя.

— Угу, — так же негромко согласился я, — А шерстяные люди — это неандертальцы. Видимо, Хорь решил устроить войнушку между племенами.

— Зачем ему это?

— Очевидно, чтобы выявить сильнейшего, — ответил я и снова громко обратился к главшлангу, — Слушай, я смотрю, у вас тут везде разбросано затупленное, поломанное оружие.

— Оно бесполезно, — безапелляционно заявил главный.

— Тогда мы его заберем. А то Шерстяной бог огорчиться, что вы поломали его оружие.

— Шерстяной бог будет гневаться? — струхнул главшланг.

— Еще как будет. А ну-ка, свистни своих молодцов. Пусть притащат ко мне все обломки.

Вожак быстро организовал внеплановый субботник по уборке территории. Часть рептилоидов была отозвана от вырезания макров с убиенных динозавров, они притащили к гравикару все обломки, благо, далеко за пределы поселения выходить не пришлось. Почти все сломанное оружие валялось в пределах безопасной зоны. Обломков набралось много, едва упихал все это в гравикар.

— Неси хорошее оружие, — напутствовал меня главный, когда мы с Катей садились в гравикар, — Когда вернешься, у меня будет много макров.

Я согласно кивнул. С такими тепличными условиями охоты сомневаться не приходится.

— Макс, зачем тебе этот металлолом? — спросила Катя, когда мы покинули поселение.

— Думаю, Хорь не сочтет бесплатную передачу обломков за нарушение договора.

— Какого договора?

— Ну, мы договорились с Хорем, что действуем строго в рамках озвученной им схемы. Мы обмениваем у неандертальцев макры на оружие. А это просто обломки.

— Ты хочешь отдать этот хлам другому племени?

— Это для нас хлам. А для них это продукт недостижимых технологий. Им пригодится.

— Боюсь, Хорь все равно не одобрит.

— Если не одобрит, мы больше так делать не будем, — заверил я Катю, прекрасно понимая, что Хорь еще как не одобрит. Что возможно, он сейчас подслушивает и бесится от злости, потому что материализоваться здесь и высказать все, что думает по этому поводу, не может.

Мы не покинули мир полосатых макров, а отправились к неандертальцам по гребню горы, опоясывающему долину. По пути успели поглазеть на многообразие динозавров, успевающих мутировать чуть не на глазах после каждого успешного сражения. А динозавры здесь дрались непрерывно. Здесь все рождалось, росло, сражалось и умирало в сверх ускоренном режиме.

Растения так вообще отрастали на глазах. Вот только прошлось стадо травоядных, не оставив ни единого ростка, а уже тянутся из земли новые ростки, побеги, стебельки, всходы и прочая поросль. Папоротники уже раскрывают свежие зеленые листья. Новая волна травоядных уже принюхивается и подползает. А за травоядными наступают хищники всех мастей, успевающие схлёстываться друг с другом за кормовую базу.

Летающие родственники птеродактилей заинтересованно посматривали на нашего Уголька, скачущего по гребню и тянущего мыльницу гравикара, но нападать на странное «двойное» существо не решались.

Остановив транспортное средство на той же полянке перед замаскированным входом в пещеру, деликатно подождали, когда «бдящий у входа» сгоняет за вожаком неандертальцев. Все-таки верно говорят, что все познается в сравнении. Еще вчера неандертальский босс казался грубым, неотесанным и плохо воспитанным. Но после общения с главшлангом, он стал восприниматься душкой. Очень располагающим к себе, предупредительным, высококультурным бородачом.

— Рано приехали, — сообщил вышедший к нам вожак и поскреб грязным ногтем заросшее пузо, — Макров еще нет.

— Сегодня мы с благотворительным визитом, — ответил я, открывая заднюю дверь гравикара, — Принимай добро.

— Макров нет, — повторил вожак, скептически осмотрев груду ломаного вооружения.