Дмитрий Пархомов – Хроники Последней Эпохи: Шесть книг о молчании Бога (страница 12)
– Потому что солнце устало и решило не светить по-настоящему.
Джонни кивнул.
Анна прижала сына сильнее. Губы сжались в тонкую линию.
Роман вдруг поднял руку – кулак. Все замерли.
Впереди на асфальте – свежие капли крови. Редкие, но яркие. Ведут влево, к разрушенному магазину.
Роман повернулся к группе.
– Кто-то прошёл недавно. Может, раненый. Может, охотник.
Харрис наклонился, коснулся одной капли. Кровь ещё не засохла полностью.
– Свежая.
Деметрий посмотрел в сторону следов.
– Идём прямо. Не сворачиваем.
Они обошли перекрёсток широко. Следы остались слева – как предупреждение.
Bitok оглянулся один раз – на тело у подвала, на игрушку, на капли крови.
Шёпот вернулся – мягче:
«Первая кровь. Не твоя. Пока. Но скоро».
Он сжал кулак в кармане.
– Нет, – сказал одними губами.
Баррикада
Они шли молча. Красное утро перешло в день, но свет не посветлел – только стал гуще. Улицы превратились в каньоны из бетона и металла: перевёрнутые машины, выбитые окна, свисающие провода.
Роман шёл первым. Он первым увидел баррикаду и поднял руку – кулак. Все остановились.
Впереди на перекрёстке – груда из трёх сожжённых грузовиков и двух автобусов, поставленных поперёк. Между ними – доски, шины, мебель и три тела. Двое мужчин, одна женщина. Пыль уже осела на них тонким красным слоем.
Роман присел и медленно повёл стволом револьвера.
– Кто-то стережёт. Вижу движение за автобусом. Двое, может трое.
Харрис опустился на колено рядом.
– Мой пикап – за той баррикадой. Синий. Если прорвёмся – заведём.
Анна прижала Джонни к груди. Мальчик дышал чаще.
Деметрий стоял чуть в стороне, нож в руке.
– Обхода нет. Слева завал, справа дом горит. Только прямо.
Bitok смотрел на баррикаду. Шёпот пришёл мгновенно – громко, как выстрел:
«Они ждут. Ты первый пойдёшь – и умрёшь. Они заберут мальчика. Заберут женщину. Останови. Здесь. Сейчас».
Bitok сжал зубы.
Роман повернулся к группе.
– Я иду первым. Деметрий – слева. Харрис – справа. Bitok прикрывает Анну и Джонни. Если начнут – стреляем без раздумий.
Джонни тихо шепнул:
– Дядя Bitok… держи маму.
Bitok кивнул.
– Держу.
Роман шагнул вперёд. Револьвер наготове.
За баррикадой раздался хриплый голос:
– Стойте! Кто такие?
Роман продолжал идти.
– Проходим. Не трогаем вас – вы не трогаете нас.
Смех. Злой.
– Всё трогаем. Особенно детей.
Выстрел. Пуля ударила в асфальт у ног Романа. Пыль взлетела красным фонтаном.
Роман упал на колено и выстрелил дважды. Крик. Тело упало за автобусом.
Деметрий рванулся влево. Короткий удар ножом. Хрип. Тишина.
Харрис бросился вправо. Удар канистрой. Хруст кости.
Третий выскочил из-за грузовика и прицелился в Анну.
Bitok шагнул вперёд, закрывая собой мать и сына.
Выстрел. Пуля прошла в плечо Bitok’а.
Он не упал. Продолжил идти.
Роман выстрелил – точно в грудь. Тело осело.
Тишина.
Пыль оседала медленно.
Анна стояла неподвижно. Джонни прижался лицом к её шее.
Bitok повернулся. Кровь текла по рукаву. Рана была сквозной.
Харрис подошёл, осмотрел.
– Пройдёт. Перевяжу.
Деметрий вернулся, вытер нож о штанину.
Роман кивнул в сторону пикапа.
– Он там.
Они пошли через баррикаду. Через тела.
Пыль поднялась снова – густая, красная.
Мара и Элли