Дмитрий Пальчиков – Узы ветра (страница 52)

Из нас троих Лана была тем, кто ближе всего сталкивался с ближним боем. Поэтому именно к ней я обратился за советом по поводу того, что стоит взять с собой на бой со стражем.

— Твоей сильной стороной является скорость. Поэтому никаких тяжёлых доспехов, сковывающих движения. Стёганая куртка или лёгкий кожаный доспех. Оружие бери только то, в котором уверен на все сто. Эрин учил тебя биться всем подряд, но сейчас это не годится. Подумай, что тебе ближе и с тем иди на бой. Ну и револьвер обязательно. Твои заряды дадут большое преимущество.

Упоминание о зарядах заставило грустно выдохнуть. После пожара в поместье и устроенного в лагере «Ублюдков» взрыва, пороха осталось всего ничего. От силы пол килограмма. А ресурсов, которые бы позволили заняться воспроизведением рецепта, нет и в ближайшее время не предвидится. Побродив по местным лавкам, а также столичным магазинам, я столкнулся с полным отсутствием нужных ингредиентов. На вопросы о потребном мне торговцы, как один лишь разводили руками. Был один ушлый с виду тип, предложивший достать с военных складов то, что мне нужно. Но, поразмыслив, я решил не связываться. Поэтому каждый патрон теперь на вес золота.

Я думал, что с доспехом мне сможет помочь кузнец, к которому я обратился с заказом на зажимы, но тот, выслушав мои требования, разочаровал меня отказом, но тут же обрадовал, дав полезный совет и даже указав направление, в котором мне следовало двигаться. В лавки кожевников, конечно же, которые находились в портовой части города.

Оббегав несколько мастерских, безбожно вонявших дубильными реагентами, я, наконец, нашёл то, что мне было нужно. Лёгкий доспех из кожи, сделанный из большого количества пластин, делающих хозяина этого чуда более подвижным, но менее защищённым. Это был единичный экземпляр, выполненный как эксперимент мастером-кожевником Дароном. Небольшого роста, практически квадратный дядька с рыжей бородой, суровым взглядом и огромными пудовыми кулаками, на поверку оказался добродушным и словоохотливым. Вначале я принял его за гнома, но в процессе разговора понял, что ошибся. Когда же я озвучил, что мне приглянулся выставленный на уличной витрине доспех, и я хотел бы его приобрести, Дарон воспылал ко мне чуть ли не родственными чувствами.

— Ты немного худоват, но размер мы подгоним, даже не переживай! — радостно вещал мастер-кожевник. — Есть какие-то пожелания? Я делал этот доспех по наитию, в качестве, так сказать, эксперимента. Не думал, что кому-то понравится.

— Есть одно, — посоветовавшись с Ланой, сказал я.

— Тогда не тяни кота за причинно-следственные связи! Говори! Всё сделаю в лучшем виде.

— Нужно немного увеличить защиту, не снижая подвижности либо снижая минимально. — озвучил я просьбу.

— Хм, — поскрёб бородатый подбородок Дарон, задумавшись, и через некоторое время сказал, — что если вот сюда, сюда и сюда, — тыкал он пальцами в определённые кожаные пластины, — установить пластины из тонкого металла. Пулю они, кончено, не остановят, но от скользящего удара защитят лучше, чем просто кожа. И веса добавит минимально.

— Доверяю вашему опыту, — кивнул я благосклонно. — Сколько мне будет стоить всё это?

— Семьсот пятьдесят золотых лотов, — озвучил кожевник итоговую сумму спустя пару минут, понадобившихся ему для расчётов, заставив меня поперхнуться воздухом.

— Сколько? — Возмутился я. Сумма была впечатляющая. Для сравнения, проживание в одной из самых престижных гостиниц Великого Грота, в которой мы остановились, стоило всего половину золотого лота в сутки.

После недолгих торгов удалось сбить цену на пятьдесят лотов. На большую скидку Дарон не соглашался, оперируя качеством затраченных материалов. Но я и не рассчитывал на большее. После одобрительного кивка Ланы мы с кожевником пожали друг-другу руки, закрепляя сделку и договорились о встрече к концу недели.

Глава 22

По прибытии мы встали небольшим лагерем в юго-западной части «поля абитуриентов». Именно так я обозвал это место. Вечер был теплым и лишь слегка ветреным, поэтому с постановкой палатки не возникло больших проблем. В три пары рук мы быстро возвели шатёр, выкопали небольшую яму под костер, а Бо’туар, на удивление оказавшийся неплохим кулинаром, принялся за готовку позднего ужина. Мне оставалось только перенести свои пожитки из Таракана в угол шатра. Послонявшись какое-то время без дела, я решил отправиться на осмотр места нашей будущей стоянки.

На поле переде замком, вытоптанном десятками, а то и сотнями тысяч ног до такого состояния, что ещё немного и можно будет назвать его асфальтированным, собралась огромная толпа народа. По моим примерным подсчётам, тысячи полторы, а то и две разношёрстной братии. Кого тут только не было. От самых последних бедняков, даже не одетых, а скорее завёрнутых в омерзительного вида тряпьё, сидевших или лежавших прямо на голой земле, до высшей элиты аристократии, разбившей шикарного вида шатры, образовывавшие небольшой городок ближе всего к теплому месту (в нашем случае – входу в замок), со снующими туда-сюда лакеями. Хватало здесь и среднего класса. Крестьяне, ремесленники и просто рабочий люд. Эти понаставили свои небольшие палатки в хаотичном порядке, без всякой системы.

У самых ворот виднелся отделенный ото всех шатёр с золотой вышивкой и развивающимся над крышей флагом с изображением белого ворона с красными глазами. Похоже, в этот год будет поступать кто-то из представителей правящих фамилий. Близко к шатру меня, естественно, не пустил патруль, в категоричной форме попросив поворачивать назад. Видок мой после суток пути был далек от элиты аристократии, да я и не рвался особо, решив погулять по окрестностям и осмотреться перед ужином.

Подметил интересный факт. Видимо, зная тенденцию к бесконтрольному временному поселению, то тут, то там я замечал личностей с загадочным видом высматривающих, чем бы поживиться, воспользовавшись всеобщим хаосом. Особо продвинутые представители воровского сословия пытались реализовать свои навыки у шатров аристократии. Или особо удачливые. Потому что другие, менее везучие, благоухали разложением в отхожей яме, выкопанной неподалёку от «Поля абитуриентов» с подветренной стороны. Но итак, запахи в воздухе витали восхитительно мерзкие.

Были тут так же личности, неподдающиеся никакой классификации. По одежде было невозможно с точностью отнести их к какому-либо классу или сословию. Неприметные юноши и девушки, которых, встретив в толпе, забудешь уже через секунду-другую. Трудно сказать, какие скрытые цели были у таких людей, но я почему-то больше всего симпатизировал именно им. Отчасти потому, что сам хотел бы слиться с толпой и максимально не отсвечивать. Смириться с собственным статусом до конца не получалось.

Всю эту разношёрстную толпу объединяло одно – желание попасть в магическое училище. Для аристократов это прежде всего статус. Усиление семьи по средствам наделённого способностями к оперированию магией чада означало возможность заключить более выгодный брачный союз. Поэтому и приезжают целыми делегациями. Если нерадивое чадо сам не в состоянии пройти вступительные испытания, будут попытки договориться. Деньгами, уговорами, даже угрозами. Всё зависит от упорства и наглости опозоренных родителей. Вернее, это они себе придумывают, что опозорены тем, что ребенок родился не таким, как им удобно. Радует тот факт, что в истории не было зафиксировано ни одного случая, когда ребенок не проходил испытания, а потом «неведомым» образом начинал обучение вместе со всеми. В училище попадут только те, кто должен попасть. Однако из года в год, как рассказывал Эрин, откуда-то берутся особо умные или наглые люди, пытающиеся найти подход к местным магам.

Селяне же, в свою очередь, собиравшие «всем миром» на обучение своих отпрысков, делали ставку на то, что по окончании обучения те вернутся и своими вновь приобретёнными способностями заставят урожайность бить мыслимые и немыслимые рекорды. Вот только меня терзают смутные сомненья по поводу такой молодёжи. Захотят ли они вернуться доживать свой век в деревенскую скуку и размеренность, после того, как почувствуют за собой силу и узнают все прелести городской жизни?

Бедняки здесь, судя по всему, в поисках шанса на выживание. Казенное питание и крыша над головой на ближайшие восемь лет – счастье по сравнению с тем, что у них есть сейчас.

Побродив еще какое-то время по округе, я уже было собрался возвращаться в свой шатер, но тут взгляд зацепился за нечто, выбивающееся из общей картины. Я не сразу понял, что именно меня смутило. Только внимательней присмотревшись к окружавшим меня палаткам и шатрам, я понял: особняком стояли два шатра причудливой формы. Один темно-фиолетового цвета, выполненный из шелковой ткани с отделкой из черного бархата. Второй из твердой, даже на вид, почти каменной, неизвестной мне материи. С рублеными гранями. Словно небольшой замок. Оба шатра были явно не людского исполнения. Над их крышами развивались флаги с неизвестными мне гербами. У фиолетового свернувшаяся кольцами змея, у «каменного» двулезвийный топор (или секира), перекрещенная с киркой. Я хоть и не сильно корпел над свитками с геральдикой, но точно помню – у людей не было таких символов. Это были представители тёмных эльфов и гномов. И это было очень и очень странно. Во-первых, тёмные эльфы. Насколько мне известно среди людей представителей этой расы очень и очень мало, а тут, похоже, целое семейство пожаловало. И, судя по роскоши отделки, далеко не бедствующее и бесправное, как подавляющее большинство нелюдей Торма. Во-вторых, гномы. Как кому-то из коротышек могла прийти в голову мысль о поступлении в училище, которое они же в своё время пытались взять штурмом? Очень интересно, как отреагирует артефакт замок на такого гостя.