Дмитрий Орлов – Братья (страница 10)

Будем рвать земную твердь.

Нам надоел его отец,

Мы рады, что ему конец.

Теперь у Джеку, наконец,

Появиться на шее рубец.

И вступает в тронный зал —

В руке окровавленный кинжал.

Зато теперь он показал,

Что сам победу одержал.

Родрика смутило невозмутимое лицо Давида. На его глазах на всю округу высмеяли тайный заговор, а ему и дела нет. Родрик засомневался и все-таки решил удостовериться, спросив у брата.

— Это ты им рассказал? — надеясь на отрицательный ответ, пробормотал Родрик.

— А что скрывать? Тут есть люди с замыслами похуже, — аплодируя музыкантам, радостно ответил Давид.

— Хуже, чем убить глупого ребенка, который даже не может понять своих действий? — громко выругался Родрик, собрав на себе огромное количество взглядов завсегдатаев трактира.

— Он пытался нас убить! — возразил Давид, как бы пытаясь оправдать то, что сам спланировал.

— Не он. Нас убить пытался Гилберт. Марвина убил Гилберт. А Джек — лишь немощная оболочка, которой Барт пользуется в своих целях, — продолжил спор с братом Родрик, не обращая внимания на сотню людей, отчетливо слышавших весь разговор.

Диалог не мог не привлечь внимания окружающих, некоторые даже решили вмешаться.

— Вы затеваете переворот! Хотите убить Короля?! Не позволю! — выкрикивал из толпы зевак старина Билл.

Он был известен на всю окраину столицы как своими консервативными взглядами, так и неконтролируемой агрессией.

Началась драка. Летели стулья, кружки, кидались даже едой. Для Родрика это была отличная возможность выпустить пар, накопившийся за последние несколько дней. Давид и Говард тоже не намеревались сидеть в стороне. Выхватив ловким движением руки табурет, Давид стукнул им одного из сторонников Джека. Табурет раскололся. Подбежал Говард и выхватил из рассыпавшегося табурета две ножки: одну себе, другую Давиду. Умело орудуя досками, как мечами, им удалось одержать верх над сторонниками Джека в центральном зале трактира. Но, кто победил в итоге, никто не помнит. Даже трактирщики, которые были обязаны не пить в рабочие часы, а уж тем более не вступать в драку, как обычно, пренебрегли правилом, установленным в более высоких кругах.

Вернувшись в лагерь, подземный город наемников, братья проспали до глубокой ночи. Говард разбудил всех за восьмую часть дня до рассвета. Группа выдвинулась к замку.

Скрывшись за последним зданием перед замком, Говард спешно достал карту, по-видимому, на скорую руку начерченную не самым аккуратным из наемников.

— Итак, для начала, как нам преодолеть стену? — спросил Говард у братьев.

— Через Восточную башню. Там редко стоит более одного стражника, и более того, ее сложно разглядеть с башен на замке. При строительстве землемер ошибся на пару сантиметров и создал слепую зону. А ради пары сантиметров переставлять замок было слишком дорого, — будто бы всю ночь готовясь, ответили братья.

Наспех перемахнув через стену строгой цепью по одному человеку, чтобы, упасите силы света, не попасться на глаза страже, они проникли внутрь. В башне на этот раз оказалось двое стражников, которые были быстро и тихо заколоты, а их арбалеты тут же подхватили бойцы Говарда. Проползая по двору замка и стараясь избегать всех источников света, они скрылись в кустах сада и быстро начали обдумывать следующий этап.

— Что ж, как теперь нам попасть в покои к Джеку? — подтолкнул к ответу Говард.

— Внутрь замка заходить смысла нет, там полно охраны. Тем не менее для нас это даже лучше. Окно Джека находится на третьем этаже и выходит на часть сада, в которой мы сейчас и находимся, — доложил Давид.

— Нам остается лишь славить Свет за засушливую погоду последних нескольких дней. И надеяться на свою ловкость, — добавил Родрик.

Бойцы без особого труда, к удивлению всех, даже самого Говарда, вскарабкались по стене в покои Джека. Но, к сожалению, ничего идеального в мире не существует. Хоть отряд Говарда и залез на стену, но сделал это слишком громко. Джек не успел сбежать и позвал стражу.

Трое бойцов из стражи замка, стоявшие за дверью, быстро ворвались в покои, но в атаку не кинулись. Время было на их стороне. Во-первых, отряд наемников еще залезал на стену, во-вторых, к бойцам на подмогу уже подошла элитная гвардия Ричардсов в составе восьми пикинёров и сильнейший воин дома Ричардс, он же бывший учитель Родрика — Олоф Болл.

Столкновение было неизбежно. Тогда Говард ринулся со своими наемниками в беспорядочную атаку. Он понимал, что пускать бойцов в кожаной броне и с топорами было крайне рискованно, но, если бы не риск, он бы здесь не стоял. Олоф, наоборот, выстроил своих солдат стеной перед Джеком, а учитывая, что у гвардии Ричардсов были дорогие железные щиты и длинные пики в форме лилий, эта стена была неприступна. Сам же Олоф встал позади стены, как последний рубеж защиты Джека.

Завязался бой. Половина наемников пала сразу же от мощнейших выпадов гвардейцев, некоторым удалось пробить брешь в их строю, ударив топором по шее одного из стражей замка. Братья в тот же миг воспользовались этим. Пока наемники прорвали строй гвардейцев, братья попытались убить Джека.

Родрик вступил в бой с Олофом, а Давид кинулся к малолетнему монарху, пока Болл был отвлечен. Их идея провалилась — он был слишком умелым воином и мог сражаться сразу против двоих. Давид успел отразить лишь пару атак, прежде чем клинок Олофа неожиданно вошел ему в ногу. Давид упал. Олоф же целиком смог переключиться на Родрика.

Схлестнувшись с ним мечами, он принялся прощупывать оборону оппонента. Когда понял, что с момента обучения навык фехтования его ученика не изменился, Болл нанес удар, который Родрик ненавидел больше всего и даже после завершения обучения не мог ему противостоять. Болл ударил горизонтально, но не убрал меч, а пытался ослабить Родрика и вложил всю силу в удар. Скрежет клинков разрывал уши. Но Болл резко убрал меч, нанес пару легких ударов в разных направлениях, развернулся, пройдясь мечом едва ли не по самому полу, что заставило Родрика подпрыгнуть.

После всех этих маневров он был готов завершить цепь приемов. Замахнувшись над головой принца-заговорщика, который спешно приготовился парировать атаку, Болл уже в момент удара сменил направление. Рубящий удар сверху вниз превратился в колющий в область груди.

Но тут вдруг Говард вытащил Родрика из боя и попытался уйти под прикрытием бойцов с новоприобретенными арбалетами. Но гвардейская пика с лилией остановила его — навсегда.

Давид же в суматохе боя сумел спрыгнуть из окна в кусты. Он повредил раненую ногу еще больше, от боли потерял сознание и не помнил, что произошло дальше.

Глава VI Покидая пределы столицы

Давид очнулся в повозке с сеном в одном из окраинных районов города. Понял он это по ветхим домикам и вони: из окон зданий лились отходы всего в паре локтей от его носа. На мгновение в голове Давида проскочила мысль, что всё это было сном, а он где-то недалеко от «Золотой бочки», но резкий приступ боли при попытке встать убедил его в обратном. Оглядев ногу, он увидел на ней повязку, а не изуродованную рану. Это его обнадежило, но одновременно запутало. Растерявшись, он все никак не мог понять, сколько времени прошло с момента стычки, нет ли за ним погони, и еще дюжина вопросов интересовали его. Издали он заметил стражника, спешно идущего прямо к нему. Похоже, все-таки погоня есть, но уходить от преследования с раненой ногой не было смысла.

Давид уже приготовился к смерти или к темнице, но тут стражник заговорил:

— Я с напарником проверил три района вокруг этого переулка. Все чисто, вам пора уходить.

Давид попытался перебить стражника, но, увы, тщетно.

— Ах да, чуть не забыл. Вот, держите, — продолжил стражник, передавая Фалькону слегка затупившийся, не особо качественный меч.

— Кто вы? И почему мне помогаете? — крепко сжав меч в руке, спросил Давид.

— Скажем так, у вас еще есть сторонники в Прайм-тауне, — быстро сказал стражник и указал направление, в котором пошел Родрик, и удалился.

Делать было нечего. Фалькон начал следовать курсу, заданному первым встречным стражником. Что с ним произошло, он и сам не в состоянии был понять. Наверное, он был в отчаянии. Он совсем не понимал свои перспективы. Все, что он мог, — это найти брата... ну, хотя бы попытаться.

Прошло совсем немного времени, и Давид пришел к городским воротам. Всего из столицы было четыре выхода: один — на юге, два — на востоке и еще один — на западе. Конечно, были еще двери в стенах, окружавших Прайм-таун, но крупных ворот, через которые ежедневно проезжали сотни повозок и проходили тысячи человек, было только четыре.

Собираясь покинуть столицу через западные ворота, бывшего лорда Фалькона охватил страх. Вот и все — неизвестная ему территория. Ведь правда, он никогда не покидал пределов родного города, но делать было нечего. Перешагнув невидимую линию, он оказался за пределами городских стен.

Тут же возник вопрос: куда идти? Судя по указанию стражника, нужно было следовать прямиком в лесную чащобу. Но зачем? Не попытка ли это заманить Давида в ловушку? А может, неудачная шутка? А может, все-таки Родрик действительно предпочел чащу ровной и аккуратной дороге, выложенной брусчаткой?

Стать стражником было несложно. Не важен был род, обеспеченность и навыки, поэтому туда шел, кто попало. Конечно, имелся ряд трудностей. Например, доспехи и оружие покупались за свой счет, поэтому стражники ходили в чем вздумается. Конечно, не в рубахах и туниках, но в рваных ржавых кольчугах и таких же койфах, часто без шлемов. Особо много там было не заработать, ведь стражники не участвовали в боевых действиях, поэтому о военной добыче не шло и речи. Зарплаты при правлении Марвина II упали в целых три раза и стали составлять всего пятьдесят семь серебряных соколов и тридцать четыре медяка. Поэтому нередко стражи превышали свои полномочия и всячески наживались на этом: отпускали разбойников за деньги и собирали дань с нелегальных рынков.