Дмитрий Нелин – Охотник на читеров - Забанены будут все! (страница 63)

– Ого! – Она развернула меня с креслом к себе и села на край дивана. – Рассказывай, как так получилось.

– Что именно? Мое воскрешение? – спросил я.

– Да, для начала про это. – И я понял: выяснения отношений не избежать. Я кратко поведал ей о том, как поглотил язык фазового волка и получил полный иммунитет к яду в игре, а также немного изменил свою внешность.

– Да, я заметила это, но не сказать, чтобы ты прямо уродом стал. Все в порядке. Ты нашел Лану? – со странной интонацией в голосе спросила она.

– Да, и отругал ее как следует за то, что она так себя ведет в Ардении.

– Ну, может быть, и не следовало этого делать. Ты, наверное, уже все утро сидишь и ждешь, когда я проснусь и откручу тебе голову, да? Не бойся. Этого не будет. – Она протерла глаза рукой и зевнула. – Я много думала в эти последние два дня о нас с тобой и решила, что пусть будет как будет.

– Просто, Ира, пойми одну простую вещь, – сказал я, – не стоит мешать Ардению и этот мир. Там все не настоящее. Там все фальшивое, поэтому там каждый самоутверждается как может – силой, красотой, новыми шмотками. Там люди получают второй шанс, которого у них нет здесь. И даже несмотря на то, что наши игроки в основной массе очень состоятельные люди – это ничего не меняет. Они крутые здесь, они хотят остаться ими и там.

– Ты любишь ее? – внезапно спросила она.

– Кого? Лану? Окстись, – рассмеялся я, – я даже себя не люблю, если ты не заметила. Как можно полюбить человека, которого ты знаешь меньше недели? Как? Я не из тех, кто верит в химию с первого взгляда и до гроба. Так что это все чушь.

– Она сказала мне, что ты ей нравишься, но только там.

– Да, я знаю об этом. И что? Как она будет с тобой бороться? Тебе самой это не кажется смешным? Что она сделает? Лана, кстати, в отличие от тебя пока еще четко делит эти миры и под моим руководством никогда не будет смешивать их.

– Я, наверное, заигралась, – сказала Ирина, – в чем-то я ей даже благодарна за вчерашние гадости. Мне никто не смел там говорить такие вещи, хотя если бы она сказала мне их здесь, я бы ей перегородку сломала.

– Отрезвляет, да? Хотя я тебе вот тоже говорил. Лана здесь тебе ничего не скажет.

– Ты другое дело, к тебе я уже привыкла, поэтому и не воспринимаю твои слова так близко к сердцу, – ответила Ира. – Так что, выходит, ты уже на ногах, и новые сеансы тебе больше не нужны?

– Сеансы точно нет. Я чувствую себя просто прекрасно. Спасибо.

– А мне вот что-то гадостно на душе стало. Может быть, мне просто послать тебя на три буквы, Сережа? А? – Она грустно посмотрела на меня.

– Это дело твое. Пошлешь – пойду, но ты подумай хорошенько. Рубить с плеча – это в твоем духе, конечно, но не пожалеешь ли ты? Не станет ли тебе только хуже?

– Знаешь, в чем проблема, Сергей? Ты только не подумай, что я какая-то поехавшая, хорошо? Дело в том, что я чувствую огромную разницу между собой здесь и там. Ирина и Ираэль – это уже две разных женщины.

– Это нормально, – ответил я, присаживаясь рядом с ней и обнимая ее за плечи, – когда заигрываешься, так и происходит.

– Как только я оказываюсь в Ардении, все окружение, мои доспехи, оружие – все это меняет меня. Я становлюсь злее, жестче, а возвращаясь сюда, понимаю, что я не совсем такая-то на самом деле. И да, я люблю тебя, но Ираэль не скоро сможет смириться с этой новостью. Вот что меня пугает.

– Да забей, – я усмехнулся, – пройдет время и все устаканится само собой. Я полажу с тобой и тут и там.

– Правда? – Она улыбнулась.

– Ну, давай начнем тут, а там можешь бить меня по почкам, какая мне разница. Там даже моя гордость почти не страдает. А вообще, ты сильно изменилась за эти несколько дней. Стала более открытой, что ли. Это так на тебя повлияли мы с Ицхаком и нижний уровень?

– Да, – честно призналась она.

– Никогда бы не подумал, что такая сильная девушка, как ты, может быть настолько впечатлительной. Я думал, что ты отнесешься к этому более равнодушно, но я ошибся. Бывает. Ладно, нам пора завтракать да выдвигаться в офис, наверное.

– Не стоит торопиться, – ласково сказала она, – пойдем лучше в ванную. Вместе.

– Ну, тоже неплохо, – согласился я.

Однако нашим желаниям не было суждено сбыться. Мне пришла эсэмэска от Кости.

«Есть контакт с родителями. Тряси Ицхака. Ищейка. Ты посредник. Ирина с тобой». Вот и все. Отличное начало дня. Дело, не терпящее отлагательств. Пока мы завтракали, я переписывался с Ицхаком по Телеграму, а тот, в свою очередь, с ищейкой, который явно круто шифровался. Встреча была назначена через час на старом кладбище в одном из склепов.

– Жуть какая, – Ирину аж передернуло, – я думала, что мы встретимся в ресторане каком-нибудь.

– Ну, загадочная личность предпочитает немноголюдные места. Кто зимой по кладбищам ходить будет? Дубак же. Еще бы машину на учет поставить, она на номерах хоть?

– Да. Ничего страшного, покатаешься так по ДКП. Выходим.

На улице сегодня и правда было холодно. Ирина надела толстый свитер и утепленный бомбер, камуфляжные штаны, обулась в высокие берцы с мехом – все, готова к труду и обороне.

– Ты в юности, наверное, со скинхедами тусила? – спросил я, глядя на ее белые шнурки, которые она лихо закрутила вокруг ботинок.

– Да, было дело, собственно, там драться и научилась. Я просто от рождения здоровенная была, в батю пошла, он вообще вэдэвэшником был, правда, потом пошел по контракту служить и погиб во второй чеченской компании. Он очень жалел, что у него не родился сын, поэтому относился ко мне весьма грубо и жестко. Наверное, это и повлияло на мой характер. В итоге я стала пацанкой, ну а потом понеслось взросление. Секции карате, борьба. На тренировки скинов ходили к омоновцам, ну, ты в курсе, наверное, кто и зачем за этим всем стоял. Забавное было время – дикое, жуткое, опасное. Я тогда была влюблена в одного парня, ну и он ко мне тоже неровно дышал. Закрутилось, завертелось. Вместе бухали, трахались, дрались на рынках. Здоровенный такой был мужик, тоже немного полноватый, я его Булькой звала ласково.

– Бультерьер, что ли? Странное погоняло для скина.

– Да у него собака такой породы была, которую он постоянно с собой таскал. Очень добрая псина, но только с теми, кого он хорошо знает.

Мы проверили свое оружие и вышли из квартиры.

– Дай угадаю, – сказал я, – все закончилось хреново, да? Ну, как это обычно и бывает.

– Да, его зарезали вместе с псом на детской площадке. Подвесили на качелях и выпотрошили. Голову так и не нашли. Выследили его.

– Да, за что боролись, на то и напоролись. Я лично отрицательно отношусь ко всей это расовой нетерпимости.

– Мне тогда очень стремно было, но ничего, пережила, ну и ушла из скингерл. Поняла, что и меня такая же судьба ждет, а может, и похлеще, но силы-то у меня ого-го. Нет, не подумай, я не испугалась, просто поняла, что дерьмо это все. Мужиков больше заводить не хотелось, память травмирована надолго была. Ушла в качалки, стала там вымещать всю свою ярость и злость, коих у меня на троих хватает. А потом появились реконструкторы, и я поняла – отличное движение! Можно нацепить на себя доспехи и лупить всех подряд железками. Не сказать, что я прямо круто так машу мечом, но мужики меня не жалеют. Бьют по-настоящему, как равную, а это и хорошо.

– До сих пор тусишь с ними? – Мы вышли из подъезда, и я улыбнулся, завидев свою новую тачку.

– Уже почти нет. Просто хожу на тренировки иногда, но турниры и выездные бои остались в прошлом – нет времени. – Ирина остановилась возле моей новой машины. – Крутая тачила. Только погляди на ее злую рожу. Настоящий маскл кар. Американская легенда. Я тоже думала «Рэм» взять следующей тачкой.

Да, подарок был хорош. Сам бы я себе такой не купил. Жаба давила бы до конца жизни.

– Особенно крутым получился вот этот изгиб у заднего крыла, – я провел пальцем по линии бокового окна, – прямо олдскул, все, как я люблю, хотя машина 2017 года.

– И валить она должна хорошо. Ну, что кто поведет? – спросила Ирина.

– Давай ты. Я, во-первых, такой машины боюсь, а во-вторых, еще не совсем отошел от своего иссушения, у меня может быть заторможенная реакция. Убьемся еще.

– Хорошо. – Я бросил девушке ключ, пискнула сигнализация, и мы сели в американскую легенду на новый лад.

– Сзади места совсем нет, – недовольно сказала Ирина, – если придется кого-то везти связанным, не поместится толком.

– Так это и не тачка для выезда на стрелки, это же спорткупе!

– Уверена, что и багажник у нее только для дамской сумочки.

– Ну, вот вряд ли, все-таки это не кабриолет.

– Поехали, я знаю, где находится кладбище. – «Челленджер» заревел всем своим табуном под капотом и резво рванулся с места, да так, что меня вжало в сиденье.

– Не ссы, тут всего -то 380 кобыл и коробка-автомат, так что по определению он быстро ехать не может, а веса почти две тонны. Стандартный америкос. Надо было СРТ брать.

– Извините, я вообще не просил Костю о тачке.

– На первое время сойдет, не то что твой старый сарай. Я бы на твоем месте поджигателям бы еще и заплатила, и руку пожала, – усмехнулась Ира.

Тут она права. Я сам недавно думал, как бы от него избавиться. Мы мчали по Москве, и я в который раз удивлялся тому, что нас начали пропускать. Правильно, ты же не на шохе дырявой, а на крутой тачке. Мигнул поворотником, перестроился. Тебе фарами моргнули. Пропускают даже там, где правилами сказано обратное. Уважение? Ха, вряд ли. Скорее, страх. Есть у нашего народа какое-то холопство, которое до сих пор не смогли из него вывести. Видишь большой черный «мерседес» – уступи ему дорогу. В нем бандиты сидят. Простой человек такую машину не купит, он «октавию» возьмет в кредит или «сандеро» там. С девяностых идет эта тема. Посмотрите на правительственные тачки – большие, черные мерины с мигалками. За версту видно – шишки едут. Сторонись, холоп, или тебе проблемы нужны? Так вот у нас и повелось. Есть тачки для быдла, а есть для элиты. У обычного человека денег нет. Он по определению нищ и веревкой подпоясан. А деньги либо у бандитов, либо у власть имущих, хотя в наше время это уже синонимы.