Дмитрий Морозов – Демонские игры часть первая. Хроники Земли: Восхождение (страница 13)

– Пора меня выпускать, – прошипел он, и в его голосе звучало неподдельное, хищное предвкушение.

– Нет. – Мой голос прозвучал твёрже, чем я ожидал. – В прошлый раз ты чуть не погубил нас обоих. Теперь я буду контролировать всё сам. Твой выход – лишь в случае абсолютной безвыходности.

– Справедливо, смертный, – сказал он, и его неестественное спокойствие было куда зловещее привычного гнева.

Подождал, пока очередной отряд ангелов улетел, их крылья мелькнули над лесом, словно вспышки чистого света. Новый отряд ещё не пришёл, и мне удалось прокрасться к стене форпоста, двигаясь тихо в тенях, как учил отец. Охраны стало явно меньше, они в своей гордыне решили, что убили меня и бояться больше нечего. Руна на лезвии пульсировала, придавая уверенности, толкая меня вперёд. Не был уверен, но решил кое-что попробовать. Ударил стену ножом, ожидая, что он отскочит, но клинок вошёл, как в масло, разрезая камень с шипением, от которого по спине пробежали мурашки. Вырезал проход, узкий, но достаточный, и шагнул внутрь, чувствуя, как сердце колотится. Крепость была буквально в паре метров от меня, на удивление вход не охранялся, чувство, что это ловушка, не отпускало меня. Внутри было тихо, только слабое гудение, напоминающее отдалённый звон колоколов, доносилось из глубины.

Двое ангелов стояли в коридоре, повернутые спинами ко мне. Я вжался в стену, руки прижали нож к груди так сильно, что его тепло обжигало кожу. А если они обернутся? Если увидят меня? В груди зашевелилось знакомое чувство – тошнотворная тяжесть осознания того, что я сейчас сделаю.

Но в этот раз всё было иначе. Камень воды звал меня. Его холодная пульсация гудела в голове, вытесняя сомнения. Я сделал шаг. Холод ужаса сковал сердце, но рука с ножом была твёрдой. Она дрогнула – и двинулась вперёд, повинуясь уже не мне, а зову камня. Нож сверкнул – одно резкое движение, и первый ангел рухнул, его рубиновая кровь хлынула на холодный мраморный пол, растекаясь зловещими алыми пятнами. Внутри у меня что-то оборвалось, но тут же пришло странное, пугающее облегчение – будто я утолил мучительную жажду.

Второй ангел обернулся: в его глазах ледяное спокойствие сменилось ужасом. Еще мгновение – и он поднял бы тревогу. Я чувствовал, что должен был остановиться, закричать, бросить нож, умолять… Но не смог. Мои движения были быстрее, чем мысли. Горло ангела вспыхнуло багровой полосой. Его крик захлебнулся в собственной крови.

Смотрел на их тела и ненавидел себя. Чувствовал пустоту, будто последняя преграда между мной и тьмой рухнула. Но нарастающая пульсация камня в висках вытесняла мои мысли, заполняя разум чужим, неумолимым зовом. Сожаление умерло, растворившись в леденящем спокойствии. Я был лишь инструментом в руках голода – голода по силе. И этот голод был единственной правдой. Всё стало на свои места: жалкие ангелы, ничтожные люди – всё это прах на моём пути. Остались лишь я и сила, принадлежащая мне по праву.

Продвинулся к центру крепости, где на каменном столбике покоился камень воды – синий, словно замёрзшее море, и сияющий, как звезда. Перед ним стоял архангел, высокий, с шестью крыльями, отливающими холодным сиянием серебра. Его глаза были закрыты, но я чувствовал, что он знает о моём присутствии.

– Не пытайся пройти незаметно, – сказал он, голос металлический и безжалостный. – На твоих руках кровь моих братьев. От твоей одежды несёт смертью. Переступишь линию – и умрёшь.

Он начертил посохом линию между нами. Пульсация камня воды усилилась – как будто он шептал: «Возьми меня; эта сила по праву твоя».

– Отдай камень – и сбережёшь свою бессмертную жизнь, – голос прозвучал твердо, бросая вызов.

– Ты не победишь меня, – ответил он, его глаза открылись – в них было чистое сияния голубого льда, и оно обещало быструю смерть без боли.

Чёрное пламя с рёвом вырвалось у меня за спиной, и его яростный жар опалил стены. Ослепительный зал погрузился в полумрак – пламя моих крыльев пожирало сам свет, всасывая его, как бездонная пустота. Один быстрый взмах – и я взмыл под потолок, чувствуя, как жар и холод борются внутри меня.

– Руна воды: Ал, Си, Ве, Ге, Зу! – крикнул я, бросаясь вниз. Под камнем вспыхнула руна. Архангел поднял посох, луч света, разорвавший тьму, ослепил меня, но было слишком поздно. Рука сомкнулась на камне воды. Энергия наполнила руну, и мир треснул в ледяной вспышке – словно я нырнул в море льда.

ГЛАВА 5

Старая жизнь и новые тени

Холодная синяя вспышка вырвала меня из Рая и швырнула в ночное небо над городом. Я завис в воздухе, над знакомыми серыми крышами, сжимая в пустую ладонь – камень воды исчез, растворившись внутри, и его леденящая энергия тут же вступила в борьбу с привычным жаром камня огня. Мои лёгкие горели, будто вдохнули жидкий азот, а перед глазами плясали синие искры, отголоски той вспышки, что вырвала меня из Рая. Я был в паре десятках метров над своим домом, его облупившиеся стены и тусклый свет подъезда казались такими знакомыми, но чужими, как фотография из прошлой жизни.

– Чувствую внутри себя бурю, будто сейчас грудь разорвёт – прохрипел я, задыхаясь. Пламя в крыльях едва трепыхалось, готовое погаснуть. Холод в груди пульсировал, как второе сердце, но он не был враждебным – он стал частью меня, как жар огня.

– Камень воды, смертный, – прошипел Оранло, его голос, напоминавший треск угля, звучал с ноткой восхищения. – Ты поглотил его. Теперь он твой. Запас магии практически удвоился, но нужно время чтобы все улеглось.

И правда – внутри было что-то новое, как будто моё тело стало сосудом, наполненным до краёв. Жар огня и холод воды боролись, как два шторма, сошедшиеся в схватке, но я чувствовал, что могу держать их в узде. Это была не просто сила – это была жизнь, бурлящая, как река, готовая вырваться.

Глаза всё ещё слепли от темноты. В Раю не было ночи, только вечное солнце, а здесь тьма обволакивала, как смола. Моргнул, привыкая, и медленно опустился к подъезду, крылья растворились в ночи, опалив воздух запахом жжёной серы. Несмотря на жар магии, по спине пробежал лёгкий озноб. Ноги коснулись асфальта, и я чуть не рухнул – тело было тяжёлым, будто ночь высасывала из меня всё, что осталось.

Подошёл к подъездной двери, убирая нож в карман, его рукоять все еще была тёплая и липкая, как напоминание о том, что сделал в Раю. Но понемногу остывала, словно удовлетворённый хищник, затаившийся до следующей охоты. Дверь была заперта. Магнитный замок создавал иллюзию безопасности, и я, не думая, рванул её на себя. Дверь поддалась с сухим хрустом. И лишь тогда я вспомнил о ключах в кармане – холодных и липких от грязи. «Тупица», пробормотал себе, чувствуя, как Оранло хмыкает в голове, его насмешка была как укол. Прокрался в квартиру, стараясь не шуметь. Бабушка храпела в своей комнате, её храп был как далёкий поезд, гудящий в ночи. Квартира пахла старым деревом, вчерашним супом и чем-то кислым, будто само время въелось в стены. Закрыл дверь и рухнул на стул, чувствуя, как холод воды и жар огня борются внутри, будто тело был котлом, готовым взорваться.

– Это магия воды? – спросил, глядя на свои руки. Я чувствовал новую энергию, как холодный ток в венах. – Как ей управлять?

– Вода своенравна, чувствую это, – сказал Оранло. Его голос прозвучал тише, почти осторожно. Похоже, он и сам не знал всего. – Твоя магия теперь глубже, сложнее. Огонь и вода – магия двух разных миров теперь принадлежат тебе. Надо испытать её.

Вода прежде всего ассоциируется с чистотой. Посмотрел на свою одежду – грязная, пропитанная землёй и кровью, будто вылез из могилы.

– Смыть с меня грязь и очистить одежду, интересно, сможет? – Задумался, чувствуя, как усталость накатывает. – Выгляжу, как только что из могилы вылез.

– Произнеси заклинание, вряд ли техника отличается от магии огня, – сказал Оранло, и я почувствовал его любопытство. – Попробуй сказать «Очищение» и представить воду, смывающую грязь. Но не жди, что будет легко.

Закрыл глаза, чувствуя, как холод в груди оживает, словно горная река, текущая подо льдом. Своенравная энергия не была похожа на стремительный огонь. Вода стремилась выйти из-под контроля, пришлось приложить много усилий, чтобы удержать эту силу. «Очищение» – прошептал, представляя поток, чистый, как стекло, смывающий грязь, кровь, пепел. Синяя энергия вспыхнула, как молния, окутывая меня холодным туманом. Моя одежда – толстовка, джинсы, кроссовки – засияла, как новая, грязь исчезла, как сон. Но кожа осталась липкой, пахнущей землёй и потом, будто вода была не до конца подчинена. Я выругался, глядя на свои чёрные от грязи руки.

– Эй, что за фигня? – прошептал, чувствуя, как раздражение перекрывает усталость. – Это какая-то ущербная магия!

– Вода не огонь, – хмыкнул Оранло, его голос был как насмешка. – Чувствую, она капризна. Придется делать по старинке. Твой контроль магии ещё сырой.

Поплёлся в ванную, чувствуя, как тело ноет, будто весь день таскал мешки с цементом. Ванна наполнялась медленно, вода текла тонкой струйкой, насмехаясь надо мной. Когда ванна наконец наполнилась, и я залез в тёплую воду, она тут же помутнела, как болотная жижа, но через секунду стала чистой, как зеркало. Это повторялось несколько раз – грязь смывалась, вода темнела, потом очищалась, будто магия воды дразнила меня, проверяя на прочность. Смотрел на это, заворожённый, чувствуя, как холод в груди пульсирует. Откинулся на край ванны, закрыв глаза. Магия стала частью меня, но она не делала жизнь проще. Рай, ангелы, другой я – всё это кружилось в голове, как кошмар, который преследует всюду. Я провёл рукой по груди, нащупав шрам от раны, которую мне нанесли, когда душа была вырвала из тела. Оранло говорил, что магическое оружие ранит бессмертных, но не упоминал, что оно оставляет шрамы. Потёр его рукой, кожу немного стягивало. Боли не было, но было какое-то странное ощущение уязвимости. Впредь надо быть осторожнее.