Дмитрий Минаев – Королевские милости (страница 65)

— А ну не юли, говори, как есть!

— Зачем мне врать? Мне вон она сказала, — ткнул он пальцем в карету.

— Иора-а, а ну отвечай, чья была идея с тачпанами! — взвыла я пароходной сиреной.

Вот кто мне всё расскажет!

М-да, только не тут-то было. Девушка и сама не помнила, кто подал идею… конкретно… из табирок… Настолько она охватила всех их… разом.

Да я и сама это слышала раз сто… даже тысячу. Ну какая девушка не мечтает о собственной свадьбе? Чтобы, как в сказке, принц на лихом коне… вернее — тачпане… а дальше… какие там должны быть подробности?.. Отец привозит невесту жениху… в его кочевье… А если они живут в одном и том же, то делается «круг почёта». Чтобы всем было видно, что всё «как у людей»: и невеста — красавица, и тачпаны белоснежные, и шафи… сама свадебная повозка… золочёная. Да ещё когда упряжка идёт «клином» — один иноходец правым боком, другой — левым. Вообще высший шик! Круче белого лимузина!

После следует сам обряд… старейшины там, шаманы… подробностями как-то не интересовалась… Взглянула на Чойба… Нет, у него точно спрашивать не буду! Как-нибудь потом потихоньку выведаю у девчонок… Не сразу… Как бы невзначай… Когда всё уляжется… А то спросишь в лоб, понапридумывают невесть что, разговоров потом буде-ет…

Из-за спины Чойбилрита выглянул один из его подопечных, но поймав мой хмурый взгляд, судорожно кивнув, вновь спрятался за спину наставника… По-моему, это был Манташ… Ну и шут с ним…

Но самое главное, в заключение отец невесты… или старший из родственников… Это я точно помню!.. вручает поводья новоиспечённому мужу, потому что они с супругой теперь одна семья, и им в одной упряжке… то есть повозке ехать отныне бок о бок всю жизнь… Символично… Аж слезу вышибает!

Позже я о шафи расспросила поподробнее, и вот что мне поведали… Изготавливают их обычно для ханов и их ближайших родичей… даже не каждому лайпару такая роскошь по карману, не говоря уж об амалатах… Так что даже этим «степным хищникам» приходится довольствоваться «остатками с барского стола».

В стародавние времена кочевники, скорее всего, просто изготавливали новую повозку. Обычную, семейную. Потом стали делать именно шафи — лёгкие и изящные. Ну а высшим шиком стало их специально заказывать в империи. Даже мастера там специальные появились — шафисары… или шафисарисы, если быть точным… Но это так, к слову.

После использования по назначению, «счастливую колесницу», которая больше уже не нужна, как правило «уступают» соседям или «сдают в наём»… или дают почти задарма… как кому повезёт… некоторые «шустрики» специально подгадывают свои торжества, чтобы попасть в разряд «бедных родственников», которым на радостях всё достаётся почти на халяву.

Как уже рассказывала, степняки меж собой больше тяготеют не к «купи-продай», а к своеобразному «бартеру» — «подарок на подарок». На их взгляд, это выглядит более доверительно, по-родственному.

По мне, так разница невелика, но им, безусловно, виднее. Как бы то ни было, шафи начинает «кочевать» из рук в руки, при этом каждый новый хозяин приукрашивает и «подновляет» «колесницу» на свой лад, пока она, окончательно затасканная, от ветхости не развалится.

Пусть свадебные повозки в хозяйстве не в ходу… Та, на которой мы «катались» с Милларман, была более «основательной»… как микроавтобус, или как вагончик… и запрягалась наргами. Ничего удивительного, табирские женщины, которым полжизни приходится проводить в дороге, привыкли путешествовать с комфортом. Там у них и «гостиная», и «спальня», и маленькая кухня, и «детский сад»… если понадобится.

Однако, иногда случается… особенно когда речь идёт о первом браке… или об особо важном… политически, экономически… или как-то там ещё… Но счастливый супруг с шафи расставаться не спешит, катая в ней жену со своим первенцем, а потом отмечая годовщину свадьбы… Да мало ли что ещё!

Короче, я и сейчас в табирских обычаях осведомлена не очень, а уж тогда, по дороге к Каменному мосту, вообще не в зуб ногой. Только рукой махнула, почти полностью смирясь с неизбежным:

— А-а-а, Чойб, разворачивай!

Карета кое-как вывернулась, чудом не свалилась с насыпи. Амалату пришлось самому схватиться за вожжи, огрев плетью непослушного тачпана, который никак не желал в точности следовать командам, путаясь сам и сбивая с пути других. Толком не научилась в них разбираться, но этот козлина был точно молодым и глупым. Даже не козёл, козлик.

Твою мать! Юность не помешала злодею, проходя мимо меня, гарцевавшей на Форе, попытаться тяпнуть за ногу. Ах, он гад! Тут же наподдала паршивцу «коленом» по носу и, недолго думая, схватила «рукой» за ноздри, отчего тот жалобно заскулил от боли. Знай наших, олух! Теперь увесистый «шлепок» по крупу, и погрозить кулаком… уже моим собственным. Если гадёныш и теперь не поймёт, не осознает вины… Тем хуже для него!

Будто в подтверждение моих слов, шедшая позади коза, цапнула хулигана за ляжку. Так ему, козлу черноухому! Молодец Белоснежка!.. Кстати, как оказалось, её так и звали… Ну-у, что-то вроде «Белая снежинка»… Ну да ладно!

— Эй, Чойб, погоди! А чего это тачпаны такие дефективные?! У этого ухо чёрное, у Белоснежки рог кривой… Что, для меня других не нашлось?!

— Джеха, будьте милости! — воин резво отвесил поклон, едва не стукнувшись лбом о скамью, на которой сидел, — Не велите казнить! Мне ж всего полдня было дадено!

— Опять Иора виновата?

— Но я ж ей говорил, что такие дела с бухты-барахты не делаются! Вы хоть знаете, сколько подобранная обученная упряжка стоит?

Да как-то особо не интересовалась… ни к чему было… Чойбилрит назвал сумму.

— Что-о-о?! Скока-скока?!!

Ей богу! Я чуть с седла не упала.

— Что, серьёзно?! По империалу за тачпана?! Да не может такого быть!

Оказалось, ещё как может! Даже за примером далеко ходить не надо. Именно такие расценки были на свадьбе Милларман с Чорхороном лет двадцать назад… Точнее вряд ли определишь… Про летоисчисление степняков, вроде, уже говорила… Им-то примерно ясно, что значит «на следующий год после ба-альшой засухи», а мне?

В общем, точно не скажу, что там случилось, какие были «расклады», но родителям молодых срочно понадобилось сыграть свадьбу. А это и свадебный возок, и наряды… Ну-у, с тряпками дело попроще, а вот шафи да ещё с подобранной и обученной парой тачпанов… Экстренно пришлось втридорога выкупать у соседей, отдав за это «удовольствие» табун скакунов. Впрочем, отец невесты вряд ли остался внакладе, ведь все расходы потом входят в калым… ну-у, или, как тут принято, «свадебный подарок от родителей жениха родичам невесты».

— И что, кто-то вот так, точно-точно, сосчитал цену? — не поверила я.

— Так говорят, — развёл руками воин.

— И во сколько же мне обошлось каждое из этих «сокровищ»? — указала я на животных.

— Гораздо дешевле, — честно признался Чойбилрит.

— Относительно чего? Да ты не юли, говори уж сразу! — на всякий случай покрепче вцепилась в поводья, чтобы потом не выпасть из седла, когда мне огласят сумму.

— Точно не знаю, Фарм вёл все расчеты.

— И он же ездил в степь за покупкой? Чо-ойб, не смеши меня!

— Покупал я, — не стал отпираться табир, — Но что там накрутил ушлый старик, не ведаю. Какие-то взае… взаиморасчёты…

— Но хоть примерно, сколько?!

— По-моему, где-то вдвое дороже против обычных. Но ведь это — особые тачпаны!

— Ага, особенно вот эти, — указала я, — с чёрными ушами и кривыми рогами.

— Тут моя вина, джеха, недоглядел, но я торопился. Мне же сказали, что животные нужны срочно. Будь у меня побольше времени, боги свидетели, я бы скинул цену.

— А ухо?

— Оно было закрашено, а рог можно выправить, только на это нужно специальное колдовство и время.

— То есть всё удовольствие мне обошлось в три с лишним сотни серебрушек, почти два империала…

— Нет, госпожа, — хрипло проронил Чойб, — дороже.

— Это ещё почему? — вытаращила глаза.

— Тачпанов было пять.

— Почему?

— Я взял ещё одного, так на всякий случай.

— Тоже дефективного?

— Ну да — потупился табир, — но его хромоту можно вылечить. Юся обещала.

Ёпонский бог!

— Та-ак, Чойб, а ну колись, а с этими что не так? — указала я на парочку иноходцев.

— О чём вы, ханша?

— О-о, вот только не надо мне этого… детских сказок на ночь! Все козлы ущербные, а эти два — без изъяна… А ну отвечай, в чём подвох?!

Чойбилрит глубоко вздохнул и выдохнул:

— Я думаю, они — краденые…

Твою ж мать!

Вкратце история была такова: мой амалат приехал в кочевье Милы, где точно был нужный товар и начал торг. Всё как обычно у кочевников: продавец задирает цену выше крыши, а покупатель даёт в ответ ниже плинтуса. Дальше тары-бары-растабары, идёт вроде как торг, на самом деле неспешный разговор обо всём на свете, люди делятся сплетнями, последними новостями… общаются, так сказать… Обычное, в общем-то, дело… Но на вторые сутки переговоров к Чойбу «подкатили» трое тапасуров. Вроде бы ничего примечательного… таких ко мне в последнее время нанялись десятки… Только эти пришли не с пустыми руками… а с двумя тачпанами… белыми.

— И сколько запросили?

— Дофига, — ухмыльнулся Чойбилрит, — но я сумел скинуть цену. Сговорились мы на три обычных козла за двух «белянок». Жаль, что из этого ничего не вышло.

— Почему?

— Милларман влезла. Вернее, не она, а её доверенный человек, Минк.