Дмитрий Минаев – Королевские милости (страница 67)

— Скажете тоже: «Священнодейство»! — рассмеялась вслед за ними Иора.

Как бы то ни было, колесо было снято.

— Готово, Ваша милсть! — отрапортовал Суввэр.

— Молодцы! Теперь снимайте вот эту железку, — указала я на рессору.

— А может, не надо? Пусть Ром сам посмотрит.

Постой, какой ещё Ром? Как оказалось, речь шла о кузнеце. А-а-а, тогда понятно.

— Послушай, Сув, а ты, кстати, так и не сказал, куда они подевались вместе со старостой?

— Да я и сам толком не знаю, Ваша милсть, — потупив глаза, заюлил мой собеседник.

— Темнишь ты что-то. А ну говори правду, как на духу, чтобы её клещами из тебя тянуть не пришлось!

Помощник старосты раскололся, как спелый орех. Вот только было видно, что он и сам всё толком не знал. Видать, Тамвэр не очень-то спешил откровенничать даже с близкими ему людьми.

Из услышанного я поняла, что ушлый староста решил обзавестись собственной плавильной печью, а в том лесу, что он купил за уже упоминавшийся кинжал… тот самый с большущим зачарованным рубином… наверняка есть что-то кроме густых зарослей. Скорее всего залежи руды, вроде той магнитной пещеры, что наши золотолесские друиды превратили в своё святилище.

Но если наше месторождение почти не разрабатывалось… эллиены лишь изредка брали оттуда руду для общих нужд… ведь железные орудия нужны были всем. Однако, язычники очень трепетно относились к предмету своего культа, боясь его разрушения. Народу же в новоиспечённом лаэрстве прибавилось немеренно, поэтому потребности в железе для обычных, бытовых нужд возросла даже не в десятки, а в сотни раз. Что уж говорить о доспехах и оружии, которыми стоило основательно запастись… Хотя бы теми же наконечниками для стрел и копий… а то мало ли… Да и поставки «бракованного» металла из империи могли прерваться в любой момент, а у меня обе крепости не достроены.

Так что начинание Тамвэра было нужным и полезным во всех отношениях. А то, что он действовал втайне, не посвящая никого в свои планы… ни меня, ни Фарма… Кто знает… Может, просто боялся спугнуть удачу.

В любом случае, чтобы Там не затеял, меня ему было ни на нарге не объехать, ни на тачпане обскакать. Как ни крути, придётся ему отчислять подати там, пошлины, сборы всякие… дорожные, таможенные… или сразу брать меня в долю. И я буду не я, если она не станет львиной.

Хотя… совсем уж жадничать тоже не стоит. Лучше поощрить этот робкий росток частной инициативы, первую ласточку нарождавшегося капитализма. А там, глядишь, и другие потянутся. Главное — не спугнуть, дать надежду. Бояться мне нечего, до буржуазных революций тут ещё далеко, есть опасности пореальней.

И вообще, если благодаря мне люди станут жить… если не богато, то хотя бы зажиточно… им будет чего лишаться. Это нищему терять нечего, кроме своих цепей. А те, кто свяжут свой возросший достаток с моей властью, будет держаться за неё руками, ногами и зубами. Ну а при таком фундаменте, можете не сомневаться, надстройка не подкачает.

Да, кстати, о самом кинжале, чтобы больше к нему не возвращаться. Принадлежал он, как я поняла, сыну нэда Хмурого леса… то ли среднему, то ли младшему… как бишь его звали?.. Да-а, какая теперь разница! Что я — прокурор или дознаватель, чтобы это дело расследовать.

Мне Там сразу заявил, что нэд — сторонник Мооронов, значит — мой враг. Стало быть, туда его сыну и дорога, одним недругом меньше. Тем более, что вся заваруха произошла, когда отряд нэдина стал хватать в Сухом логе молодых симпатичных женщин, особо не разбирая, замужем они или нет. Завязалась драка, кто-то из крестьян был убит. Это переполнило чашу терпения сельчан, и они взялись за топоры и вилы. Небольшой отряд нэдина… десяток-полтора, вряд ли больше… был быстро перебит.

— Что ж ты, Тамвэр, — пожурила я старосту «для порядку», — Мятеж… против своего господина… Нехорошо это.

— Так я тут ни при чём, Ваша милость! — тут же «пошёл в отказку» староста, — Без меня началось, без меня и закончилось!

— Что и Сув «в деле» не участвовал?!

Это при его-то таланте встревать во всякие заварушки.

— Не ведаю, Ваша милость! — замотал головой Там, а глаза такие честные-честные.

Тьфу! Что за народ?! Врут и не краснеют!

Впрочем, мне-то какая разница! Пусть всё остаётся, как есть. Пока не приедут королевские дознаватели с конкретными обвинениями, пальцем не шевельну!

Между прочим, на кинжал я наткнулась в «офисе» Фарма, и то случайно. «Фонил» он не сильно, но неужто я незнакомой магической вещицы не «учую». «Видящая» я или кто? С моим образом жизни постоянно приходится тренироваться и всё время быть начеку.

Вот и в конторе моего казначея, почуяв неладное, ещё толком не поняв, в чём дело, я мигом насторожилась, тут же перескочив на магическое зрение. Оп-па, а что там в дальнем углу «посверкивает»? Слабенько так, едва-едва.

— Фарм, ты что тут, артефактами занялся?

— Какими, ваша милость? — уставился на меня старый пройдоха, и глаза такие… невинные.

И ведь ни черта не поймёшь, врёт или нет. Поди проверь…

— Да вот, что-то у тебя тут волшебное… колдовское, — обнаружила я искомую вещицу.

— Так это… — и Энин дядя поведал мне о происхождении кинжала, мол, от старосты Тама.

— Угу, — кивнула я, — А откуда он у него?

— Говорит — военный трофей.

— «Военный», значит…

Эйнштейном быть не надо, чтобы догадаться, откуда у восставших крестьян мог появиться подобная штуковина. Зачарованный кинжал… хоть и со «сдохшим» зарядом. А если его зарядить «огнём» «под завязку», какую броню он сможет «прожечь»?

— И что ты за него отдал? Половину моего лаэрства?

— Как можно, госпожа, всего-то и земель — две утлые деревеньки, да лесок небольшой. Вернее… лес-то большой, но староста купил лишь его часть. Ну-у, ту, что примыкает к полям… для расчистки.

— Он так и сказал «для расчистки»?

— А для чего же ещё, ведь рубить деревья вы разрешили бесплатно?!

Тут мой казначей ошибся, Тамвэру эти угодья понадобились не ради леса, а ради гор… вернее, того, что в них.

— Там и на нэдство-то земли не наберётся, не то, что на туэрство, — обиженно протянул Фарм.

Тут он был не совсем прав… учитывая, что нашлось в горах… Хотя… край был не обжит, урожайность только-только возделанных земель под большим вопросом, а полезные ископаемые ещё нужно изловчиться добыть.

— …Это кинжал стоит раз в пять дороже… а уж если он зачарованный…

— Ты вот что, Фарм, договорись с Ворхемом, пусть он тебе какую-нибудь зачарованную шкатулку даст… или сделайте сами… негоже зачарованную вещь так бросать.

— Так она же спрятана…

— Это она от таких, как ты спрятана… от простых людей, а любой «видящий» сразу заметит.

— Чужие здесь не ходят.

— А вдруг… Ты же видел, сколько разного народу с королём понаехало. Вдруг кого знающего пришлют. И потом, кто знает, какие бывают амулеты… поисковые там… всякие. В общем, не желаю я оказаться скупщицей и хранительницей краденого.

— Сбыть кинжал? Срочно? За бесценок?

— Да ты что?! Я же говорю: «Хорошенько спрятать». А потом найти покупателя… только не в Леворе.

Вообще-то была у меня мысль отдать кинжал драдмарцам… за верную службу и всё такое… Тем более, что «пламя» — их стихия. Вроде бы «в тему»… Вот только что будет, если они с ним «засветятся». Вдруг это — подарок, если не королевский, то кого-то с самого верха… клинок со своим собственным именем, как меч Хорха… как, бишь, его… или её? А-а, Эргаль!

Кстати, а у кинжалов бывают собственные имена? Спросить бы Гэву? И тут у меня в голове щёлкнуло…

А вдруг кто-нибудь потом проговориться. Допрос с «камнем истины»? К демонам его! Нафиг! Нафиг! Чур меня от этого, чур!

Как уже рассказывала, зачарованный клинок я сбагрила Аш-Кийшарру за три десятка рабов и десяток тачпанов. Можно, конечно, было бы взять и больше, вот только кинжал жёг мне руки, а лайпар являлся чрезвычайно «удобным» покупателем. На суд в Левор его точно никто не призовёт.

А то, что я «слегка продешевила», так то окупилось с троицей. Как в любой торговле был важен почин. Ну а эта сделка послужила ещё бесплатной рекламой, что в наших краях можно купить что-то ценное почти задаром. Сбывая неугодных рабов, которых и убить жалко… всё ж таки деньги плачены… и держать в колодках накладно.

Со временем наша трёхсторонняя торговля… как уже упоминала, на базар перед моим Золотолесским замком приезжали и имперцы… только расширялась. Лишь с началом войны наступил некоторый спад, но и то ненадолго. С перемирием всё возродилось ещё в бòльших масштабах.

Эллиены ведь с табирами не торговали… принципиально… даже при мне. Но с появлением псевдоэллиенских ремесленных изделий, а уж тем более псевдотабирских… Их начала изготавливать подросшая табирская молодёжь, используя навыки, привитые эльфийскими, леворскими и роверскими наставниками. Так сказать, по более «продвинутым» технологиям, но с использованием традиционных, оставшихся близкими к сердцу, родных мотивов.

Н-да… Но об этом лучше подробнее расскажу после.

А пока…

— И что теперь, госпожа? — нахмурившись, спросил Суввэр, с большим трудом выдернув загнутую проволоку, что была использована вместо шплинта.

— Снимайте!

— Э-э-э… вашмилсть, надо бы ещё кого-нибудь в помощь.

— Зачем? — совершенно искренне изумилась я.

— Ну как же, — начал объяснять Сув, — один приподнимет ось, а двое других снимут эту вашу железку.