Дмитрий Михалек – Чужая тень II (страница 27)
— Скажи мне, девочка с тенью придворного, считающего себя смешным, что это за штука? — пропищал череп Блику.
— Не знаю, но очень не хочу, чтобы из неё шандарахнули по моим друзьям, — ответил шут и затаился за дымоходом, наблюдая, что будет дальше. Уцелевший бегун странным образом повторил его позу.
Когда прогремел пушечный выстрел, часть зомби рухнула замертво. Судя по грохоту, стреляли из орудия десятипалого калибра. К тому времени нам удалось пробиться в приёмный холл цитадели. Я перешагивал через трупы, идя к распахнутой двери, а за мною шли уцелевшие в бойне культиваторы.
Выглянув на улицу, я увидел то, чего не хотел бы видеть больше никогда: «квадрат» гвардейцев с пушкой и расчётом. Они медленно продвигались к крепости, иногда насаживая одиноких бегунов и кусак на свои копья. На их светло-зелёных щитах был выгравирован герб Переката — трёхзубая чёрно-золотая корона, символ трёх горных хребтов, откуда наше королевство черпает полезные ресурсы: Трестского, в честь которого был назван мой родной Трест, Зарбусского, южнее которого располагается город Зарбус, где соединяются дороги сразу от нескольких добывающих поселков, и холодного, продуваемого всеми ветрами Сломанного пика. Над «квадратом» гвардейцев возвышалось сразу два знамени — короны и золотого треугольника.
— Они подкатывают пушку, — вслух произнёс я, скрывшись за дверью.
Рядом со мной тут же появился Дуклат.
— Какие будут приказы?
Его вопрос застал меня врасплох.
— Пушка? Что это такое? — заинтересовался Зэр.
— То, что рушит стены и выкашивает тяжёлую пехоту за одно мгновение, — ответил я мысленно Зэру.
Мой первичный план состоял в том, чтобы прорываться в трущобы, но сейчас, когда к цитадели подходила гвардия, мысли путались. Если бежать, то куда и, главное, как долго? Если драться, то чем и в каком составе — измотанными узниками против сытых, свежих и хорошо вооруженных гвардейцев?
— Наверху были арбалеты, — наконец решился я. — Найдите оружейную комнату. Будем принимать бой.
Дуклат спешно перевел мои слова в конкретные указания.
— Ты, ты, ты, ты и ты, — указал он пальцами, — наверх, за арбалетами! Ты и ты, закройте дверь на засов!
Работа спорилась. Видимо, взаперти, под башмаком у святых отцов, у культиваторов сформировалось нечто вроде организованной команды.
— Создаю группу! Руки поднять, кто за!
— Назначаем главным Бенджи Кровавого, кивните, кто за!
Когда сформировалась группа, я вдруг почувствовал каждого из культиваторов. Нас было сорок четыре человека. Противника как минимум в два раза больше, и у него было орудие, против которого не спасут ни двери, ни засовы, ни стены.
Дверь была закрыта на засов. Пятеро культиваторов стаскивали мертвецов в кучу, чтобы просто завалить ими и тем самым усилить вход в цитадель. Зомби поработали на славу, убив или обратив всех, кто оборонял крепость, но после пушечного выстрела пали и сами.
Не нужно было быть некромантом, чтобы понять, что произошло: орудийный расчёт первым делом подстрелил зомбивода — лича.
— Бенджи, — доложил подбежавший Дуклат, — восемь арбалетчиков на позициях. У каждого — болтов на шестнадцать-семнадцать выстрелов. Оружейная комната найдена, там — целый склад щитов, дубинок, алебард, полные доспехи.
— Быстро ты, — кивнул я, поражаясь скорости всего происходящего.
— Все передаётся в ментальном поле группы. Ты просто до сих пор под судной неделей и потому не видишь.
Я взглянул на Дуклата сквозь тени. Его артефакт, видимый как бронзовый ошейник раба, имел седьмой ранг четвертой ступени, называемой еще святой ступенью бронзовой лиги.
Маг заметил мой взгляд и кивнул:
— Для нас честь сражаться с тобой на одной стороне, великий культиватор Бенджи!
— Я видел и более великих, — отвернулся я, наблюдая, как уже облаченные в броню культиваторы заполняют холл, вставая полукругом в отдалении от двери. Многие были на войне — это ясно читалось по хмурым лицам и шрамам. Никому не надо было объяснять, что такое пушечный выстрел. Никому, кроме Зэра.
— Так что за магия такая в той трубе? — спросил император, успевший посмотреть наружу через стены здания.
— Это не магия, это пушка, — повторил я.
— Ты это уже говорил. Как она работает?
— На основе сгорания пороха. Выделяются газы, и они несут ядро по стволу в цель, — вмешался в наш разговор Дуклат. — Бенджи, не представишь нас своему другу? Я вижу, что в нём — древняя мощь.
— Это мой учитель, — проговорил я. — Пока что достаточно…
— Видимо, он очень древний? — почтительно поклонился маг тени Зэра.
— Уж подревнее вашего Трединого, — хмыкнул Зэр, наблюдая за тем, как в зал заходят люди в блестящих доспехах с треугольником.
Чернокожий маг широко улыбнулся, сверкая белыми рядами зубов. Он тоже недолюбливал всё, что было связано с треугольниками, и сейчас скалился в духе: «было ваше, стало наше».
— Бенджи, к нам в группу стучится какой-то маленький маг. Я могу ошибаться, но он очень похож на одиннадцатилетнюю девочку.
— Это свой. Впустите его, — распорядился я, спохватившись, что совсем забыл о Блике со всеми этими катакомбами.
— Он говорит, что у него нет Ци, чтобы атаковать гвардейцев, но если что, мы можем ему переслать.
— Ты решил тут похоронить свою новую армию, как я вижу? — проговорил в моём сознании Зэр, только сейчас закончивший просматривать мою память в части всего, что я знал о пушках и мортирах.
— Нет, учитель, у меня есть план…
Глава 21
Тактика культиваторов
— Яйца выеденного твой план не стоит! — начал отчитывать меня Зэр, прочитав мои мысли о планах на ближайшую битву. — Это как жреца убить, несмотря на запрет сфер…
— А чем, собственно, он плох? — удивился я больше тону императора, нежели его критике: очень уж давно тёмный учитель не позволял себе настолько жесткие высказывания. Весь разговор происходил у меня в голове, так что никто из поверивших в меня не мог его слышать.
— Да всем! Если, конечно, ты решил и сам погибнуть, и людей своих сгубить, то тогда да, план хорош! Тебя удивляет мой тон? А ничего удивительного: после твоих последних решений вокруг тебя мрёт что-то слишком много народа.
— Критикуешь — предлагай! И, пожалуйста, по пунктам.
— По пунктам? Тогда пошли в ментальную проекцию. Там у нас еще будет время, чтобы все обсудить, как ты хочешь, «по пунктам».
Мы провалились в глубь сознания, где было всё так же, как и в реальности, разве что с тем отличием, что мы могли парить и видеть все сверху: мою армию, гвардейцев, пушку и Блика, смотрящего на все это с противоположной стороны.
— Ну, давай, показывай твой план! — Зэр обвел рукой замершую картину.
— Я и не знал, что так можно делать, — опешил я.
— Это потому, что ты, Райс, всю свою войну в шеренге прошагал с копьём да щитом, а я командовал армией. И тебе как будущему стратегу нужно учиться и этому, а не только за деньги морды на арене бить. Но ты наживешь неприятности быстрее, чем я успеваю запихнуть в твою голову правильные мысли, так что давай, показывай, как будешь воевать!
Я повис над гвардейцами, замечая последние приготовления перед самым выстрелом. Пушка недвусмысленно указывала на дверь цитадели. Казалось, вот-вот пушкарь с длинной запальной палкой подожжет порох на полке ствола и ядро устремится в цель.
— Я прикажу Блику поджечь искроптицем или огнешаром пороховой запас, — начал я. — Они лишатся своей основной мощи, и мы начнём стрелять из арбалетов, целясь в глазницы. У нас их около ста тридцати штук, но мы будем экономить.
Картинка ожила.
Из-за печной трубы на крыше мясной лавки вынырнул Блик и бросил огнешар в кожаные свертки с порохом, лежащие на той же телеге, что и пушка. Улицу озарила вспышка. Взрывная волна разметала телегу, ядра и само оружие, превращая обломки в осколки, которые ранили и отбрасывали гвардейцев. Тут же заскрипели арбалеты, пошли в ход одинокие заклинания культиваторов: молнии, огнешары, ледяные сгустки. Правильное стройное построение за минуту превратилось в что-то неорганизованное. Подброшенное в воздух орудие треснуло пополам, и его части упали на землю.
— Потери у врага? — осведомился Зэр.
Я пригляделся к вновь замершей картинке.
— Четыре убитых, шесть без сознания с тяжёлыми ранениями и еще шестеро со средними ранениями. Но почему так мало? Запас-то мы взорвали… Может, подождать немного, пока арбалеты полностью отстреляются?
— У тебя талант, но ты не учёл несколько важных нюансов. Что выжившие гвардейцы делают в твоем представлении?
— Либо отступают, либо штурмуют… Зависит от того, успеют ли они выстрелить.