Дмитрий Мережковский – Полное собрание стихотворений (страница 64)
ХХIII
Полно страданья неземного,
Чело Христа еще темней —
Среди оклада золотого,
Среди блистающих камней, —
Остался Он таким же строгим,
Простым и бедным, и убогим.
Мужик, и дама в соболях,
И баба с Охты отдаленной
Здесь рядом молятся. В очах
У многих слезы. Благовонный
Струится ладан. Лик Христа
Лобзают грешные уста.
XXIV
Под длинной, черною вуалью
В толпе, прекрасна и бледна,
Стояла девушка, печалью
И умилением полна.
Покорно сложенные руки,
Еще слеза недавней муки
В очах смиренных... взор глубок,
И просты темные одежды,
Кидают тень на мрамор щек
Ее опущенные вежды.
И пред иконой золотой
Она склоняется с мольбой.
XXV
Пока Борись, в тоске мятежной,
Пытался тщетно позабыть
Свою любовь и первый, нежный
Ее росток в душе убить,
Чтоб как-нибудь насмешкой злобной
От этой страсти неудобной
Освободиться поскорей,
Ей не пожертвовав ученой
Карьерой будущей своей, —
В то время Ольга пред иконой
В толпе молилась за него;
И, зная друга своего,
XXVI
Предвидела борьбу, мученья
И много жертв, и много слезь...
Полна глубокого смиренья,
Она пришла к тебе, Христос,
Чтоб укрепить свой дух молитвой
Пред этим подвигом и битвой:
Ее на труд благослови!
Она у грозного преддверья
Своей безрадостной любви,
Страданья ждет, полна доверья,
И только молит силы дать
Его любить и с ним страдать...
XXVII
Но я уж слышу, критик строгий,
Твой недоверчивый вопрос:
Зачем, свернув с прямой дороги,
В свою поэму автор внес
Нежданно стиль религиозный?
О, наших муз диктатор грозный,
Ты хмуришь брови. Милый друг,
И я, как ты, в сомненьях грешен,
Я разделяю твой недуг,
И я безверьем не утешен,
Богов неведомых ищу
И верить в старых не хочу. 
